же мы идем, что же нам нужно будет делать?..
Обернувшись, я вдруг понял, что Адской гончей рядом нет. Мало того, я стоял на крошечном отрезке ещё зеленоватой травы, а вокруг все было полностью черным. Не было тропинки, по которой я пришел, только мрак черноты, сдавливающий меня на крошечном островке безопасности.
А потом я заметил в темноте за деревьями фигуру. Рассмотреть можно было лишь силуэт и ярко горящие два фиолетовых глаза. Какая же стремная тварь… Изогнутые назад рога, мельтешащий тонкий хвост, сильные ноги, кончающиеся копытами. Острые эльфийские уши, а в руках — копье. Таара смотрела на меня через расстояние, ожидая, когда я ступлю хоть один шаг на её черную половину. Мрачная, совершенно жуткая картина, пробуждающая внутри единственное желание — бежать.
Но бежать мне было уже некуда.
Она подошла вальяжно, пока за ней тянулся мрак, поглощающий все на своем пути. Я пятился, пытался не наделать в штаны, а она все приближалась. Медленно, вальяжно… Или она шла осторожно?
— Кто ты? — вдруг спросила Таара, склонив голову набок. — Человек? Ещё и охотник? Ты пришел убить нас, как и все твои предки?
Красивая… Бр-р, что за мысли? Но другое в голову не лезло, действительно ведь Таара была очень симпатичной, с кукольным личиком, пухлыми губами, пусть и черными склерами глаз, с фиолетовым зрачком. А ниже, аккуратная грудка, прикрытая лифом из шкуры. Плоский живот и набедренная повязка, стройные поджарые ноги…
— Мы с другом просто путешествуем, — нагло солгал я, наконец оторвав взгляд от тела Таары. Хвост позади неё взволнованно бил по ногам. — Заблудились, проголодались. Ты знаешь, где здесь можно поохотиться?
— Здесь нет живых тварей, — уже более смело сказала Таара, ещё ближе приближаясь. Я уже практически видел свое отражение в её фиолетовых зрачках. — Они далеко там, откуда вы пришли. Они бегут от черноты, которая приходит с моим народом.
— Почему?.. — сглотнув, я попытался отстраниться. Таара практически прильнула к моему лицу, рассматривая каждую ресничку. Я даже чувствовал теплоту её дыхания.
— Потому что наша магия обращает все в ничего, — склонив голову набок, ответила Таара. — Меня зовут Хади. Ты, значит, голоден?
— Да, но… что вы едите, если животных нет? Ягоды? Грибы? Корнеплоды? — я все ещё пытался хоть немного отстраниться. — Меня зовут Лев.
— Лев… — выдохнула она, протягивая руку и кончиками пальцев касаясь моей щеки. — У нас это значит «особенный», «не такой, как все». Я покажу тебе кое-что, идем.
Я не успел запротестовать и вернуться, как Хади схватила меня за запястье и побежала. Мне оставалось только успевать перебирать ногами. Благо, бежать оказалось не слишком далеко, таара вывела меня к хижене, около которой бежал ручей. Оставив меня на берегу, она прыгнула в него, как была, прямо в меховых одеждах. А затем, через пару мгновений вынырнула, сжимая в зубах здоровую рыбину. И это из ручья-то⁈
Выходя на сушу, Хади переложили рыбину в руки, приближаясь и протягивая их мне.
— Мы питаемся тем, что остается. У меня дома есть много вкусного. Я тут одна. Не бойся других.
— Почему ты одна? — спросил я, пытаясь одновременно не пялиться на влажное тело Хади и удержать сопротивляющуюся рыбищу. — Где остальные?
— Я картограф, — отпирая дверь и пропуская меня внутрь, сказала таара. — Проходи же.
Мы ещё немного поговорили, меня накормили и напоили преимущественно кореньями и рыбой. Я уже подумывал уходить, как вдруг понял, что со стояком уходить не охота. Хади же сидела, подперев ладонью голову и смотрела точно на меня. Таким вот долгим гипнотизирующим взглядом. Я намеки хорошо понимал, поэтому обошел её и нежно поцеловал в шею. Девушка вздрогнула, словно не ожидав подобного.
А, выходит я хреново понимаю намеки…
Но отталкивать таара меня не стала. Она подалась мне на встречу, слегка напугано, но очень охотно. И я был почти нежен с ней, спустил повязки, осыпал тело поцелуями, но в тоже время придавливал к столешнице. Таара не сопротивлялась, открываясь и подаваясь на встречу новому опыту с человеком. Я поставил её на колени, осторожно оглаживая дырочки. Киска сочилась, а раскрытая попка сжималась, словно умоляя меня как можно скорее войти в неё.
И я разрывался между этими двумя дырочками, водя головкой то вверх, то вниз.
— Ну же, человек, сделай это, — простонала таара, скребя ручками по столу. — Войди в меня!
И как я мог отказать? Я тут же вошел в киску, глубоко и медленно, сделал пару долгих фрикций и высунул. Перешел в попку, так же двигался размеренно, заставляя Хади кричать от наслаждения. Черт, почему я не могу просто быть везде одновременно? Может тоже попробовать с кулаком, как было с той рогатой милашкой? Нет, слишком узкая дырочка, рука не войдет, я её просто порву…
Очень кстати пришлась лежачая на столе штука, для дробления трав, чем-то похожая на скалку по длине и диаметру. Не долго думая, я вышел из киски, осторожно приставляя туда этот предмет. Осторожно вставил, обмазывая в соках Таары, после чего вынул и вставил уже в попку. Условная скалка была шире моего члена, что заставило Хади вывалить язычок. А когда я устроил ей двойное проникновение, глубокой войдя в киску, милашка вообще едва не задохнулась от удовольствия.
Я трахал её в писечку, пока рукой не забывал двигать скалкой. На член тоже неплохо давило, из-за чего я просто не в силах был сдержать оргазм. Хотело дольше, жестче, сильнее, оттрахать сучку до хрипа! Но, когда она кончила, я не смоге держаться из-за того, как узко стало. Зарычав, я излился внутрь, замедляясь и держась одной рукой за бедра, а другой за торчащую из попки скалку.
16. Спящая красавица
Я буквально сбежал от таары.
Оставил её дремать на лавке, а сам выбрался прямо из окна, ведь дверь оказалась заперта. Темной ночью в черном лесу оказалось просто невозможно найти обратную дорогу, но я не собирался сдаваться. Ещё и Бобик сейчас мог быть где угодно, что пугало меня просто до чертиков. Но я решил все-таки не ныть среди леса, а попробовать хоть что-то.
Вооружившись своими пометками по карте, я выбрал направление. Достал «Луч», осветив им пару метров вокруг себя. И… двинулся в предполагаемом направлении. Мне
