- Я знаю. - Памела глубоко вздохнула, отчего ее грудь соблазнительно заколыхалась. - Вот я и подумала, что, если вы позволите мне дать вам заранее совет, я могла бы быть дома в тот день, когда результаты теста будут готовы. Чтобы подготовить тетушку.
Максвелл откинулся на спинку кресла. Его проницательные голубые глаза долго испытующе смотрели на нее.
- Вы предлагаете, чтобы я сообщил вам результаты тестирования прежде, чем о них узнают все остальные?
Она посмотрела на него в упор.
- Да, именно это я и предлагаю. - Памела выровняла ноги, потом вновь закинула одну на другую, отчего юбка ее шелкового костюма слегка зашуршала. - Обещаю вам, Макс, я в долгу не останусь.
Сложив пальцы обеих рук вместе, он посмотрел на нее поверх них.
- Знаете, Памела, я всегда восхищался вами.
- А я - вами, - вкрадчиво ответила она.
Он кивнул.
- Я всегда восхищался вашей красотой и наглостью. А также беспредельной жадностью.
Она застыла на месте.
- Простите?
- Да, в смелости вам не откажешь, - признал он. - И, хотя я нисколько не сомневаюсь в том, что, прими я ваше приглашение, вы обслужили бы меня по высшему разряду, я вынужден оставить ваше предложение без ответа.
- Без ответа? - Она невольно повысила голос. В ее глазах появился угрожающий блеск. - Вы хотите сказать, что отказываетесь помочь мне?
- Нет, я хочу сказать, что не могу поступиться своими принципами врача, Памела. Даже ради секса с вами, который наверняка запомнился бы мне на всю жизнь.
- Вы сильно пожалеете об этом, Максвелл.
Подняв голову, он задумчиво посмотрел на ее вздымающуюся грудь, порозовевшие щеки, ярко накрашенные чуть раскрытые персиковые губы и тяжело вздохнул.
- Поверьте, дорогая, - сказал он срывающимся от огорчения голосом, - я уже жалею об этом. Но… - Он предостерегающе вскинул руку, видя, что она уже приготовилась возобновить наступление. - Я по-прежнему не намерен дать вам возможность первой ознакомиться с результатами тестирования Джоанны.
Памела, не привыкшая к отказам, размахнулась и изо всех сил влепила ему пощечину. Выскочив как ошпаренная, она с треском захлопнула за собой сначала дверь его кабинета, а затем и дверь приемной.
Услышав стук падения висевших на стене в приемной дипломов в рамках, Максвелл покачал головой. Интересно, грустно подумал он, сталкивался ли Гиппократ в своей практике с такой нравственной дилеммой?
- Знаешь, - сказала Холли, внимательно глядя в грустные глаза Джоанны, - у тебя такой вид, будто ты готовишься к пробам на роль в фильме ужасов об оживших покойниках.
- Спасибо за комплимент, - тихо отозвалась девушка. Они сидели ранним утром на кухне в квартире Джоанны. Перед ними стояла коробка пончиков, принесенная Холли.
- Я волнуюсь за тебя.
- Со мной все в порядке.
- Оно и видно. Смотреть тошно. - Холли слизнула глазурь с пальцев. - Позвони ему, детка.
Джоанна открыла было рот, собираясь сказать, что скорее грешники в аду начнут швыряться друг в друга снежками, но в этот момент зазвонил телефон.
- Ничего, там стоит автоответчик, - сказала она.
Начиная с того дня, когда они после показа вернулись в Майами, Редклифф звонил ей по нескольку раз в день. Однако она упорно не брала трубку, и ему не оставалось ничего иного, кроме как высказывать свои мысли и чувства автоответчику. Сначала он упрашивал ее поговорить с ним, а потом, судя по всему, охваченный нарастающим раздражением, перешел на требовательный тон.
Два дня назад звонки прекратились. Джоанна истолковала внезапно наступившее молчание как знак того, что он смирился со своей участью.
- Джоанна? - В трубке послышался ровный приятный мужской голос, в котором не было ни малейшего намека на угрозу. - Это Максвелл. Я хотел сказать вам, что получил результаты тестирования…
Джоанна взяла трубку.
- Максвелл, здравствуйте. Я у телефона.
- Здравствуйте, Джоанна. Как поживаете?
- Спасибо, замечательно, - солгала она. - А вы?
- Как нельзя лучше. Так вот. Я звоню вам, чтобы…
- Да, я знаю. Вы хотите рассказать мне о тесте.
- Да. - Он чуть замешкался. - Что вы собираетесь делать во второй половине дня?
- По правде говоря, ничего особенного. - Главное, подумала она, избежать встречи с Редклиффом.
- Хорошо, - отсутствующим тоном произнес Максвелл и замолчал. Джоанна слышала, как он разговаривает с кем-то в кабинете. - Извините. - Он снова взял трубку. - Медсестра попросила меня подписать кое-какие рецепты.
- Ничего страшного. - Джоанна глубоко вздохнула. - Итак? Я была права? Тест показал, что Милдред ошиблась?
По тому, как он снова откашлялся, она поняла, что он не знает, с чего начать. Это было ему не свойственно.
- Джоанна, по правде сказать, я предпочел бы поговорить об этом с вами и Милдред. Если вы, конечно, не против.
- Вы хотите, чтобы я приехала в Сарасоту? Сегодня же?
- Я подумал, так будет лучше всего. Ожидание результатов тестирования сильно подорвало здоровье Милдред. Я бы предпочел, чтобы она воздержалась от поездки в Майами.
- Выезжаю через час.
- Спасибо, дорогая. Я сообщу миссис Сэвидж о вашем приезде. Уверен, эта новость ее обрадует.
- Ну что? - решительным тоном спросила Холли, когда Джоанна положила трубку.
- Он хочет рассказать обо всем сразу мне и Милдред. - Джоанна вздохнула. - Бедная Милдред! Знаешь, меня в самом деле берет злость на нее, но я не могу отделаться от мысли о том, как она страдала все эти годы.
- Никогда ничего нельзя сказать наверняка, - отозвалась Холли. - Может быть, заветное желание Милдред Сэвидж сегодня исполнится. И ты станешь одной из самых молодых в стране наследниц многомиллионного состояния.
- Еще чего! Держи карман шире.
Глава 36
Редклифф с самого начала понимал, что затея, которая привела его в Лондон, была на редкость рискованной. Однако он решил ехать, и, как оказалось, его усилия окупились сторицей.
Последние шесть часов он провел в переговорах с управляющим Банком Англии, председателем правления «Сэвидж» и издателем «Таймс», а также с несколькими членами английского правительства, в котором, как известно, людей ценят в первую очередь по способностям, и с бесчисленным множеством представителей высшего света.
Теперь, когда с делами было покончено, ему осталось решить один-единственный вопрос, после чего можно будет со спокойной совестью возвращаться домой, в Майами. И, конечно, наладить отношения с Джоанной.
Он понимал, что преодолеть воздвигнутые ею неприступные преграды будет непросто. Но он обязательно их преодолеет. Редклифф ни за что не добился бы такого успеха в жизни, если бы довольствовался ответом «нет».
