Вилы пронзили его, пробив живот и пройдя с другой стороны. Все еще катясь вперед, я поднял их повыше, приподнимая от земли пронзенного русского. Я прибавил газу и направился к штабелю брусьев два на четыре, наклоняя вилы вверх и назад, чтобы Уайти не соскользнул. Я на полной скорости врезался в пиломатериалы, встряхнув погрузчик. Уайти соскользнул дальше по вилам. Кровь хлынула из его зияющего рта. Его руки вцепились в покрытую запёкшейся кровью сталь, торчащую из его тела.
- Посмотрим, как ты выберешься из этого, сукин сын!
Я перевел погрузчик на задний ход, отъехал на несколько футов назад и снова врезался в штабель пиломатериалов. Металлическая обвязка, удерживающая брусья "два на четыре" на полозьях, защелкнулась, и древесина посыпалась вниз. Я развернул погрузчик и еще больше наклонил вилы. Уайти скользнул ко мне еще на несколько дюймов. Я посмотрел ему в глаза, и то, что я там увидел, заставило меня улыбнуться.
Страх.
Впервые с тех пор, как началась вся эта неразбериха, Уайти боялся.
Это почти оправдало все, но потом я вспомнил о Дэрриле, Джесси и Юле.
- Как тебе это? - я рассмеялся. - Что ты чувствуешь, ублюдок? Ты сдохнешь!
Уайти качал головой туда-сюда, разбрызгивая кровь во все стороны. Его руки снова схватились за вилы, и на этот раз они не соскользнули. Медленно, невероятно медленно, он начал толкать себя назад, пытаясь освободиться от вил. Я крутанул руль и повернул погрузчик по узкому кругу. Задние шины проехали по дымящейся куче кишок Уайти, расплющив их по асфальту и раздавив между глубокими протекторами.
- Знаешь, Уайти, - насмехался я, - жаль, что у них не было погрузчиков, когда Распутин был рядом. Он бы точно не пережил и этого. Избавил бы всех от кучи проблем. Вместо этого им пришлось утопить ублюдка.
Продолжая сопротивляться, Уайти продолжал толкать себя вверх по наклонной вилке, пытаясь дойти до конца. Я ошибся. Даже это - поражение тяжелой техникой - не убило его. Но я знал, что могло бы. Утопление подействовало на его предка, так что и для него это было достаточно хорошо. Наконец-то я точно знал, как убить Уайти. Я знал, как добиться успеха там, где пули, огонь и ножевые ранения потерпели неудачу.
- Сондра, - крикнул я, - если ты меня слышишь, оставайся на месте. Я вернусь. Обещаю. Просто жди меня на месте.
Нажав на педаль газа, я помчался по ряду, проезжая мимо складов пиломатериалов и строительных материалов, и направился к главным воротам. В зеркале заднего вида я увидел Ричарда, стоящего на коленях среди обломков и блюющего на разбросанные брусья "два на четыре". Я проехал мимо грузовика с бортовой платформой и продолжил движение к выходу. Когда мы проезжали мимо сторожевой будки, я заметила Леона через окно. Он кричал в телефонную трубку. Его лицо было изможденным и белым. Когда он поднял голову и увидел нас, телефон выскользнул у него из рук. Я поборол безумный порыв помахать ему рукой. Вместо этого я наклонил вилы до упора назад, препятствуя продвижению Уайти. Он снова скользнул ко мне, врезавшись в гидравлику.
- Не волнуйся, - крикнул я. - Почти закончили. Мы просто немного прокатимся. Я знаю для тебя подходящее место.
Что-то черное и круглое выскользнуло из груди Уайти и упало на тротуар. Я проигнорировал это. Я стал невосприимчив к крови и насилию, невосприимчив к постоянно растущим зверствам. Уайти был не более чем мясом, и настало время для расправы.
Я забыл о Сондре, о работниках лесопилки, о копах, о своих мертвых друзьях и кошке, и сосредоточился на цели.
Берега озера Пинчот ждали нас, когда солнце поднялось высоко в небо.
Казалось, это будет прекрасный день.
Затем я увидел темные тучи на горизонте, которые говорили о грядущей буре.
23
Ворота представляли собой одну из тех цепей - часть забора, окружающего склад пиломатериалов. При нашем приближении они широко распахнулись. Я выехал на дорогу и повернул налево, направляясь в государственный парк. Тело Уайти и его болтающиеся конечности тряслись, пока мы ехали по дороге. Каждый раз, когда он двигался, из его рта вытекало все больше крови, и все больше кусков его внутренностей разлеталось по асфальту. Он перестал бороться. Может быть, он был слишком слаб, а может быть, толчки мешали ему. Он просто висел на вилах, извиваясь и дрожа, как бабочка под булавкой коллекционера.
Максимальная скорость погрузчика была около двадцати миль в час. Я держал дроссель открытым, молча призывая его ехать быстрее. У меня не было сомнений, что Леону удалось вызвать полицию. Еще несколько минут назад я хотел, чтобы они появились. А теперь - нет. Не раньше, чем я покончу с Уайти, а Сондра и ребенок будут в безопасности раз и навсегда.
Не раньше, чем я отомщу.
Моя ухмылка казалась дикой, словно она искажала мое лицо до неузнаваемости.
Я проверял зеркала заднего вида, пока мы ехали, ища полицейские машины или другие машины экстренной помощи, но дорога была свободна. Действительно, она была пустынна, за исключением одной машины, которая быстро ехала позади меня. Я свернул на обочину, и дорога стала более ухабистой, еще больше встряхнув Уайти. Машина, бежевый "Форд Таурус", отказалась пропустить меня. Вместо этого водитель затормозил и посигналил.
- Объезжай, - крикнул я, не оборачиваясь.
Погрузчик дребезжал и трясся, и я боялся, что Уайти может соскользнуть. Вилы все еще были наклонены, но он мог внезапно сместиться в сторону. Если бы это произошло, вилы пробили бы его туловище насквозь. Возможно, этого было бы достаточно, чтобы убить его, но я не собирался рисковать. Не сейчас, когда он уже сдался и попал в ловушку. Мы были слишком близко.
"Таурус" снова подал сигнал. Все еще не оглядываясь, я помахал водителю рукой. Вместо того чтобы пропустить меня, он последовал прямо за мной, его передний бампер едва не столкнулся с погрузчиком. Я оглянулся назад. Погрузчик вильнул. Машина была достаточно близко, чтобы я мог разглядеть ее пассажиров. Водитель был лысеющим белым парнем, средних лет, в очках и надвинутой на лоб шляпе. Женщина, которая, вероятно, была его женой, сидела рядом с ним, дико жестикулируя и, очевидно, крича на него, судя по тому, как широко был открыт ее рот и как быстро она двигалась. На заднем сиденье две маленькие головки, которые, вероятно, принадлежали его детям, покачивались вверх-вниз, пытаясь разглядеть сумасшедшего на погрузчике. Водитель снова дал гудок, на этот раз длинный и громкий. Затем он сверкнул на меня фарами.
- Что я должен cделать?!
Ни Уайти, ни водитель не ответили мне - впрочем, я и не ожидал этого.
Я не мог остановиться. Ни за что. Лесопилка и поля остались позади, и теперь дорога шла через лес. Деревья росли вплотную к обочине, и места для погрузчика не хватало. Что еще важнее, остановка или замедление движения сейчас только увеличили бы шансы Уайти на побег. Правда, сейчас он был неподвижен, просто висел там, обездвиженный и обмякший. Но ему меня не обмануть. Я уже видел это действие раньше. Человек, который не мог умереть, притворялся мертвым. Как только он видел возможность, он ею пользовался, и кто-то другой умирал из-за моей глупости.
Ну, я пообещал, что не в этот раз.
Я вытянул одну руку и снова замахал "Таурусу". На этот раз водитель понял намек. Ускорившись, он объехал меня, пропустил погрузчик и выехал на встречную полосу. Когда они поравнялись с нами, машина снова затормозила. Все четверо членов семьи в ужасе смотрели на происходящее. Женщина прижимала к уху мобильный телефон, но ее рот был открыт и не шевелился. Дети вытаращились, на их лицах застыло выражение ужаса. Их было двое - мальчик и девочка. У девочки были косички. Мальчик засунул палец в нос. Видимо, он был так потрясен увиденным, что забыл обо всем.
Уайти снова начал действовать. Он поднял одну руку и помахал им. Маленький мальчик вытащил палец из носа и помахал в ответ. Лицо Уайти исказилось в ослепительной улыбке, ставшей отвратительной из-за многочисленных травм - все сухожилия, зубы и сухожилия. Мокрые и красные. Маленький мальчик начал плакать.
