— Я это понял, но, увы, слишком поздно, — резко проговорил Мэтью.
Пытаясь сохранять самообладание, он рассказал мистеру Пиви о смерти матери и об исчезновении сестры.
— Если бы не письмо от моего соседа, то, вполне вероятно, я бы еще долго оставался в неведении относительно этих печальных событий. Темминг не сообщил мне об этом ни слова, я полагаю, он просто присваивал деньги, которые я посылал своим близким, — объяснил Мэтью.
Мистер Пиви принял возмущенный вид.
— Это весьма серьезное нарушение профессиональной этики, — заметил он. — У вас есть более чем веские основания привлечь его к суду.
— Несомненно, но сперва я должен разыскать негодяя. К тому же у меня есть более серьезные опасения. Мне неизвестно местонахождение сестры. А она мне дороже всяких денег. Ее отослали, как я полагаю, в приют, с которым вы некогда имели дела.
Мэтью сообщил о том, как пытался обнаружить следы Клариссы в приюте, и о непреклонности приютской матроны поведать хоть что-нибудь.
— Меня это нисколько не удивляет, — заметил поверенный. — Условия в подобных заведениях очень плохие. Однако, боюсь, мне нечего вам сказать об этом приюте или о его хозяйке.
Мэтью охватила досада.
— А Темминг? Вам известно хоть что-нибудь, что могло бы навести на его след?
Мистер Пиви выпрямился в кресле.
— Уверяю вас, ни теперь, да и никогда прежде, я не имел связей с этим человеком. В последнее время он пользовался весьма сомнительной репутацией.
Мэтью нахмурился:
— Итак, вы ничего не можете мне сообщить, что помогло бы мне разыскать его?
Мистер Пиви покачал головой:
— К сожалению, нет. Если вы оставите мне свой адрес, я поставлю вас в известность, если что-нибудь услышу о его местонахождении.
— Благодарю вас, — произнес Мэтью.
Мэтью дал адвокату адрес своей гостиницы и нехотя поднялся. Покинув контору, он вышел еще более обескураженным и разгневанным, чем до разговора с поверенным. Вряд ли ему удастся чего-нибудь добиться.
Мэтью тем не менее решил еще раз повернуть в грязный уличный закуток, где мистер Темминг некогда вел свои дела. Хотя понимал, что шансов застать его не было никаких. Идя по покрытой травой дорожке, он немного успокоился и вспомнил, как Кларисса, когда они виделись в последний раз, крепко обняла его, заплакала и пообещала молиться за него каждый день, чтобы на море с ним ничего не случилось. Какая горькая ирония! Он вернулся домой целым и невредимым, а вместо него в опасности оказалась Кларисса. При одной этой мысли сердце его болезненно сжалось.
Тем временем Мэтью свернул за угол в один из узких безлюдных проулков.
Навстречу ему выскочил человек.
Мэтью невольно попятился.
— Что вам…
Он не успел договорить. Человек в потрепанной одежде замахнулся на Мэтью дубинкой.
Мэтью подумал, что лондонские улицы более опасны, чем открытое всем ветрам море! Пожалев, что вышел из дому без оружия, Мэтью, сжав кулаки, ловко увернулся от удара.
Вынужденный держаться на расстоянии от нападавшего, Мэтью не мог подобраться к нему поближе, чтобы нанести ответный удар, и бандит снова замахнулся на него.
Мэтью опять уклонился от удара, как вдруг заметил второго налетчика, пытавшегося напасть на него сзади. Два здоровенных бандита были настроены решительно. А что, если один из них пырнет его чем-то сзади…
Прислонившись спиной к стене, Мэтью выругался и стал лихорадочно соображать.
Первый бандит снова замахнулся дубинкой, и Мэтью опять увернулся от удара. Годы, проведенные на качающейся корабельной палубе, приучили его крепко стоять на ногах, но, сделав шаг в сторону, Мэтью невольно удалился от стены. Теперь он был бессилен помешать второму негодяю зайти ему со спины. Они намеревались окружить его. Подобравшись, Мэтью ждал, пока грабитель с дубинкой не набросится на него снова.
На этот раз, когда, взмахнув дубинкой, бандит сделал шаг навстречу, Мэтью сделал ложный выпад и шаг в сторону, и бандит промахнулся. Но вместо того чтобы отскочить подальше, Мэтью бросился на нападавшего, который по инерции пролетел чуть вперед, схватил его сзади за плечи и толкнул прямо на другого негодяя.
Грубо ругаясь, они столкнулись друг с другом. Мэтью бросился бежать.
Однако налетчики загородили выход из проулка, по которому пришел Мэтью. Поэтому ему ничего не оставалось, как устремиться в другую сторону. Заметив арочный проход, он кинулся туда. Проскочив под аркой, очутился в небольшом дворике, замкнутом со всех сторон. Никакого другого выхода в поле зрения не было. Все двери оказались заперты, вокруг ни одной живой души. Куда подевались все эти клерки и адвокаты? Или он попал в малолюдный район, примыкающий к адвокатскому кварталу? У Мэтью было мало времени, чтобы получше узнать расположение лондонских улиц.
До его слуха донесся топот бегущих ног. Мэтью краем глаза заметил мерзкую рожу одного из негодяев, пробегавшего мимо и бросившего взгляд внутрь двора.
— Здесь есть кто-нибудь? — закричал Мэтью.
В дальнем углу двора отворилась дверь, и оттуда высунулась чья-то голова. Но голова тут же исчезла, когда внутрь дворика вбежали двое бандитов, один из которых размахивал палкой.
Трус!
Больше никто не отзывался и тем более не появлялся. Мэтью повернулся лицом к бандитам и сжал кулаки, готовый оказать самый что ни на есть решительный отпор, если только они не одолеют его благодаря их явному превосходству.
Тяжело дыша, оба негодяя вбежали во дворик и остановились. Первый из них ухмыльнулся.
— Ага, попался, — прошипел он сквозь зубы. — От нас не скроешься. Ну-ка давай все закончим побыстрее.
— Вас, наверное, это разочарует, — произнес Мэтью. — Но в моем кошельке денег не густо.
Первый негодяй фыркнул.
— Подумать только, ха?! — презрительно проговорил он. — Нам уже заплатили, папаша. Нам бы только пришить тебя. Ну а твое мертвое тело все равно станет поживой, разве не так?
Мэтью сосредоточил все внимание на приближавшемся к нему бандиту, следя за его дубинкой. Но в этот момент Мэтью краешком глаза заметил мужчину, вышедшего во двор. К его облегчению, мужчина не стал прятаться, а направился прямо к ним.
— Что тут происходит?
Незнакомец говорил с шотландским акцентом, но произношение выдавало в нем образованного человека.
— Эти джентльмены проявляют интерес к моему кошельку, — проговорил Мэтью, не спуская глаз с негодяев.
Бандиты посмотрели на неожиданно появившегося мужчину, и один из них спокойно обратился к нему:
— Ступай своей дорогой, приятель, или тоже хочешь отведать дубинки?
— Дубинкой меня не испугаешь, — бросил мужчина и вытащил из сапога кинжал. — Полагаю, этот клинок пострашнее вашей дубинки. Будь я на вашем месте, убежал бы отсюда, прежде чем мы позовем стражу.
