В Соединенных Штатах живет около 22 миллионов негров, то есть около десяти процентов всего населения. А из этих 22 более 10 живет на Юге. Почти 350 лет негры заселяют Юг США. Американские негры — это потомки негров-рабов, которые были привезены в США из Африки главным образом английскими работорговцами в XVII–XVIII веках для работы на табачных и хлопковых плантациях Юга страны.
…Поля и поля вокруг, насколько охватывает взгляд. Останавливаемся у близлежащего ручья. Холодная ключевая вода освежает, на какое-то время бодрит. Едем дальше.
С любопытством людей, знакомящихся с новым, внимательно рассматриваем невысокие, на вид крепкие, но уныло разбросанные то тут, то там строения. Это фермы. В глазах фермера тоска. Быть ему завтра или не быть? Этот вопрос всегда терзает его. Ибо ни его машина, ни его механизация — ничто по сравнению с системой машин, с комплексной механизацией обработки земли крупных землевладельцев. Не всегда эти фермеры могут даже нормально кормить свою семью. В таком положении бывают не только отдельные фермеры, но целые районы с большим населением. И чем дальше на Юг, тем чаще такие картины. Так, например, группа религиозных и частных организаций провела обследование и установила, что на Юге США насчитывается 235 «голодных округов» с общим населением почти пять миллионов человек. Но это и не удивительно, ибо система образования, существующая на. юге, оставляет более 30 процентов взрослого негритянского населения неграмотным. А где неграмотному найти хорошую работу? Лишенные средств существования, негры покидают Юг. Покидают сотнями тысяч в год. Они уходят в промышленные города Севера. С такими переселенцами из южных штатов мы не раз встречались на бесконечных американских дорогах. Не имея квалификации, образования, голодные и озлобленные, они переполняют и без того уже набитые до отказа черные гетто Нью-Йорка, Чикаго, Детройта и других городов. А белых бедняков запугивают мыслью о том, что пришедшие с Юга негры могут отнять у них последние средства к существованию.
Здесь в Миссури мы узнали, что такое сегрегация на самом деле. Мы ее почувствовали в Неваде, Калифорнии, Аризоне, Нью-Мексико и Оклахоме, но в этом штате все обнажилось беззастенчиво, беспредельно нагло и жестоко. Вот как это выглядит в жизни.
Когда мы входили в отель в Сент-Луисе, то увидели такую сцену. Вместе с нами вошел средних лет негр. Высокий, стройный мужчина. Мы улыбнулись, кивнули в знак приветствия. Он как-то нерешительно, робко ответил на наше приветствие и тут же оглянулся — может, мы улыбнулись не ему. Но сзади никого не было. Мы направились к лифту, он тоже шел рядом с нами, но затем резко повернул и пошел к грузовому лифту. В чем дело? Оказывается ему подниматься в пассажирском лифте вместе с белыми запрещено.
Аналогичные сцены сопровождали нас всюду в южных штатах: в бар, ресторан или театр, отведенный для белых, вход негру воспрещен. Его дети должны ходить в отдельную школу, посещать отдельные места для развлечений. Он может работать в одном учреждении с белым, но на улице белый коллега сделает вид, что не знает его, и не поздоровается. А в дом к белому негр может войти только через черный ход.
В университеты Миссури негров не принимают. Для них создан специальный негритянский университет в Линкольне.
С горечью поведал нам старый негр в Джефферсон-сити такую, казалось бы невероятную на первый взгляд, но достаточно типичную для американского Юга историю. Студент-негр, окончивший в 1939 году специальный негритянский университет в Линкольне, пожелал изучать право в Миссурийском университете, поскольку в Линкольне нет юридического факультета. В Миссурийский университет его не приняли. Студент подал в суд. Дело дошло до Верховного суда Соединенных Штатов, который в соответствии с духом Конституции обязал штат Миссури предоставлять равные возможности всем жителям независимо от цвета кожи. И вот, чтобы обойти решение суда и не допустить негра в университет, штат учредил отдельный юридический факультет для него одного.
Примерно такой же случай произошел со студенткой-негритянкой, которая захотела изучать журналистику в Миссурийском университете. Для нее тоже создали отдельный журналистский институт, но она снова подала в суд. Тогда администрация университета, чтобы все-таки не допустить туда негритянку, решила совсем закрыть институт журналистики.
А вспомните, до какого абсурда дошли «высокоцивилизованные» американцы Юга, когда в штате Теннесси состоялся знаменитый «обезьяний процесс», на котором судили учителя, осмелившегося преподавать теорию Дарвина.
Но нужно ли говорить о том, что было раньше, если в дни, когда Америка запускала космический корабль «Аполлон-8», Верховный суд штата Арканзас рассматривал вопрос: разрешить или не разрешить учителям знакомить школьников с теорией Дарвина.
В южных штатах негры должны ездить в старых, грязных, специально для них отведенных вагонах. В автобусах негры садятся только на задних сидениях, а в штате Миссисипи эти задние сидения еще отделены плотным занавесом. На вокзале или автобусной станции негр должен пользоваться туалетом, отведенным для цветных. Даже пить неграм можно лишь из отдельных фонтанчиков.
Унижение везде, всегда и во всем. Если навстречу негру идет белый, то негр обязательно должен уступить ему дорогу. Негра на Юге никогда не назовут «мистером» или «сэром» — его пренебрежительно называют по имени или фамилии. Такси в южных городах отказываются обслуживать негров. И купаться неграм разрешается не на всех пляжах. А в магазине он не может примерить шляпу, прежде чем ее купит.
Фактически негры в таких штатах лишены всех элементарных гражданских прав. По отношению к ним творится и откровенное беззаконие в судебном порядке: негры часто подвергаются незаслуженным наказаниям или случается даже так, что за аналогичное преступление негра присуждают к более тяжелому наказанию, чем белого. В штате Миссисипи, например, белого практически не наказывают за убийство негра.
Департамент юстиции может вмешиваться в дело о линчевании негра в том случае, если в нем замешан штатный чиновник. Но поскольку в составе присяжных бывают либо только белые, либо их там подавляющее большинство, то добиться осуждения преступников, замешанных в линчевании, почти невозможно. Сами случаи линчевания негров чаще всего остаются безнаказанными, а это, в свою очередь, еще больше развязывает руки оголтелым расистам. Кроме того, негра могут приговорить к пятилетнему заключению и тысяче долларов штрафа, если он «безосновательно» возбудил дело в суде. А для того чтобы доказать эту «безосновательность», нужен лишь один белый свидетель… Негра также могут приговорить к шести месяцам тюрьмы и 500 долларам штрафа за «протест».
В 1962 году в штате Миссисипи, близ города Либерти, был обнаружен труп негра Герберта Ли. Его убили за то, что он требовал предоставить неграм право голоса. Его убийцу — члена законодательного собрания штата Миссисипи — Харста оправдали. Известен и такой случай. Негр Джон Харди в том же штате пришел вместе с другими неграми в местный суд для того, чтобы зарегистрироваться в качестве избирателя. Шериф сначала избил Харди, потом ударил револьвером по голове, выгнал из помещения, а после этого еще и арестовал за «подстрекательство» к мятежу. А убийство белой женщины Виолы Луизо — матери пятерых детей — только за то, что она осмелилась проехать в машине по алабамской дороге в обществе негра? Убийцы Виолы Луизо остались безнаказанными.
Сегрегация служит основой экономической дискриминации. В последнюю очередь негр получает и работу. Причем основная масса негров занята на самой тяжелой и плохо оплачиваемой работе.
Чтобы стать учителем, врачом или инженером, негру необходимо преодолеть бесконечное множество препятствий и ограничений. На обучение негритянского ребенка на Юге затрачивается примерно в пять раз меньше средств, чем на белого школьника в северных штатах. Как явствует из доклада комиссии по гражданским делам, «в 1960/61 учебном году из 1 374 717 негритянских детей школьного возраста в штатах Алабама, Джорджия, Миссисипи, Южная Каролина, Луизиана в школах вместе с белыми занимался один ребенок».
Чтобы свести на нет принятый в 1964 году закон о гражданских правах, расисты в южных штатах придумали ряд ухищрений. В местах общественного пользования существует двойной прейскурант цен: для белых и для негров. Для белых устанавливаются обычные, а для негров — непомерно высокие цены. Есть, правда, среди негров и своя буржуазия, которая составляет лишь один процент негритянского населения США. Но даже солидное состояние и высокий пост для негра не являются гарантией от унижений и оскорблений.
На Севере страны редко увидишь черных и белых студентов, танцующих вместе на студенческих вечерах. В таких городах, как Нью-Йорк или Чикаго, стоит только какой-нибудь негритянской семье вселиться в большой дом, как из него сразу же начинают уходить все белые жильцы. Поэтому негру трудно снять квартиру в хорошем доме, и он всегда ограничен каким-то определенным районом города. Негр никогда не пойдет в церковь для белых, а на многих кладбищах неграм отказывают в месте.
