Так как дорога была открыта, без откосов, и сухая, благодаря канаве, то чтобы укрыться, некоторые пехотинцы бежали к моей канаве. Тут работал по ним как сам танк из пулемёта, так и я. А что, достал их хранилища «МГ-34», поставил на сошки и лупил по пехоте. Правда, мою позицию быстро накрыли огнём, пришлось вниз упасть, таща за собой пулемёт, убрал его пока в хранилище, но всё равно неплохо пострелял, ленту успел выпустить, около тридцати пехотинцев на моём счету есть, остались лежать на поле, да и танк работал отлично, пулемёт у него бил почти не переставая, перегрева тот не боялся, а перезарядка шла быстро. Десять секунд. Что хорошо, поблизости я не дал спуститься никому в канаву, что плохо, дальше пехотинцы это сделали и шли в мою сторону с обоих сторон, в мёртвой зоне для танка. Тот уже изрядно набил техники, свидетелей не осталось, я тщательно следил за этим с помощью карты, всё в дыму, хотя по броне постоянно били снаряды, фугасы и болванки, тут и орудия самоходок, и безоткатные, не все я выбил, но всё же танк подал вперёд, отчего передние катки нависли над канавой, это позволило мне быстро забраться под танк, словив всё же две случайные пули, в задницу и бедро, и скользнуть в эвакуационный люк, попав в танк, после чего я излечился, и тот стал пятится, ведя огонь то вправо по колонне, то влево. Всё что перед ним было, мной уже уничтожено. Американцы лезли смело, видимо думали, что всё, боезапас подошёл к концу и я ухожу, опасаясь возмездия. Это они зря, боеукладка полная. У «Тигра» настроено автоматическое пополнение боекомплекта.
Видимо несколько танков нашли где пройти канаву, мосток или проезд, и показались снизу, со стороны откуда шла бронедивизия. Девять танков, делая выстрелы с коротких расстояний, шли на меня. Разворачивая машину, как же тяжело тот это делал на такой почве, на пахоте, он уязвим, но пушка грохнула, искры на броне одного из «Шерманов», рикошет, и дальше подставив лобовую броню, я не торопясь направился навстречу противнику. Потом встал, и начал выбивать танки один за другим, они показались полностью, а то только башни видел. Уничтожил все, даже того хитреца, что укрылся за корпусом уничтоженного собрата. Да я просто стал бить по подбитому, и болванки, проходя его насквозь, попадали в хитреца. Вот и тот полыхнул. После этого я стал уходить вглубь поля, подальше от дороги. Преследования не было, похоже тылы дивизии, с облегчением вздохнули, что я от них отстал. При этом за мной следили, а наблюдатель в небе. Тяжёлый танк в тылу наступающих войск, да тот оседлав дорогу долго держать её сможет, нарушив снабжение. Поэтому пришлось успокоить генералов союзников, подкатил к реке и покинув танк, отошёл в сторону, а тот на полном ходу вошёл воду и постепенно скрывался в реке, и с башней, глубина подходящая, пока не заглох, после чего я побежал прочь. К слову, наблюдатель, видя это, решил погонять меня, из пулемётов в крыльях обстрелять. Два захода сделал, от первого я укрылся на откосе кручи берега речки. Мёртвая зона с одной стороны и открыто с другой. Первой очередью не достал, а от второй я укрылся в реке, нырнув и отплыв в сторону. Обошлось. Тот улетел, вот точно навещу их аэродром, а я, выбравшись из реки, начал переодевается в британского танкиста-рядового. Всё равно форма грязная, да и продырявлена. Мои нежные булки… чёртовы пиндосы. Потом найду эту дивизию, ночью, и уничтожу. Точнее, доделаю то, что начал.
Отбежав подальше, я забрался в кустарник, на берегу разросся, сделал лёжку, поел, очень хотелось после лечения, и вскоре уснул. Будильник поставил, время было десять утра, когда я спать лёг. Перед ночной работой стоит выспаться. Всё же снимать усталость с помощью аптечки так часто не стоит. Тем более в Москве предстоит не спать пять суток. Исцеление ладно, главное, чтобы денег хватило оплатить все заказы. Сейчас на счету сорок два миллиона и триста тысяч, спасибо финнам, и я хочу ещё больше поднять за счёт союзников. Спасибо админам за такой квест.
Проснулся я за час до наступления темноты. Довольно потянувшись, сбегал и покупался в реке, потом снова оделся и сел завтракать. Хм, хамон заканчивается, я иногда ем его, тонконарезанные пластины, что на просвет можно смотреть, так и тают во рту. Да, я стал почитателем хамона. Плюс запасы паэльи к концу доходят. В общем, когда обратно полечу, как выполню задание, то сделаю крюк в Испанию, благо та близко, сутки можно потратить на закупки. В Мадриде отлично готовят национальные блюда, там и буду делать заказы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда стемнело, я достал джип, у меня был «Додж» с британскими опознавательными знаками, и погнал в сторону Гавра, тут не так и далеко было, полчаса в дороге, пришлось патруль на двух «Виллисах» ликвидировать, используя два «Вальтера» с глушителями, на перекрёстке стояли, проверяли машины. Движение было так себе, но всё же было. Всё с них снял, как и технику прибрал, и доехал до Гавра. Достал всю технику, все одиннадцать единиц, из них пять арт, и они начали работать. Танки расстреливали аэродром фугасами, он в двух километрах, вполне в дальности стрельбы, а арты били по порту. В порту Уистреам, считай бедно было, а вот в Гавре грузов о-го-го сколько. Судов с пять десятков, двенадцать боевых кораблей, один из который французский линкор. Не знал, что они сохранились, думал британцы все расстреляли, чтобы немцам не достались. Однако самая сладкая цель, британский малый авианосец. Так что две арты били по авианосцу, хватит ему, а три по линкору. Обе цели были накрыты, горели ярко, всё же спецбоеприпас рулит. Потом выбивали боевые корабли, они самые шустрые, могут сбежать, разделившись на одиночные цели, групповые на берегу, огромные горы снаряжения, ящиков, и боеприпасов. Когда танки закончили расстреливать аэродром, там море огня было, больше сотни самолётов сгорело, рванул склад бомб, склад «ГСМ» так горел, что даже тут, в двух километрах, было светло как днём, личному составу серьёзно досталось, но чтобы тщательную зачистку провести, то стоит или арты навести или танки отправить, но дальность работы высока, так что главное сделал, авиачасти выбил из игры, так что танки начали расстреливать горы имущества. Некоторые вполне в дальности накрытия, а снаряды разрушали их, обрушивая, пожары возникали, в общем работ хватало, стреляли все. Уничтожив боевые корабли, арты стали по одному выбивать транспорты, если не тонул с первого снаряда, а они тяжёлые, крупного калибра, обычно хватало, то второй добавляли, тут уже гарантия. Так что по десять выстрелов каждой из арт, и пять десятков судов, грузовых, транспортных, были на дне. Теперь оставшееся имущество и техника на берегу. Тут арты залпами работали, так отлично выходило, всё разметало в куски. Подумав, я две арты оставил по порту бить и три повернул к аэродрому. Да там мельтешение, выжило немало из аэродромной обслуги и лётного состава, надо доделать дело, что я и делал. Двадцать минут обстрела, и аэродром тщательно зачищен.
При этом я не сидел в танке, а чуть сторону отойдя, работал с тем «Шерманом», что в канаву съехал, проверил, двигатель запустил, так что проводил обслуживание. Нашёл несколько проблем, ими и занимался. Пришлось «летучку» доставать на базе «Зил-157», нужно было некоторые детали обточить. Да нормально, четыре часа работы, и дело сделано, ценного имущества, судов, боевых кораблей, аэродрома и примерно десяти тысяч солдат и офицеров армии союзников мной были уничтожены. А помощь им так и не пришла, хотя те криком исходили в эфире. Сам ждал, но меня обломали. С «Шерманом» закончил, танки и самоходки утопил в море, после чего на «Шторьхе» полетел в тыл наступающей армии союзников. Да и какие они союзники, вон, рубиновым цветом все горели. Посадку я совершил в тылу той бронедивизии, что довольно компактно расположилась, похоже с утра должна была рвануть вперёд, прорывая хиленькую оборону, что немцы наспех возводили. У них вроде ещё дикие десантники должны бродить. Почти два месяца, с момента выброски. Или их уже вывели всех на свою сторону? Пока не знаю. Да и не интересно. Я после посадки, на велосипеде подъехал поближе, достал ту же технику, что у Гавра работала, и снова приступил к делу, арты залпами сносили палатки, работали чисто по личному составу, пока не разбежался и компактно расположен, так ему больше потерь наносил. Танки двигаясь, разносили фугасами позиции артиллерии, миномётные батареи, ударив подбрюшье тыла дивизии, натворили немало дел. Сама дивизия уже проснулась, ещё бы от такого грохота, многочисленных пожаров и дымов, так что танки, по которым я ещё не работал, занимались экипажами, и те разворачивались к опасности с тыла, было несколько столкновений в темноте, два «Шермана», наехав на собратьев, перевернулись, ещё один лёг на бок.
