– Как тут с продуктовыми запасами? – спросил он у Матрены, кою он определил заняться именно этим вопросом.
От купца все еще не было ни слуху, ни духу. Так что Алексей лишь порадовался, что подвернулся под руку этот Соловецкий монастырь, иначе пришлось бы не только жить в холоде, но еще и в голоде, а это откровенная смерть.
– Хорошо, пресветлый! Запасов хватит минимум на два года!
– Да?! – удивился Алексей. – Так много?
– Эти святоши… те еще куркули.
Такие запасы не могли не радовать.
«Если все-таки с Лукьяном все нормально, не стал жертвой татей, не попался царским людям и те его не запытали, и он нас не кинул, то можно переориентировать его с добычи продовольствия на закупку хорошей древесины для строительства корабля, но особенно для ткани на паруса или хотя бы сырья для их изготовления. Уж простые ткацкие станки, а так же механизмы для кручения нити мы сделаем сами», – подумал Кормчий, что и в этом вопросе в свое время подготовился.
Дав людям неделю отдыха Алексей вновь загрузил всех работой, так что они впахивали так, что падали от усталости. А то ведь как известно, что люди от безделья начинают маяться дурью: бабы – ругаться, мужики – драться, а этого ему совсем не надо. Работали не только мужики, но и женщины.
Что за работа? Ну так простая, создать нормальный защитный периметр, чтобы можно было выдержать осаду царской армии. А чтобы было кому обороняться выделил сотню человек, коих определил в стрельцы, по часу в день натаскивая их на скоростную стрельбу из трофейных стрелецких пищалей. Пороха трофейного правда на такие забавы было мало, потому больше в теории, но стрельбы все-таки проводили.
Что до увеличения запасов пороха, то для начала улучшили качество трофейного, проведя его грануляцию, а так же попытались произвести селитру по той же методе, что провели в Новгороде, то есть раскопали нужники в монастыре с намерением так же разрыть их в пустынях и скитах, собирали мочу и дополнительно стали поливать торфяной водой с подогревом земли.
Алексей так же хотел наведаться на так называемые птичьи базары – скалы, где обосновались всякие чайки и прочие пернатые, дабы завладеть их гуано, что так же отлично способствует образованию селитры…
41
Иван Глинский – двоюродный брат царя стал следующим кому было поручено разобраться с вероотступниками, что как стало известно захватили Соловецкий монастырь. Особых сложностей он не видел ибо еще на подходе выяснил обстановку у бежавших монахов и знал, что укреплений у монастыря фактически нет, а частокол для его войска не препятствие.
Что до армии под его рукой, то он вел пять тысяч человек из них две тысячи конных стрельцов и три тысячи поместного войска при десяти пушках. Против такого войска не устоит даже серьезных размеров город, не то, что монастырь.
К середине марта войско Ивана Глинского подошло к Соловецкому монастырю и двоюродный брат царя, да и не только он один в изумлении теперь смотрели на цель своего похода.
– Это чего?..
Удивляться и впрямь было чему. Вместо хлипкого заборчика, что плевком повалить можно, стояла мощная стена, высотой минимум в три человеческих роста построенная из… льда. Толщина сей конструкции надо думать не меньше. Форма наружной стены совсем не отвесная, а представляла собой крутую горку по которой фиг взберешься, да и подножие тоже все покрыто льдом, так что и лесенку не приставить, обязательно поскользнется, а пока будешь долбить лунки, чтобы поставить ее крепко… ну надо думать, что оборонявшиеся в это время сидеть сложа руки не станут.
– Ставьте пушки и разбейте эту стену!
Артиллерийские позиции устроили со всем тщанием, чтобы не случилось захвата пушек в результате лихого наскока, а так же не смогли их повредить. Ну и охрану поставили поблизости для тех же целей.
Пушкари, подготовившись, открыли стрельбу. От стены полетело «хрустальное» крошево, что вызвало бурную радость в стане царского войска.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Бах! Бах! Бах!
Свинцовые ядра продолжали методично долбить ледяную стену и вот в ней стала образовываться брешь.
Бах! Бах!
Прозвучали ответные выстрелы. И пара… каких-то деревянных хреновин похожих на колотушки, только большие упали неподалеку от артиллерийских позиций. Это было странно. Да если уж на то пошло, то с этими вероотступниками вообще все было не так.
– Где они?! Откуда стреляют?! – воскликнул Иван Глинский.
– Не видно княже… изнутри видать бьют… навесом.
– Что за глупость?! И чем они стреляют?!
Князю принесли расколовшуюся от удара «колотушку» внутри которой лежал обыкновенный камень.
– Вот этим княже! Похоже, что им стрелять нечем, вот и метают вот эти… дубины.
– Не понимаю… ядра у них должны быть… захватили весь запас к тем двум пушкам. Да и из того, что нашли в монастыре могли отлить… Так зачем же они палят вот этим?
– Да кто ж их нехристей знает?
И с нова пара выстрелов прозвучало из ледяной крепости и еще пара колотушек упало рядом с артиллеристами. Убить так кого-то можно лишь случайно и то если жертва окажется хромой на обе ноги, потому как из-под этого снаряда вполне можно было убежать, потому как летело оно медленно и его было хорошо видно.
Но Ивану Глинскому все это жутко не нравилось. Противник показал себя вполне умелым и в то, что он начал творить какую-то глупость, князь не верил. А значит это все не просто так. У него даже возникла мысль отвести назад артиллеристов, чувствуя в этих колотушках неясную угрозу.
Но вот очередной залп из пушек и ледяная стена стала рассыпаться. Появился пролом. Еще несколько выстрелов и можно будет послать стрельцов на штурм.
Бах! Бах!
Снова прозвучали выстрелы и Иван Глинский завороженно смотрел на то, как по душе летят дубины. Вот они достигли верхней мертвой точки и стали падать. Артиллеристы, что занимались перезарядкой своих орудий их тоже заметили, но разбегаться далеко не стали, так чуть в стороны отошли, чтобы эти колотушки им на головы не упали.
– Бегите!!! – закричал князь, вдруг осознав, что дело дрянь.
Но было поздно.
Ба-бах! Ба-бах!
Прозвучало два мощных взрыва. На этот раз колотушки оказались снаряжены порохом.
– А-а-а!!! – заорали раненые артиллеристы.
И снова выстрелы из крепости, а ведь прошло не больше полуминуты.
Ба-бах! Ба-бах!
И те артиллеристы, что получили лишь незначительные ранения при первых взрывах, хватанули новых поражающих элементов. В общем вся артобслуга оказалась выведена из строя, многие погибли, еще большая часть оказалась сильно изранена, так что стрелять по большому счету стало некому.
– На штурм!
Спешившиеся стрельцы бросились в атаку с бердышами и саблями наголо. Впрочем, не все полезли к пролому, осталась и группа прикрытия огненного боя, вот только из-за своей манеры стрелять они все так же оставались неэффективны.
Меж тем бегущих к пролому стрельцов встретили огнем. Высунувшиеся из-за зубцов обороняющиеся принялись палить по атакующим. Протяжный залп. Второй, третий, четвертый, пятый… Пять сотен пуль меньше чем за полминуты, да еще в плотную толпу… Тут даже если бы стрелки воротили морду получилось бы много жертв, но стреляющие не отворачивались, так как глаза их оказались защищены слюдяными пластинками, да тонкие, но прозрачные достаточно, чтобы видеть силуэты цели, так что били вполне прицельно, посему стрельцы падали один за другим и в довольно больших количествах.
Но даже большие потери убитыми и ранеными, порядка сотни человек, не остановило атакующих, они с остервенелыми воплями продолжили сближение и вот уже оказались у стены. Тут начались проблемы с устойчивостью – скользко. Стрельцы рубили лунки-ступеньки для устойчивости бердышами…
Но тут снова прозвучал залп. Обороняющиеся перезарядили свои пищали. А потом и вовсе полетели гранаты.
– А-а-а!!!
Этого стрельцы уже не выдержали и начали откатываться назад.
