Читаем без скачивания Звезда творения - Ирина Черкашина

Но прежде, чем я успела открыть рот и поинтересоваться, какого лешего тут делается, я едва не столкнулась в проходе с каким-то мужчиной. Мужчина был высок, сухощав и очень мне знаком. Старший Брат Братства Хаоса собственной персоной. Муаровый камень во лбу по-прежнему переливался всеми оттенками серого, длинные волосы были связаны в хвост. На поясе висела черная кобура с пистолетом — наверное, с травматическим, хотя я в оружии разбираюсь очень плохо. Но откуда у него взяться огнестрелу?

Старший Брат тоже меня узнал.

— А, несмелая сестра наша! Ну как, разрешилась твоя проблема?

— Вполне, — соврала я.

— Вот видишь, я же говорил, что мы еще встретимся. Я всегда прав, потому что мне открыто больше, чем другим людям.

— Привет, Алексей, — Майк, вернувшийся за мной, махнул Старшему Брату рукой. — Прости, нам некогда.

И потащил меня за собой по коридору.

— Не разговаривай с ним долго, — посоветовал он, когда мы завернули за угол. — Он псих. Актер-неудачник. Пил, из театра выгнали, в кино не брали. Вернулся сюда, домой, в Северо-Каменск… Так и пропал бы, если бы матушка не приставила его к делу.

— Ничего себе дело, — пробормотала я. Правда, еще неизвестно, что лучше: беспробудно пропивать собственный мозг или пудрить мозги другим людям?

Майк привел меня на кухню. Алена металась между столом и плитой, пытаясь одновременно готовить и накрывать ужин для десятка человек. На плите клокотало нечто вроде действующего Везувия из нержавейки.

— Значит, так, — сказал братец серьезно. — Сейчас нам надо поесть и часа два поспать. Или хотя бы полежать спокойно. Потому что потом мы с тобой выдвигаемся на Аррет — нам надо кое-кого оттуда забрать.

«И я даже догадываюсь кого», — мрачно подумала я. В страшном сне не могло мне привидеться, что я стану непосредственной участницей шантажа и похищения. Пусть даже и в финале…

Алена поставила перед нами две тарелки с тушеными овощами и мясом. Я вяло поковыряла еду. Есть почему-то не хотелось. После сегодняшнего длинного, тяжелого и очень жаркого дня, к тому же осложненного близким знакомством с крапивой, мне больше всего хотелось в душ.

— Ешь, — проворчал Майк. — Нам с тобой сегодня полночи не спать… а может, и всю ночь. Еще захочешь и спать, и есть, да поздно будет!

— Что точно мы будем делать?

— Я же тебе сказал — заберем человека с той стороны. Только по пути могут возникнуть сложности, поэтому матушка нас и отправляет вдвоем. Давай, давай, жуй! Время идет, между прочим. Сейчас сюда еще и матушкины гости ужинать придут…

Майк, похоже, сходил с ума от одной мысли о грядущем приключении. Он мог бояться Вилора, мог волноваться, но все равно — та сторона, Аррет, манила его, как дальние неизведанные страны. Там была свобода, которой он жаждал больше всего на свете.

А на меня вдруг обрушилась усталость. Кое-как я дотащилась до своей комнаты, но, несмотря на ужин и душ, полноценно заснуть так и не смогла. Только проваливалась в дрему, полную смутных, бессвязных видений. Мне виделось черное небо, полное сталкивающихся сфер, и небо, раскрашенное в разноцветные точки, как на картине Бесчастного. Сквозь смутный шум, проникавший в комнату из кухни, мне снился Виктор, снился Майк, снился Антон… и почему-то снился золотой орел с четырьмя точками зрачков в глазах. Уж это-то откуда взялось?

Майк разбудил меня в десять вечера. Уже сгустились легкие сумерки. Небо поблекло, в воздухе стояла духота, предвещавшая грозу.

— Собирайся, пора, — кратко бросил братец. Сам он, похоже, не ложился. Слишком был возбужден.

В доме стояла тишина, словно все, кроме нас, ушли. Памятуя о том, как я в прошлый раз замерзла на Аррете, я натянула джинсы и плотную футболку. За какой-то надобностью сунула в карман телефон… Братец уже поджидал меня у крыльца, на дорожке, рядом с ним черной тенью замер байк. За спиной у Майка висел небольшой рюкзачок — вроде того, с которым я сама бродила по городу. Похоже, действительно собиралась гроза — горизонт потемнел, а на город опустилась глухая, безветренная тишина. Рычание мотора Вжика в этой тишине прозвучало как раскат грома.

На пустыре, возле лабиринта, несли вахту какие-то люди, сидя в «девятке» с открытыми дверцами. Интересно, подумала я, а музейщики в курсе, что их внешний экспонат пользуется такой популярностью? Помнится, они отсюда строительную технику гоняли… В свете последних открытий о том, что на самом деле происходит в Северо-Каменске, я не удивлюсь, если за этими строителями тоже стоит кто-то вроде моей тетушки…

Майк подъехал к самому лабиринту. Заглушил мотор. Теперь слышен был только шум ветра, уже зародившегося в поднебесье, да негромкая музыка из «девятки».

— Привет, Олег, — братец нагнулся и заглянул в машину. — Что же вы даже не выходите-то… У нас все без изменений. Сейчас отправляемся.

Он выслушал невнятный ответ и кивнул:

— Лады. Матушке привет передавай.

Судя по всему, таинственный Олег тоже ничего подозрительного не заметил, так что мы могли спокойно идти. Я вздохнула. Все-таки в глубине души я надеялась, что нас в последний момент развернут обратно…

К моему удивлению, Майк взял Вжика за руль и повел его к лабиринту.

— Мы поедем на байке?!

— Нет, мы возьмем его с собой, — пояснил братец. — Вжик нам пригодится.

И он дружески похлопал «Хонду» по гладкому боку. Мотор едва слышно заурчал.

— Ты относишься к нему как к живому. Как будто он конь или что-то наподобие.

— Он мех, — в сумерках я едва разглядела, как Майк улыбнулся. — А ты что, еще не поняла? Мех — это механизм с магическим компонентом. Я на Аррете всякие тамошние примочки заказываю. Стараюсь такие ставить, чтобы у Вжика сформировалось что-то вроде характера. Ну, и ходовые качества, естественно, чтобы улучшились. Мы же вместе у мастера Феликса были, не помнишь, что ли?

Это я как раз помнила очень хорошо, но смысл тогдашних манипуляций дошел до меня только сейчас. Значит, живой железный скорпион тетушки — тоже мех… Я догадывалась о чем-то подобном, но у меня смелости не хватало, чтобы вот так запросто об этом сказать. Механизм с магическим компонентом. Ну да.

— А зачем ты это делаешь?

— А зачем люди держат домашних животных? Мне приятно, когда рядом не просто железка, но еще и личность. И не в моем воображении, а на самом деле. Ты же на Аррете была?.. Ах да, тварей ты еще толком не видела. Так вот, схарматы любят из живого делать мертвое и заставлять его работать. Я этого никогда не понимал. Мне больше нравится из мертвого делать живое. Правда, на нашей стороне это все разряжается быстро… Волнуешься?

— А ты как думаешь?

Майк только хмыкнул. Он тоже нервничал, но какой же кайф он испытывал от адреналина! Я кожей чувствовала, как ему это все нравится. Леший его побери, вот я влипла так влипла… Мы стояли возле лабиринта, Вжик урчал между нами, а впереди лежала тьма перехода.

— Ну, вперед, — молвил Майк, одновременно доставая длинную стальную иглу. Он сильно ткнул себя в подушечку большого пальца и замахал рукой, разбрызгивая кровь по камням. Не знаю, может, мне почудилось, но брызжущей кровью неожиданно заинтересовался Вжик. Он принялся самостоятельно, безо всякой команды со стороны хозяина, поворачивать руль в сторону Майка и мерцать фарой. И вообще, чем ближе к Аррету, тем более самостоятельным казался байк… Словно действительно включался в нем некий волшебный двигатель.

Братец счел, что покормил лабиринт достаточно, и шагнул на тропку между камнями. Мне оставалось только последовать за ним и порадоваться, что открывать переход сегодня будут не моей кровью. Хотя кто знает, впереди еще обратный путь…

Раньше мне попадались в кино и в книгах описания перехода из одного мира в другой. Обычно у героев все получалось легко. Раз — и уже на другой стороне! На деле все вышло так же мерзко, как и в прошлый раз, хотя сейчас я шла не одна. Тот же движущийся туман, помноженный к тому же на густые сумерки, тот же звон в голове, тошнота и подгибающиеся ноги. То же черное небо-колодец, в котором бродили бессчетные хрустальные сферы… Когда туман окончательно отвердел, превратившись в высокие стены лабиринта на той стороне, я испытала только облегчение.

Спустя минуту в темноте перед нами материализовался Хонг — или другой пес, удивительно на него похожий. Мы смирно стояли на месте.

— Полюбуйся, Галя, это — неживая тварь схарматов, — доверительно сообщил братец. — Эту собаку когда-то умертвили, потом вшили улучшающие протезы и импланты, поменяли кое-какие жидкости в организме и заставили все это двигаться при помощи магии Слова.

— Спасибо за информацию, — слабым голосом ответила я и на всякий случай отступила за Вжика.

— На самом деле очень практичная разработка, — продолжал Майк. — Твари сильнее живых, выносливее, дольше служат, к тому же не нуждаются в еде и отдыхе. В них же работает магия. Схарматы — те, кто сейчас контролирует лабиринт на этой стороне, — во многом благодаря тварям удерживают свое положение. Но у них трудности с производством… ладно, потом расскажу.