я даже представить не мог, что она может так поступить! Предать! Она держала меня взаперти неделю. Ничего не рассказала. Я мог все исправить! Мог предотвратить смерть короля. Признание принца! Мог бы выгнать этого мерзавца из своего дома! Или же нет? Или погиб, как стража, что охраняла замок? Кто помогал Верну? Насколько силен маг, который помогает ему?
Я попытался распустить щупы чуть дальше камер, в которых сидели мои друзья. Но они остались короткими, хилыми. Эта гадина обесточила меня полностью. Сил хватало только на анализ и планирование. Ну что за черт? Как это называется? Мне нужны солнца, чтобы напитаться и восстановиться.
Я потратил несколько дней у крошечного окошка в стене, чтобы восполнить утраченную магию. Ты таким образом решила мне отомстить за мои мысли о знаках и указателях в Угарке? Это низко! Ни за что на свете больше не свяжусь с ведьмой. Я злился зверски, готов был рвать и метать.
И вот настал тот день. Я сидел на полу темницы и ждал нужного момента, когда караульные сменятся, и я буду готов уничтожить всех, кто меня и принца тут держал. Нужно было бежать как можно быстрее и как можно дальше отсюда. Потом разберемся, что с этим всем делать. Сейчас надо спасать этого раскисшего мальчишку.
Времени было достаточно, чтобы остыть и начать думать. В голове зрел план воссоединения с кланами Атапи и Дарков. Не самые дружелюбные существа, но верные в своих убеждениях. Помнили хорошие поступки и чтили традиции. Кажется, Верн бравировал тем, что все кланы объединяются против Белого замка, но он не учел одного: все кланы за верность и честь, а не за подлость и гнусность. Теперь, когда буря в моей голове улеглась и мысли разложились по полочкам, я понял, что моя уверенность в этом крепнет.
С кого начать? Со вспыльчивого атапи или с поиска морфа? Если они не захотят выходить на контакт, замучаешься искать их вибрирующий ореол магической силы. Способны развеивать свечение волшебного существа, то есть свое свечение, если грозит опасность. Словно размножаясь, огоньки разлетаются в разные стороны и мчатся, рассеиваясь и собираясь вместе в разных точках. Пока ты ловишь одну, морф уже перемещается в другую сторону.
Утром, как только солнца встали из-за леса, охрана сменилась, я понял: пора. Встал посередине сырой камеры. Как же я не люблю сырость: влажная одежда липнет к телу и раздражает. Еще с детства, когда дед оставлял на мокрой от росы поляне, эти ощущения вечно меня преследуют. Я расправил плечи и начал притягивать к себе силу тепла светил. Я чувствовал, как лучи напитывают мое изможденное тело. Растопырил пальцы, они дрожали. Когда сила достаточно наполнила меня, чтобы ударить, я опустился на колени и толкнул волну в пол. Всю башню сотрясло, где-то заскрипела грубо сколоченная деревянная мебель, и стены снова тряхнула моя волна. К двери темницы подбежал охранник и, что-то злостно выкрикивая, начал открывать ее. А ведь мне именно это и было нужно. Когда дверь распахнулась, я направил руки на него и, резко дернув от себя, создал подобие портала, того самого, который отправляет в никуда. Он поглотил моего стражника, тот лишь булькнул. Портал лопнул как мыльный пузырь.
Я вышел в длинный коридор, отовсюду дурно пахло затхлостью, сыростью и мочой. Фонари чадили и трещали. Я щелкнул пальцами, и все камеры открылись. Мои парни вышли, готовые сражаться.
— Маг! Ты маг? — мне навстречу выскочил молодой парнишка лет двадцати. Как жаль, придется прикончить, как всех.
— А ну, шаг назад, — крикнул я, и мои парни ступили в свои камеры.
Я снова собрался с силами, опустив руки и задрав голову к потолку, ударил такой мощнейшей волной силы, что все, кто стоял в коридоре, упали замертво. Их скрюченные тела лежали в неестественных позах. Мне действительно не доставляло удовольствия подобное, но выбраться живым хотелось больше.
— Все, идем. Забирайте его. И валим отсюда, пока никто не пришел. — Я качнул головой в сторону камеры принца.
Леандр выкатился оттуда и ошалело начал махать мечом, он смотрел, широко распахнув глаза, и гулко дышал.
Я попытался его остановить и привести в чувства, он узнал меня сразу. Мы неслись по коридорам, по ступеням вниз — к свободе. Когда оказались на улице, мой принц выбрал измерение Угарки.
Странный выбор, но почему бы и нет? Там нас искать будут, однозначно. Но время восстановиться все же есть. И магия там есть, хоть и немного, не как дома. Спрятаться на Терре было бы логичнее, там нас почти никто не ощущает, затеряться в толпе — раз плюнуть. Но магии для создания силовых щитов или куполов тишины не так много. В общем, идем в Угарку.
Но наши планы изменились, когда послышались шаги сверху — к нам мчалась армия Верна. Они поняли, что мы сбежали, и хотели нас схватить. Наверное, волна от моей магии отдалась во всем замке. Но портал уже создан, и отступать было нельзя. Тондор забросил Леандра в другое измерение, а мы остались здесь. Мой портал сам собой схлопнулся за спиной принца. Я лишь расширил глаза, ничего не понял, ведь только что его держал и не мог осечься. Что произошло? Пришлось стоять насмерть. Только в тот момент я понял, что Яла отдал кинжал принцу. Черт. Это же ритуальный кинжал моего деда. Ладно, потом разберусь.
Мои ребята встали перед входом в башню и приготовились сражаться, когда меня вдруг осенило: зачем биться на пределе сил, если можно скрыться прямо сейчас. Время шло, секунды утекали, как песок через пальцы. Я скрутил портал, на большое расстояние нас занести мне не удастся: потратил всю накопленную энергию на волны в башне и на создание портала в Угарку. Но недалеко перенести способен, да и идея появилась мгновенно. Я затолкал всех в портал, сам ступил ногой в него и обернулся, чтобы убедиться, что нас заметили. Первые охранники выбежали на воздух, и один из них даже замахнулся мечом. Я послал ему воздушный поцелуй и скрылся из вида. Портал за мной захлопнулся.
Я вышел последним в очень маленькое помещение. Этот дом я построил сам. Но шести парням здесь было тесно.
— Никому не двигаться. Мы на дереве, очень высоко, свалитесь — костей не соберете, — сказал я, когда верзила Тондор хотел было отступить от нашей жмущейся компашки.
— Ого, — пропищал он, когда все же отклонился, чтобы выглянуть за дверь. — Ты что, решил, что убить нас падением в пропасть будет гуманнее?
— Смешно, но
