полю идём...» - подпевают нам из бунгало, мимо которого мы проходим.
- Спокойной ночи, девочки, завтра какие планы?
Какие могут быть планы на острове? — смеется Леся.
- Поплавать. Завтрак. Поплавать. Обед. Поспать. Поплавать. Ужин. Караоке, кстати, завтра. Вот там и споём.
- Отлично, тогда до завтра?
- Увидимся.
Прощаемся, я захожу к нам, дочка сидит в наушниках.
- Мама?
- Как ты?
- Отлично. Четыре пина колады хотят спать.
- А я с парнем познакомилась, он живёт во Франции
-Француз?
- Наполовину, наполовину русский. Зовут его Симон.
- Симон? Семён... Сеня, значит. Хорошо.
- Мам, он зовёт завтра с ним «посноркать» на риф, можно?
- Ядь, тебе же не тринадцать лет, что ты спрашиваешь?
- А тебе всё равно где я буду?
- Нет, мне не всё равно. Просто я не уверена, что мне нужны отчёты.
- Мам... ты обижаешься, да? За то, что я сказала? Но ты... ты же не знаешь. Я хотела…
- Ядь, ты высказала своё мнение. Я всегда знала, что твоё мнение не всегда будет совпадать с моим. Поэтому...
- Это было не моё мнение, мам.
- А чьё? Папино?
- Нет. Мне... мне Демид сказал, что так надо.
Демид.
Медленно поворачиваюсь. Смотрю на неё.
В номере полумрак. Ночники горят. Кондиционер шумит. И океан.
Океан тоже шумит. Постоянно. Это музыка островов. Прибой. Волны. Их шелест.
- Демид?
- Мам, он сказал, что так будет лучше. Чтобы... чтобы папа... В общем…
В памяти всплывает острый момент. То, что я хорошо запомнила из нашего тогдашнего разговора.
«Что хорошего в том, чтобы быть замужем? Чтобы муж выкинул тебя на старости лет как ненужную дрянь? Чтобы какая-то мелкая писюшка твоё место заняла, в твой дом вошла? Из твоей тарелки стала есть? Нет уж. Я уж лучше буду жить в своё удовольствие. И иметь столько мужиков, сколько захочу.
- Иметь?
- Да, мам. Заметь, я их буду иметь, а не они меня'...»
Я была шокирована этими словами. И не только. Шокирована тем, что она сказала до. Про то, что все изменяют и это нормально. Про то, что нельзя быть наивной.
А потом…
«Ты... ты хочешь сказать, что остаёшься тут? С отцом?
- Меня никто не выгонял. Тебя, кстати, тоже. Папа хотел с тобой поговорить. Сказал это важно. А еще сказал, чтобы ты не вздумала сообщать об этом какому-то Демиду...»
Демиду.
Ядвига тогда произнесла его имя. Но так, как будто не знала.
- Мам, прости. Он сказал, что я не должна тебе говорить..
- Хорошо. Я поняла.
- Мам... он... он такой…
- Что? Кто? Какой?
Четвёртая пина колада была лишней. Или нет.
- Демид. Он... шикарный, да?
- Да.
- Мам... ему же сорок, да? Или больше?
Пожимаю плечами.
Сорок, или больше? Какая разница? Я не собираюсь с ним...
Стоп.
Смотрю на дочь. Моргаю.
Когда она успела стать такой взрослой.
- Погоди... тебе же... двадцать?
- Мам! Ты чего? Двадцать, да... ты считаешь, он для меня старый?
Я считаю? Кому какое дело, что я считаю?
«Да, у меня есть дочь. Лиза. Ей двадцать. И я не люблю её ровесниц и девочек младше. Меня привлекают опытные женщины, знающие, чего хотят в жизни и в сексе».
Слова Ростовского, всплывающие в воспоминаниях, ошпаривают кипятком.
Не любит ровесниц дочери.
У дочери нет шансов.
У моей.
Господи, о чём я думаю?
Ревность лавой проносится по венам.
Ядвига у меня красавица. Свежая. Бутон розы.
А я..
Захожу в душ. Делаю воду погорячее, кондиционер сильно охладил номер, так, что я мёрзну.
Дочь. Демид. Я.
Я его старше.
Я для него трофей.
Смотрю в зеркало.
Ведьма.
Глаза горят. Волосы рыжие всклокочены. Губы словно зацелованные, потому что я их кусала.
Ведьма.
Придётся отдать мужика доченьке, да?
Или нет?
Господи, у неё еще таких мужиков будет вагон и тележка, а у меня..
Последний шанс?
Да нет. Не последний. И вообще…
Оно мне надо?
Господи, от мужиков же одни траблы. Постоянные!
Как хорошо одной!
Хочу халву ем, хочу пряники. Ни за кем не надо ухаживать, носки стирать, трусы, как будто я их когда-тол прямо сильно стирала... Не нужно к нему пристраиваться, приспосабливаться, льстить.
Боже, как же мужики любят лесть. Это главное оружие, которым часто женщины пренебрегают!
Польсти ему! Скажи, что он половой гигант, что он самый лучший! На девяносто процентов мужик в кармане. И сто процентов, что он тебя никогда не забудет.
Нет. Одной лучше.
Без никто.
Секс для здоровья можно найти. Потом, вибраторы никто не отменял.
Боже, о чём я думаю?
Я хочу Демида. Вспоминаю нашу подсобку. Горячо как. Хорошо...Хоть раз бы еще вот так...
Стоп. Янина. Стоп. Всё.
Не надо. Не сейчас.
Не сегодня.
Выхожу, в полотенце завернулась. Халаты не люблю надевать. Спать надо. Утро вечера мудренее.
- Мам? — голос у дочки странный
- Ядь, я спать.
- Мам, посмотри.
- Ядь, я устала, мне нехорошо...
- Мам! Папу арестовали!
Так.
В ушах шумит.
- В Кремле, мам! Прямо на приёме у президента... Мам!
БИНГО.
Что ж, Иван Александрович…
Я же вам говорила, что ведьмы не стареют?
39.
Пресс-конференция по горячим следам.
Отвечаю на вопросы чётко, коротко, как всегда.
- Демид Андреевич, насколько целесообразной была эта акция? — Журналистка чеканит слова, говорит уверенно, а я усмехаюсь. Хочется ответить, что акции у Лукойла или Газпрома. Да, вроде еще в магазинах бывают акции. Всё по сто девяносто девять, например.
У нас не акция. У нас тщательно спланированное оперативное мероприятие, направленное против врагов государства.
Сильно сказано? Но справедливо.
Но отвечаю я не так.
- Более чем целесообразной. — Тут уж какой вопрос, такой и ответ.
- А точнее?
- Точнее не скажешь. Следующий вопрос.
- Арест Яхонтова связан с его коммерческой деятельностью? Не так давно были арестованы активы нескольких железнодорожных операторов, и фамилия Яхонтова фигурировала в списке.
- С коммерческой деятельностью в том числе, да. Следующий вопрос.
Навожу тень на плетень. В том числе — можно трактовать по-разному.
- Демид Андреевич, в последнее время набирала обороты политическая карьера Яхонтова, вы можете это прокомментировать?
- Его политическую карьеру? Вы считаете, что её нужно комментировать?
- Демид Андреевич, правда ли, что Яхонтов был любовником вашей погибшей жены?
Этого я ждал, разумеется.
- Любовником погибшей жены? Ну, если он некрофил или некромант, возможно.
