зуба. — На. Держи. Даю больше, чем обещал. Кинжал, кирка, и три горсти рубинов мои, а с тебя еще науки. Но не мне, и не сейчас, а позже, и тому, на кого я укажу, или сам приведу. Но у меня еще одно предложение. Хочешь еще камешек дам?
— Я уже боюсь соглашаться. — Хмыкнул Шубин. — Ушлый ты больно, снова обманешь.
— Без обмана. — Мотнул головой Максим. — Выведи погулять Яхонтовую на волю, на свежий воздух. Соскучилась она по солнышку, и ветру, за это дам еще два.
— И всего-то? — Засмеялся Горный. — Доставай камни, я согласен. — Максим вложил в ладонь духа еще два зуба — Ну что же. — Стал серьезным Шубин. — Жаль с тобой расставаться, но квест выполнен, награда получена, пора прощаться. Дорогу знаешь. Ну а на счет кирки… Так она сама решает с кем идти, а с кем остаться. Вредная она у меня получилась. — Усмехнулся он ехидно, посмотрев на верстак, считая, что обманул Гвоздева, кирка никогда не покидала подземелий. Но вскрикнул от удивления.
Инструмент рудокопа, словно живой, сорвался с поверхности. Подлетел к Максиму, остановился, звякнув высеченной искрой об пол, и прислонившись рукоятью к ноге нового хозяина замер.
— Не знаю, чем ты ее купил, но раз обещал, то владей уж. — Фыркнул недовольно Горный. — Как надумаешь, обучу наукам того, на кого укажешь, ну и если еще чего понадобиться от Шубина, то милости просим сюда, в кузницу подземную, за зубки чудные я много чем помочь смогу.
— Прощай Шубин. — Поклонился Максим.
— До встречи. — Улыбнулся дух.
Глава 16 Друзей в ученики
Собрались вечером в «Едальне». Все четверо, кого познакомила, и сблизила в этом мире судьба, а может это замысел Полоза, свести их вместе? Кто их знает, эти высшие силы, их планы туманны, и не поддаются логике.
Разговор шел тяжелый, в корне меняющий жизнь этих, таких разных людей. Если Максим, пусть и с трудом, но представлял свои дальнейшие паны, ради них он сам и пришел сюда, а Угрюм точно знал, куда и с кем ему дальше идти, то вот Профессор и Ирина?.. Их цели туманны, так как квесты непонятны.
Дедом, бывшего ученого, теперь можно было назвать с очень большой натяжкой, за столом сидел сорокалетний, только седой, с собранной в пучок на затылке прической, мужчина, в чистом новом камуфляже, с кобурой на правом боку. Вот что делает с людьми достаток, уверенность в будущем, и мир Полоза, в котором нет старости.
Ирина преобразилась, серый спортивный костюм подчеркивал девичью, слегка еще угловатую, худую фигуру, коротко стриженные волосы, чисто вымыты, и уложены в аккуратную прическу с упрямой, спадающей на глаза челкой, из-под которой смотрят уверенные, в своей правоте глаза, и только легкий румянец застенчивости, из прошлого, остался на щеках. Нет больше рабыни, есть свободный человек, у которого появилась цель в жизни.
Вот за этих, нервничающих, упрямо стоящих на своем, двоих, за их дальнейшую судьбу, и решала этим вечером в «Едальне» вся четверка.
— Слушай меня, баран упрямый. Художник все толково придумал. Ну какие из вас помощники, в Дальнем Уйыне. Там война, и смерть кругом. Вы обуза. — Угрюм, повернувшись к профессору, говорил на повышенных тонах, так как ни Михаил Федорович, ни Ирина, ни в какую не соглашались с предложением Максима, а он же напротив поддерживал план Гвоздева, действуя как обычно нагло, и с нахрапом. — Вас пристрелят в первой же стычке, а еще хуже того рабами сделают. Зачем вам это надо?
— Я оставлю вам достаточно камушков, у вас теперь свой дом, покой, да еще и профессию получите. — Поддержал своего спутника, а пожалуй, уже и друга Максим. Он не знал, как еще убеждать упрямцев. — Ну зачем вам со мной. У меня свои дела, своя жизнь, свои планы.
— А Угрюма ты берешь. — Надула губы Фурия.
— У меня квест, дура. — Рявкнул тот. — Сколько раз это говорить можно. Вот же упертая баба…
— У нас то же квест. — Буркнул в ответ Профессор. — И она не баба, а девушка, вернее девочка.
— Я вижу, что не мальчик. — Огрызнулся, и повернулся к нему Угрюм. — Твой квест воняет, как парок над навозной кучей. — Что значит? «Достичь мастерства в братстве»? Бред какой-то, а не задание. А у тебя? — Он повернулся к Ирине: «Не упасть, и дойти до конца», — это что? Квест, или призыв не поддаться соблазну суицида? Сидите в Сытухе, и не дергайтесь. Какие из вас бойцы?
— Я все равно пойду. — Не уступала насупившаяся упрямством Ирина.
— И я пойду. — Поддержал ее Профессор. — Я с Художником только-только жить начал, в себя поверил, а вы расстаться предлагаете. Нет, не убеждайте, не останусь.
— А меня он от рабства спас, я Максима не брошу. — Сказала, как отрезала Фурия.
— Как вы пойдете, если не берем мы вас с собой? По кустикам красться следом? За камушками прятаться? За бугорками таиться? Партизаны недоделанные. — Рявкнул Угрюм, грохнув кулаком об стол. — Тут останетесь и точка!
— Подожди. — Положил ему ладонь на руку Гвоздев, и повернулся к Профессору. — Давайте так договоримся. Обучитесь мастерству, научитесь стрелять, и тогда к нам присоединитесь. Обещаю, перестанете быть обузой, возьмем с собой.
— Вы к этому времени так умотаете, что и не догнать будет. — Пробурчал недовольно Профессор. — Ищи вас, свищи в Уйыне…
— Обещаю, что через полгода вернусь за вами, если конечно не убьют. И даже если найду свою Аленку, то все равно к вам зайду перед тем, как домой вернуться.
— О себе только и думают. — Пробурчал Угрюм. — Зашкаливающий эгоизм. Благодарны они… А то, что тащить вас сейчас с собой, это как с сосунками новорожденными нянчиться? Об этом подумали?
— Не хочу я расставаться. — Вздохнул Профессор. — Но по большому счету вы правы, какие из нас помощники, с Ириной. — Он посмотрел на девушку. — Соглашаемся дочка. Делать нечего. Постараемся подтянуться в своих навыках за это время, чтобы не быть обузой.
Девушка посмотрела на него, и опустила глаза:
— Хорошо. Я согласна.
***
Васа откликнулся на зов быстро, выплеснулся с волной на берег, и встав напротив, растекся в счастливой
