class="p1">– Твоя метка показывает, что ты уже дважды убила, значит твое место не в прачечной, а в рядах тех, кто охраняет наш Клан. Завтра выходишь на новое место работы.
– Куда?
– С восходом солнца ты должна быть у ворот, а дальше за периметр.
– Но я…
– Или отправляйся в Клуб Заблудших. С красными метками в моем Клане два пути. Умирать за него или валить отсюда.
Я молчала. Отправиться в Клуб и "торговать" собой, или пойти за периметр и умереть. Какого хрена? Волдыри на руках больше не казались мне ужасными. Да я уже готова была стирать тряпье костями, хоть культяпками, но за ворота я не пойду. Я даже не видела кочевников, а уже боюсь их больше всего на свете. Даже больше Ханта.
Видя мое замешательство, Хант отворачивается от меня и спрашивает достаточно громко:
– Джек, ты завтра едешь на торги?
– Да.
– Покажи новоявленному бойцу, что такое Клуб, пусть выбирает.
– Ок.
Не "ок". Все это совершенно не "ок".
Но тем не менее, на утро следующего дня меня уже везли в сторону Клуба и, если быть честной, я надеялась, что мне там понравится, ведь за периметр я вовсе не собиралась. Я по–прежнему хотела жить, а не выживать. Может, в Клубе Заблудших нужна посудомойка? Или уборщица? Лекарь, пекарь, кто угодно, кроме шлюх.
16. Выбор
Мы добрались до Клуба Заблудших всего за пару часов. С нами ехали три машины, держались немного позади, Просто Джек сидел за рулем, его расслабленная фигура должна была бы успокаивать меня, но все было с точностью до наоборот.
Когда мы уже подъезжали к Клубу, я спросила:
– Ты правда уже был на Ристалище?
– Да.
– Как ты покинул его? Это ведь невозможно.
Я так надеялась, что тут есть какая–то дверь, и мне удастся ее найти. Джек повернулся ко мне, приподнял брови и сказал:
– Зайка, не стоит говорить об этом вслух, не забывай, ты теперь звезда экрана.
Никакая я не звезда, мой рейтинг упал еще ниже. Практически за месяц нахождения на Ристалище, я спустилась до тысяча триста семнадцатого места. Если нас сейчас и снимают, то только из–за человека, который сидит за рулем машины Чейза Шелби.
Завернув за кирпичную стену, Джек припарковал машину в один ряд с еще десятью автомобилями и повернулся ко мне.
– На твоем месте я бы остался в Клубе.
– Почему? – напряженно спросила я.
Мурашки страха пробежали по спине. В глазах Джека я не видела никакого участия, словно он говорил это просто так.
– Потому что тут безопасно, – сказал он, пожав плечом.
Серьезно? Совсем головой поехал?
– В Фениксе тоже.
– Но не за его пределами. Хант не позволит человеку с красными метками отсиживаться в прачечной. П–ф–ф, я даже не знал, что у нас есть прачечная.
– Я никого не убивала, – серьезно сказала я.
– Ага, я тоже. Да и вообще мы тут все зайки и котики.
Джек вышел, я отправилась за ним. Остальные, кто приехал с нами, не покинули своих автомобилей. Почему? Скорее всего сейчас я посмотрю на Клуб изнутри, а потом мы все поедем на торги. Это логично. Еще недавно я бы оказалась на торгах, по ту сторону прилавка. Сейчас, я как бы свободный человек.
– Почему они…
Джек не дал мне закончить вопрос.
– Им сюда не нужно. Клуб открыт для посещения только в ночное время.
– Нас не пустят?
– Мы идем туда не развлекаться, а устраивать тебя на работу.
– Я еще не решила.
Точнее я решила, что из двух зол, я выберу то, что находится ближе к Фениксу. Я думала об этом всю ночь, но так как Хант приказал везти меня, то тут никакого варианта не было. Я должна была поехать, а по возвращению Джека, мой ответ будет ясен. Если он приедет без меня, значит я выбрала комфорт и натертую промежность. Если приеду с ним, то я чокнулась и решила ходить за периметр.
– Ты останешься, – сказал Джек и нажал на кнопку рядом с металлической дверью.
Я поежилась несмотря на солнце, которое нещадно палило. Дверь открылась, и нас встретил высокий широкоплечий темнокожий мужчина.
– Джек, мы закрыты, – пробасил тот.
– Я знаю, Конор, скажи Клеопатре, что я привел ей лакомый кусочек, которым она, возможно, сможет завладеть.
От этих слов меня передернуло еще раз. Конор закрыл перед нами дверь, я повернулась к Джеку.
– Что это значит?
– Что именно?
– Завладеть мной? Я не вещь.
Джек провел по моей щеке пальцами и состроил гримасу умиления, словно смотрел на глупого ребенка.
– Вещь.
– Да пошел ты, – я отбросила его руку. – Я хочу вернуться в Феникс.
Он тяжело вздохнул, дверь открылась, и на пороге появилась женщина по имени Клеопатра. Я сразу же поняла, что это она. Высокая и стройная, с длинными черными волосами и тонкими морщинками вокруг густо подведенных черным глаз, которые разглядывали меня с нескрываемым интересом. Ярко–алые губы поджались, и она перевела внимание на Джека.
– И это все? Ты знаешь, сколько мне должен?
– Я же обещал, что все верну. Это мой первый взнос.
Какого хрена происходит? Я начала пятиться назад, и лицо Клеопатры стало похожим на змею перед броском.
– Джек, увези меня в Феникс, – попросила я, хотя уже понимала, меня не вернут назад.
Джек даже не смотрел в мою сторону, он буравил взглядом Клеопатру. Она, закатив глаза, все же кивнула, а Джек повернулся ко мне.
– Тебе тут будет лучше.
Я кивнула, сделала шаг к нему, а потом с размаху пнула ему по яйцам и сиганула в сторону машины. Он оставил там ключи, нужно только добежать и свалить отсюда. Блядь! Я не умею водить! Разберусь как–нибудь.
Шаг, два, три, и Джек снес меня с ног. Я падала лицом вниз, но успела выставить ладони. Дух вышибло, Джек перевернул меня и схватился за запястья, но прежде я успела врезать ему по лицу. Жаль, что только ладонью.
– Да успокойся
