с Ником поселили в небольшом, но вполне уютном домике, который, казалось, был целиком вылеплен из глины. Эдакое недоразумение, похожее на перевёрнутый дырявый горшок. Внутри были расстелены циновки, и этим обстановка и ограничивалась. Сын сел на пол и, скрестив ноги, посмотрел на меня снизу вверх.
— С ними всё будет в порядке?
Я улыбнулась: совсем большой! Думает не о себе, а о коте и новом друге. Как же они с Айканаром быстро нашли общий язык, я диву давалась. Люди с разных, казалось бы, планет. И даже систем! Но мальчишки даже на Луниане всего лишь дети. Жаль только, что им пришлось очень быстро повзрослеть.
Улыбка растаяла.
— Твой товарищ очень сильный, — заверила сына. — Он высший дракон! Сын короля. Его воспитывали почти по-спартански, если не строже. О том, что такое игры, мальчик узнал только от меня.
— Мам, — осторожно начал Ник и, поёжившись, глянул на провал входа, который был лишь занавешен серой тряпкой. Если нас кто-то подслушивал, делал он это без труда. — Что с нами будет, если он не успеет?
Мы, не договариваясь, перестали упоминать какие-либо имена, как только оказались среди врагов. Во время пути перебрасывались ничего не значащими фразами, но сейчас Ник захотел определённости.
Я тоже мечтала о ней! Меня нервировали ухмылки иха, раздражали их косые взгляды и гадкие перешёптывания за спиной. А поведение самого Валанте откровенно пугало. Он мог ни с того ни с сего остановить караван и, схватив меня за руку, потащить в сторону.
В первый раз я решила, что этому негодяю пришло в голову по-быстрому провернуть репетицию первой брачной ночи. Но Валанте интересовало лишь то, почему меня принял сорей и отчего побелели мои волосы.
Я уходила от прямых ответов, описывая темноту внутри планеты, когда мы прыгнули в сорей. И то, как стремительно нас вынесло наружу, стоило перепугаться странного окровавленного предмета, который свалился нам на голову.
Иха прищуривался, явно не доверяя моим ответам, но других я не давала, делая вид, что перемещения по сорею были совершенно случайными и от меня абсолютно не зависели. Глава клана Оллэн долго сомневался, жестоко пытал несчастных провидиц, которые связанными плелись в хвосте нашего каравана, и снова оттаскивал меня для очередного разговора.
Мне стоило немалых усилий убедить сына, что не нужно спасать маму. Мне ничего не грозило… Во всяком случае, пока сусайки молчали, не выдавая меня. По ночам, когда все отдыхали, мы с Луином поили их и обрабатывали раны. Удача пока была на моей стороне.
Валанте явно что-то подозревал, ведь ему не давал покоя цвет моих волос. Но иха не узнал дочь и решил, что на них напала истинная лини, о которой говорила Расах. При этом упорно считал, что за появлением золотого дракона стою я.
Полог взметнулся, как от порыва ветра, и в наш домик ввалились двое иха, а затем неторопливо вошёл Валанте.
— Мальчишку вон, — приказал он.
Доминик нервно вскрикнул и, вскочив, крепко прижался ко мне. От дурного предчувствия у меня похолодело в животе и перехватило дыхание. Я обняла сына и глянула на иха исподлобья.
— Не смейте его трогать!
Валанте поморщился и отмахнулся, как от мухи. Один из его сопровождающих, изящный иха с тонким длинным носом, шагнул вперёд, чтобы забрать сжавшегося в испуге мальчика. Он обхватил его за талию и дёрнул, а мы с Ником обнялись ещё крепче.
В этот момент в дом вошёл Луин.
— Хаграши, не стоит так обращаться с будущим пасынком главы клана, — насмешливо начал он и осторожно положил ладонь на плечо иха. — Ты же понимаешь, что после церемонии он станет единственным наследником? Ведь у Валанте нет сыновей.
Мужчина помрачнел и, глянув на Ника, неохотно отпустил его. Луин протянул руку и вкрадчиво предложил моему сыну:
— Хочешь, я покажу тебе, где будет проходить церемония? Дадим твоей маме и её будущему мужу обсудить кое-какие взрослые вопросы?
Он поднял взгляд на меня и едва заметно подмигнул. Доверять этому прохиндею не хотелось, тем более самое дорогое, что у меня было, — сына! — но я уже сделала свой выбор. Отступать некуда.
— Иди, — погладив рыжие волосы Ника, шепнула я. И ещё тише пообещала: — Со мной всё будет хорошо. Не бойся.
Я улыбалась до боли в лице, пока целитель неторопливо, стараясь не пугать, выводил Ника из дома. Потом полог опустился, и наступила неприятная колкая тишина. Валанте молча рассматривал меня, и от его взгляда становилось не по себе. Ещё больше нервировало присутствие его подхалимов.
Иха бросился ко мне стремительно, как смертоносная кобра. Дёрнув за ворот, разорвал его до самой груди. Вскрикнув от неожиданности, я отпрянула и сжала концы ткани. Хотелось треснуть по наглой физиономии этого придурка, но я не могла позволить его прихвостням снова увидеть то, что им не полагалось.
— Мет-ка, — процедил Валанте, будто выплюнул, и схватил меня за подбородок. — Кто он? Такет?!
Я зажмурилась, сдерживая слёзы, — пальцы мужчины причиняли сильную боль. Но даже не застонала, боясь напугать Ника.
— Вряд ли, — хладнокровно заметил Хаграши и дёрнул уголком рта. — У короля и этой женщины не было возможности провести ночь. Должно быть, иха с Сусайи. Возможно, ваш вассал. Или кто-то из отступников. В любом случае тому, кто перешёл вам дорогу, жить осталось меньше, чем золотому дракону, что посмел напасть на нас.
— Так кто он? — прорычал Валанте и схватил меня за волосы. — Говори, женщина!
Глава 44
Айканар был очень горд, что отец доверил ему регентство, но понимал, что будет очень сложно не подвести родителя и Луниан. Многие иха уже на собрании старейшин смотрели на юного наследника, как на кусок мяса, который бросили голодным псам. Мальчика считали лёгкой добычей, и сын Такета ждал, что неприятности начнутся в момент, когда король поменяет ипостась и покинет планету.
Так и случилось.
Солнце ещё не успело забраться на небосвод, как на пороге возник Зирион. Маг был мрачен, как туча, и в груди Айканара ёкнуло.
— Говори! — подражая суровому тону родителя, приказал он воину, но голос предательски дрогнул.
— Проблема, Ваше Высочество, — не разочаровал его Зирион. — Королевские воины отравлены. Пока я понял, что дело в пище, погибло не меньше сотни верных Такету людей. Кто-то добавил в завтрак сильнодействующий яд, против которого королевские целители оказались бессильны.
— Что?! — вскочил Айканар. Он ненавидел себя за вырвавшийся фальцет, но не смог справиться с шоком. Сердце застучало как бешеное, затылок сжало ледяными пальцами страха. Но мальчик пересилил минуту слабости и твёрдо спросил: — Сколько осталось?
