Я «вышел» в номер, «отмотав» десять минут, и, свернув одеяло, накрыл его пледом. Включил ночник, а сам притаился в ванной, немного приоткрыв дверь. Вот и звон стекла. Контрольного выстрела он делать не стал, понадеявшись на свою меткость. А может, решив, что, даже раненный, я не представляю угрозы. Допросить киллера, не зная языка, было нереально, и я начал слежку. Не особо доверяя своим талантам и боясь нарваться еще на одну пулю, я стал следить «навстречу». Ох и хлопотное это дело, доложу я вам. Видимость — хуже некуда, и потому броски в режиме «возврата» были минимальными. «Вышел» — огляделся. Ага, вон он, душегуб мой ненаглядный, идет ко мне навстречу. И до него метров сто. Надвинув бейсболку на глаза, прохожу мимо, до того места, где находится предполагаемое рандеву. «Возвращаюсь», накинув еще немного. Снова «выход». Так, поворачивает из-за поворота и, кажется, меня не заметил. Бегом до поворота, и снова «уход». Читал в милицейских романах, что работа наружников скучна и утомительна. Теперь вот имею возможность убедиться.
31
Жил мой убийца в многоквартирном доме. Дом как дом. Такие есть и в Нью-Йорке и в Москве. Подождав, пока он выйдет из квартиры, чтобы поупражняться в стрельбе по одеялу, я выбил ногой дверь и приступил к осмотру. Вполне современное жилище, оснащенное огромным телевизором, стереосистемой и компьютером. Судя по модему — подключенному к Интернету.
В компьютерах я не то чтобы очень, и потому, достав сотовый, позвонил в Москву, одному из наших.
— Ленька, привет! — Я вопил изо всех сил, забыв, что у меня в руках изделие трудолюбивых корейцев.
— Че орешь?
Я осекся, и в самом деле — чего?
— Да вот, от неожиданности, — заблеял я.
— И кого ты ожидал услышать, звоня по моему номеру? — заржали на другом конце провода. То есть не провода, ну вы поняли.
— Как там наши? — спросил я.
— Да всё путем. Скоро на Карпаты собираемся. Ты как, идешь?
Я что-то промычав в ответ, и Ленька снова заржал:
— Ладно-ладно, детишки-то скоро будут?
— Пока не планировали, и вообще, я по делу.
— Тугрики предполагаются или в качестве гуманитарной помощи?
Я имел с этого пятьсот тысяч и мог позволить себе быть щедрым.
— Пяти тысяч хватит? — Я представил, как у него округлились глаза.
— Долларов?
— Их, родимых, их.
— Надеюсь, никого убивать не надо?
Убивать было не надо. Это уж мы сами в случае чего. Убивать.
— Ну, тогда излагай.
— Да понимаешь, надо один комп хакнуть, всю «емелю» и вообще, чем мальчик дышит, кто деньги в тумбочку кладет? [1]
— Ну, тогда включай модем, выходи на меня, и через час всё, что смогу нарыть, — твое.
Пока он рыл, я просмотрел автоответчик, переписав номера. Леник, по-видимому, «ушел с головой», потому что ответил не сразу. А сняв трубку, недовольно буркнул:
— Ну?
— Лень, это опять я. — В моем голосе были извиняющиеся нотки.
— Не готово еще. Ну что за люди, звонят, словно уср…
— Да понимаешь, тут еще пара телефонных номеров нарисовалась. Ты глянь, а?
— У тебя же на винте вроде есть справочник?
— Да не, это в Колумбии.
— Сколько ты выпил, Колумбия?
— Да трезвый я. Комп вскроешь — сам убедишься. — В моем голосе звучали обиженные нотки. Еще бы, коридор со мной выпившим дел иметь не хотел, работая «через раз», а потому ничего крепче пива — ни-ни.
Ждать пришлось больше часа, и хозяин квартиры успел вернуться. Я посчитал его «отработанным материалом» и встретил пулей. Читал в Библии что-то про вторую щеку, но насчет второй головы там ничего не написано. «Вытащил» жмурика в коридор, чтобы не оставлять улик. Потом положу на место одеяла, столь неосмотрительно испорченного этим ассасином. Тут забибикал мобильник, и Ленька начал вываливать на меня ворохи информации. Голова шла кругом, а потому я «сбегал» к реке за диктофоном и тщательно всё задокументировал.
— Ладно дружище, пока. Деньги завтра через «Вестерн-Юнион».
— Спасибо, но хоть расскажешь, что за пирожки?
— При встрече. Ну, пока. — И я отключился.
Я позвонил девочкам и окинул взглядом комнату. Протер тряпочкой всё, что положено, и, забрав на всякий случай комп, а то ведь на всякую хитрую ж… есть кое-что не менее занимательное с винтом, улегся спать в домике на берегу, включив «нормальный» ход времени. Усталость навалилась ужасная, как будто выгружал мешки с солью, — имелся в моей студенческой жизни такой эпизод, — и я заснул.
Мы сидели на базе и слушали Ленькин голос. Среди разных электронных адресов номеров счетов, откуда пополнялась «тумбочка», и телефонов совпадал лишь один. Всё идеально состыковывалось, как фрагменты в детском паззле. И выходило, что наш клиент проживал на вилле Грасиа-ла-Фиеста. И был большим человеком. Являясь мэром города, он имел имидж добропорядочного человека. Тип же на фотографии оказался его сынком. Щенок еще не заматерел и позволял себе циничные выходки, но папаша работал щитом, да что там щитом, настоящим дотом. И пробить его пока не представлялось возможным. Но нам плевать было на всю эту семейку. Главное выяснить, жива ли фигурантка, и по возможности поспособствовать депортации.
Кто смотрел «Ва-банк», должен помнить классическое: «Налетаем, хватаем…», на что сознание ехидно дополняло — и пролетаем. Как фанера, сами знаете над чем.
Опять нужно было «идти в разведку». Нет, конечно, «разведка боем» штука, безусловно, хорошая, но это уже на крайний случай. А пока в дело вступала Инна, соответственно одетая и при параде. Уж если этот сопляк на нее не клюнет, то я готов кое-что положить под топор. Инна начала «пастись» по злачным местам. Мы же с Леной, одетые более чем скромно, изображали семейную пару клерков, выбирающуюся в подобные места раз в год. Желающих, надо сказать, было много. Некоторых утихомиривали мы. Кого-то Инна сама «выводила» и, сделав инъекцию снотворного, оставляла до поры без сознания. Этих бедолаг мы потом «выгружали», дабы, проспавшись, они могли отправиться домой. Так прошло три дня, и вот рыбка попалась на крючок.
Он пускал слюни, исходя похотью, и сразу попытался залезть ей под юбку. Я напрягся, а Лена успокаивающе погладила по руке:
— Не надо, Юра, это же работа.
Я кивнул, но всё во мне дрожало от возмущения. Он сразу стал приглашать в гости, на своем поганом французском и с гаденькой улыбочкой. Наши планы были совершенно противоположными, предполагая разговор «по душам» у нас «на базе». Но всё произошло как-то неожиданно. Вот только что этот тип, осклабясь, предлагал Инне шампанское. Вот она пригубила, обворожительно улыбнувшись, вот его рука на бедре моей девушки. Потом они неожиданно встали и вышли. Мы поспешили следом, но Инна, выйдя из бара, не «перешла», взяв клиента с собой, а села с ним в машину и укатила. Черт! Я «вернулся» и просмотрел эпизод еще раз. Конечно! Подавая шампанское, он что-то туда бросил. И Инна как-то сразу расслабилась. Учитывая то, как коридор относился ко мне выпившему, неудивительно, что под воздействием наркотика она не смогла «перейти». Но что-то быстро этот тип начал действовать. Да и в отеле со мной не попытались даже поговорить. Вывод был один, и был он неутешительным. Это кто-то из «наших». Неизвестно, правда, сколько он знает и каких дров мы успели наломать. Но на нас с Леной внимания не обращали, и я сделал вывод, что это была сиюминутная акция и решение принято им импульсивно. А временной предел составляет пять-десять минут. Один на один никто из нас с ним бы не справился, тем более на его территории. Но нас было трое, и можно потрепыхаться. Судя по всему, меня считали мертвым, а про Лену совсем не знали. В итоге кто бы ты ни был, а самоуверенность тебя погубит. Мы «вернулись» на десять минут назад, и я начал инструктировать девчонок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
