наконец уточнила она, давая себе время на подумать.
— Аж зудят, — довольно ухмыльнулся парень. — Ты же теперь довольно мощная… дубинушка! За такую грех не побороться.
«Принцесска» задумалась. Довольно надолго.
— То есть после всего, что они натворили, Игнат с отцом хотят вернуть меня обратно⁈
Клановец просто кивнул.
— И не только они. Первая ветвь Волконских тоже готова на многое, чтобы привязать тебя.
Виктория дурой не была. Остальное поняла и сама.
— Ладно, — рубанула она. — Я определилась. Что дальше?
Сомнений в голосе девушки особых не было. Это, конечно, радовало, но за психоэмоциональным состоянием «уралочки» парень решил понаблюдать чуть плотнее.
— Сейчас я хочу щелкнуть по носу и тех и других, — пожал плечами Волконский. — Они отчего-то решили, что появилась в уравнении третья сторона, претендующая на… «их дубинушку»… Вот носятся, землю роют, время и ресурсы тратят, наступая на пятки друг другу.
Юсупова даже позволила себе короткую хищную усмешку, представив картину.
— А с чего они решили, что эта третья сторона вообще есть? — поинтересовалась она негромко.
Парень потратил мгновение, чтобы почесать висок задумчиво, да и вручил собеседнице комм.
— Ну надо же! — подивилась та, пролистнув несколько фотографий. — И впрямь целая любовная история… Использовал меня втемную?
— Да, — кивнул Волконский просто.
Так часто случается в кланах. И нет в том ничего особенного. Главное, чтобы сюзерен определенные границы не переступал. Остальное нормально.
— Итак, поможешь мне довести эту партию до конца? — улыбнулся Павел.
— Конечно!
В голосе девушки слышался неподдельный энтузиазм.
— В таком случае тебе нужно будет… АЙ!!! УХИ-УХИ-УХИИИИИ!
Тишь подобралась к беседующей парочке с опытом матерого хищника. Абсолютно бесшумно и незаметно.
— Паша, милый мой, — довольно улыбнулась она. — Нам нужно поговори-и-и-и-и-ить!
Виктория же замерла статуи. И тени улыбки не скользнуло на ее лице. С местными «хозяевами» вообще по=всякому бывает.
— Вечером продолжим, — только и успел бросить Павел несостоявшейся жене.
— До дома сама доберешься, — махнула на прощание культуристка, явно давая понять, что до того самого вечера с Волконского не слезет.
В смысле не отпустит.
«Принцесска» лишь помахала сюзерену ручкой, да и обернулась в сторону полигона. Время у нее еще оставалось. Равно как и бодрящий взвар. Так почему бы не воспользоваться оказией?
Глава 18
Глава 18
— Ухи, ухи, ухи… — уже куда спокойнее продолжил Павел, едва они отдалились метров на сто.
Где-то даже задумчиво. И нехорошо так. Да и взгляд, брошенный на инструктора и коллегу…
— Храброй воды выпил, малыш? — неожиданно остановилась Тишь.
Зажатое руками ухо она так и не выпустила. Однако теперь пара вовсе не выглядела строгой бабушкой, отчитывающей своего непутевого внука. Да, культуристка все еще крепко сжимала часть тела Волконского. Но теперь они выглядели вполне равными… собеседниками. Кто-то мог бы даже использовать слово «оппоненты».
— Отпусти, — глухо потребовал Волконский.
— Зубки прорезались? — тут же впилась взглядом в собеседника специалист в паре очень интересных и крайне полезных ей ныне прикладных специальностей.
Вот только веселья в ее глазах не наблюдалось от слова совсем.
К тому причины были. Уж слишком она «по-сержантски» на Шута наехала. В присутствии другого человека, входящего уже в его собственную вертикаль подчинения. И вот такой шутки клановец не понял совершенно.
— Отпусти, — повторил парень.
Время красивых слов кончилось. Пришла пора доходчивых.
Культуристка замерла. Да, переборщила. Она это прекрасно осознавала. В оправдание могла бы сказать нечто вроде: «Ну, получилось так!». Такое действительно иногда происходит. Не только с ней и в куда более странных обстоятельствах. Но здесь и сейчас ей инструктору было не легче.
В свое оправдание она могла бы сказать, что Волконский ранее не выступал по поводу «воспитательных методов», вполне реально оценивая их эффективность. Парень прекрасно понимал, что специалисты напрасным садизмом не страдали. Они вбивали в него навыки. Иногда буквально. Но максимально эффективно.
— А если нет? — поинтересовалась Валентина.
Нет, она не шла на обострение конфликта. Просто дала себе чуть больше времени, чтобы придумать, как именно сгладить нынешний… конфуз.
Павел же ждать не стал.
Молодой человек сделал мягкий подшаг вперед и вскинул левую руку, с силой прижимая сжавшую его ухо ладонь к голове. В тот же миг клановец «закрутил» тело вокруг оси, стараясь «преломить» кисть.
Результат оказался спорен. С одной стороны, парень получил свободу, вырвавшись из хватки коллеги, но «удержать» руку и подмять под себя валькирию не получилось.
Та рывку, конечно, удивилась. Но опыт не подвел. Культуристка мгновенно вырвалась их захвата, отступив на пару шагов назад.
Тишь, конечно, не испугалась. Но вот удивилась знатно. Раньше Шут всерьез инструкторам вызовов не бросал. Он добросовестно учился, словно губка, впитывая в себя новые навыки.
«Будем работать!» — решила Валентина, которой и самой было интересно, насколько далеко готов зайти младший товарищ. Однако еще через секунду девушка слегка поморщилась: «Как не вовремя-то!».
Она прекрасно представляла, как именно они выглядят со стороны. Атлетичный парень в темной футболке, кроссовках и джинсах явно «по одежке» оказался в куда более выгодном положении, чем она. Ну не планировала Тишь работать сегодня. А потому переоделась в легкий сарафанчик, под которым только и есть, что довольно… лаконичные трусики. Да и на ногах легкие парусиновые кеды. Самое то для конфликта. Силового.
«Вообще-то, он готов договариваться!» — подсказал внутренний голос. Однако девушка лишь отмахнулась. В иных местах физическое противостояние и оное же решение конфликтов до сих пор остаются основой воспитания и формирования навыков. И, еще раз, дело не в садизме. Просто так действительно «доходит» быстрее. Кроме того, «подсвеченное» болью событие, куда ярче воспринимается древней «ящерной» системой. А в общем деле это автоматически сводится к более высокому шансу на выживание.
За их спинами «громыхнуло». Даже с такого расстояния «раскаты» упражнений Юсуповой внушали. Всерьез. Как-то думать не хотелось, какого именно сейчас учебным мишеням.
На полигоне Вика не только «отрывалась», но и потихоньку осваивалась в куда более прикладном аспекте ее «прорезавшихся» сил.
Впрочем, Тишь с Павлом на буйство стихийного Дара внимания не обратили. Был у них вопрос поважнее. Кое-кто ошибся. Довольно серьезно. В жесткой и беспощадной иерархической игре. И сейчас ей, этой самой «кому-то», предстояло доказать свое право и дальше учить подопечного.
Нет, можно уйти прямо сейчас. Формально, конечно, ничего не изменится. Валькирия при этом раскладе оставит за собой право отдавать приказы. Волконский
