Последний посмотрел на них с явным отвращением, затем, спутав ноги своей лошади, подошел к капитану. Тот в одиночестве сидел возле костра, разведенного, по-видимому, исключительно для него одного.
— Ну, я к вашим услугам, — сказал капитан, когда испанец занял место рядом с ним.
— Мне нужно сказать вам очень немного.
— Послушаем.
— Чтобы изложить все дело в двух словах, я вам заявляю, что наша экспедиция бесполезна, птичка упорхнула.
Капитан не мог удержаться и испустил энергичное проклятие, такова уж была у него привычка.
— Терпение, — поспешил успокоить его испанец, — вот что у нас случилось. — И он рассказал, как отец Серафим увез девушку из лагеря.
При этом рассказе черты лица капитана прояснились.
— Ну, — произнес он, — все идет к лучшему. — Как вы думаете теперь поступить?
— Дайте мне Эль-Бюитра и десять решительных людей. Священник должен проехать через Квебрада-дель-Койоте. Я берусь отправиться туда и устроить засаду.
— А что же останется делать мне?
— Вам? Все что вам будет угодно.
— Тысяча чертей! Значит, я должен оставаться? Но завтра я снимусь с лагеря, оставлю здесь человек десять лазутчиков и вернусь в Урес к генералу.
— Разве он теперь в Уресе?
— Да, по-видимому.
— Отлично! В таком случае я явлюсь туда со всеми пленными.
— Хорошо.
— А теперь нужно поторопиться, я сейчас же ухожу. Капитан поднялся со своего места, и пока дон Корнелио поправлял подпругу у лошади, он приказал десяти бандитам вместе с Эль-Бюитром приготовиться к отъезду.
Десять минут спустя этот маленький отряд покинул лужайку и во главе с испанцем пустился в погоню за миссионером.
Читателю уже известно, что случилось в ущелье, находившемся на расстоянии двух лье от засады, устроенной бандитами. Поэтому мы расстанемся на время с доном Корнелио и обратимся к капитану Варгасу.
— Ей-Богу, — произнес последний после отъезда испанца, — я очень рад, что дело приняло такой оборот. С этими демонами французами надо поступать решительным образом. Черт возьми! Теперь на ночь можно успокоиться и соснуть.
Но капитан заблуждался, надеясь провести спокойную ночь.
Выступая из лагеря, Валентин разъяснил товарищам цель поездки и посоветовал им действовать по-индейски, то есть при помощи хитрости. При въезде в лес, где укрывался капитан Варгас, французы слышали лошадиный топот и видели, как в ночном сумраке промелькнули чьи-то темные силуэты — то были бандиты под командой испанца. Не желая откладывать в долгий ящик исполнения своих планов и одновременно упускать нечаянно выслеженную добычу, охотник ограничился тем, что послал вдогонку за замеченным отрядом нескольких ловких авантюристов, которые должны были проследить за действиями бандитов. Затем оставшиеся французы спешились и, как змеи, поползли в глубь леса.
Захватить мексиканцев врасплох было совсем не трудным делом.
Считая себя в полной безопасности, бандиты даже не позаботились выставить часовых.
Они в беспорядке лежали вповалку вокруг костров и большей частью спали крепким сном или готовились в него погрузиться.
Что же касается капитана, то он тщательно завернулся в свой плащ и тоже спал непробудным сном, придвинув ноги к костру, а голову положив на седло.
Авантюристы, не производя ни малейшей тревоги, добрались почти до самой середины лужайки.
Здесь они завладели ружьями и шпагами спящих бандитов, свалили все оружие в одну кучу, отвязали лошадей и ударами кнутов разогнали их в разные стороны.
Шум и бешеное ржание разбегавшихся по лесу лошадей заставили наконец мексиканцев пробудиться ото сна.
Бандиты точно окаменели, увидев себя окруженными со всех сторон авантюристами, они поняли, какую шутку сыграли с ними французы.
Инстинктивно бросились они к оружию, но не тут-то было.
— Con mil rauos у mil demonios!10 — вскричал капитан, яростно топая ногами. — Мы попались в ловушку, как мыши.
— Стой! — произнес Валентин с ироническим смехом. — Значит, вы не состоите больше в управляющих, сеньор дон Исидро Варгас?
— А вы, — в ярости ответил тот, — разве вы уже больше не торгуете быками, сеньор дон Валентин?
— Что поделаешь, — насмешливо заметил Валентин, — торговля идет очень плохо.
— Гм! Так я вам и поверил!
— Бог мой! Всякий занимается тем, чем может. Дорогой капитан, — продолжал Валентин, обращаясь уже к де Лавилю, — у всех этих кабальерос есть с собой веревки. Будьте добры, свяжите их покрепче.
— Э! Сеньор дон Валентин, — заметил бывший управляющий, — вас нельзя упрекнуть в излишней нежности.
— Меня?! Какие ужасные вещи вы говорите, дон Исидро! Но ведь вы понимаете, что на войне бывают свои особые условия, я только принимаю меры предосторожности — вот и все.
— Что вы станете с нами делать?
— Вы сами увидите — не хочу лишать вас удовольствия получить сюрприз. Кстати, капитан, скажите, как вы находите мою шутку, сыгранную с вами. Стоит ли она той, которую вы готовили нам?
Капитан Варгас не нашелся, как, в свою очередь, уязвить охотника, он принялся только яростно грызть пальцы, убедившись, что никакое бегство невозможно.
В эту минуту вернулся человек, посланный Валентином, и доложил ему о чем-то на ухо.
Охотник побледнел и так взглянул на мексиканского капитана, что тот почувствовал невольную дрожь.
— Пусть десять человек немедленно садятся на коней! — отрывисто распорядился он. — Капитан де Лавиль, вы отвечаете мне головой за бандитов, которых я оставляю на ваше попечение. Двигайтесь потихоньку в наш лагерь, я догоню вас дорогой. Если кто попытается бежать во время пути, стреляйте в него без всяких колебаний. Вы слышали?
— Не беспокойтесь — все будет исполнено в точности. Но что случилось?
— Бандиты, которых мы видели удаляющимися из лагеря, хотят напасть на отца Серафима.
— Черт побери! Нужно поторопиться.
— Я и так тороплюсь. Прощайте! Горе вам, несчастные, если хоть один волос упадет с головы миссионера, вы все будете расстреляны, — добавил он, обращаясь к испуганным пленникам.
С этими словами Валентин ускакал в сопровождении других авантюристов.
У входа в ущелье охотнику попались навстречу несколько беглецов, за которыми он немедленно пустился в погоню. Но, к несчастью, те заметили его издали и успели скрыться, побросав лошадей и вскарабкавшись, как кошки, на самую вершину утеса.
Валентин не захотел терять времени на бесполезное преследование и поспешил к миссионеру.
— А-а! — вскричал тот при виде охотника. — Друг мой Валентин, без Курумиллы мы бы непременно погибли.
