бедой – засухой и общим желанием подняться за счёт каких-нибудь чужаков, заодно и доблесть свою воинскую показав. Потому и разбивалась легко эта ямная общность на новые культуры, подсев к кому-нибудь на его земле, потому и разносила свои гены, но не культуру, по другим общностям, формируя из них третьи… Так и вышло, что ямную культуру на западе сменили катакомбная общность, а на востоке – полтавкинская, срубная и андроновская культуры.
Генетика тут статистически заметно однообразная. В основном – R1b1a с продолжениями в основном в R1b1a2, но есть и I2a. То есть всё то же подтверждение всё того же: успешные степные кавалеристы закаспийского происхождения усиленно осеменяли встреченных женщин, которые и рожали продолжение их гаплолинии. Но и мужчины – потомки анетовских постграветтских кроманьонцев – не все ложились под каменными топорами «казаков», а тоже размножались, как могли.
Кстати, разнообразие женских гаплогрупп – громадное: H (10 обр), U5 (10), T2 (7), T1 (4), U4 (3), K (3), W (3), N1a (1), J (1), U2 (1), X (1), C4a2 (1). Передняя Азия, кроманьонская Европа, Месопотамия, Кавказ, земледельческий Дунай, Альпы, Южный Урал. Сразу видно, куда ходили ямные «казаки» «за зипунами»…
В этом смысле присутствие в ямной двух «рас», если иметь в виду данные по полному геному, – восточных и кавказских охотников-собирателей – с одной стороны, далеко не чудо, а с другой – рывок в открытую дверь. Если горный и степной ландшафты тут соседствуют, то ничего нет странного в присутствии выходцев с Кавказа в ямниках. Да о том же и археология говорит – та же новосвободненская культура и пр. А остальные в степи и лесостепи и не могли быть никем другим, как восточными охотниками-собирателями. «Фермеры» с Ближнего Востока сюда не добрели – они лишь технологическое влияние оказали на здешних потомков восточного граветта. Даже трипольцы, с «расово»-генетической точки зрения оказываются «фермерами» с Ближнего Востока лишь в небольшой доле.
Есть смысл обозначить ещё пару маркёров для складывающейся общности ямников. В частности, западное крыло её довольно сильно отличается от восточного. Иные исследователи даже предлагают выделить его в отдельную культуру.
Несмотря на то что, как сказано, топоров здесь было больше, чем на востоке, их всё-таки недостаточно много для каких-то далекоидущих выводов – на несколько тысяч погребений едва ли несколько десятков. Но они есть, и они носят явно не повседневный, а ритуальный характер. Уж больно хорошо обработаны.
И вот эти люди, живя в сильно переплетённой, перепутанной общности, которая, впрочем, представляет собою, скорее, конгломерат общностей, совмещённых климатом и географией на одном пространстве, вдруг получают толчок. Нет, «вдруг» здесь – не самых подходящий термин: все вместе они не сорвались и не поскакали неведомо куда. Конечно, что-то от Гумилёва с его идеей неведомых «хлыстов» из космоса, вдруг вздыбливающих целые народы, можно тоже предполагать. Но проще и логичнее реконструировать ситуацию, при которой людей срывало с места какое-то более понятное, живое и земное явление.
А в данном случае и реконструировать нечего. У нас 5200 лет назад вдруг резко становится холодно и мокро. А все было уже приспособились к засухе. «Казаки» летают «за зипунами», привозят из дальних краёв диковины и женщин. «Фермеры» освоили поймы, ушли в леса. Не партизанить или от «казаков», а просто оказалось, что в тех условиях это был лучший способ добывать себе пищу: выкорчевал участок, сжёг деревья, на удобренной земле лет 5–7 хорошие урожаи будут. Свинок стали разводить – в этих условиях поудобнее коров будут. Хотя и от них отказываться дураков нет, но сама привязка животноводства к крупным стадам уходит. Возможно, вслед за самими стадами, которые стали редеть на сильно обедневших пастбищах.
Так некий симбиоз сложился. «Казаки» дуванят тех, кто побогаче. А кто побогаче? А те, кто уже давно на оседлом земледелии поднялся – закавказские анатолийские и междуреченские протоцивилизации на юге и трипольцы на севере. На востоке – вольное скотоводство простором пользуется, на западе – всякие бывшие свои ребята, развивающие теперь сельское хозяйство вдоль рек.
Замечаете? Климат и природа сами собою диктуют четыре хозяйственных уклада, по которым и пошли затем разные человеческие общности: степной коневодческий, лесостепной скотоводческий, подсечно-земледельческий европейский и ирригационно-земледельческий ближневосточный. И примерно то же творилось в других цивилизационных «пятнах» – в Индии и Китае. С поправкою разве что на конкретные азимуты относительно Северного полюса.
И вот мы видим, как трипольцы отчего-то начинают е примерно 5500 годов назад сильно укреплять свои поселения, но сами по себе их цивилизационные устои не сотрясаются, и беспокойства особого они не испытывают. Наоборот, вполне себе технологически развиваются, осваивают рудознатство и металлообработку, изготовляют медные оружие и украшения. В общем, видно, что «казаки» ямные в тонусе поддерживают набегами своими, но в целом основ жизни не подрывают.
А с 5200 годов этот этап развития сменяется трипольем С2. Которое характерно чем? Резким снижением качества жилья – вплоть до возвращения в землянки – при одновременной миграции на север и восток. Падением технологического уровня. Зато – внимание! – появляется много шлифованных каменных топориков (вики), а также боевых. И – тоже внимание! – шаровидные амфоры! Мы с ними ещё встретимся.
А что случилось? А небольшая экологическая катастрофа – то самое Пиорское колебание, про которое мы говорили как про фатально изменение погоды, вызвавшее упадок одних и подъём других человеческих культурных общностей.
Итак, 5200 лет назад наступил холодный и влажный период. Это ещё не катастрофа сама по себе, но – явственный признак недовольства богов. А поскольку боги человеческие всегда соответствовали ведущей идеологии человеческих обществ, то ясно, что одним обществам они приказывали совершать больше подвигов в процессе ограбления соседей, а другим – уходить куда подальше от ставшего проклятым места.
Как всегда, уходили не все, но и тех, кто решал уйти было, судя по тектоническим сдвигам обществ в Европе в эту эпоху, весьма немало.
Трипольская «булава»
Итак, расстроенные плохой погодой «казаки» стали отвечать богам самым послушным образом. Ответно опечаленные их религиозным рвением соседи подались от такой напасти кто куда. Южные жители предгорий Кавказа – майкопская культура, – оставив совместно, хотя вряд ли добровольно с ямниками рождённую новосвободненскую культуру, подались на юг. И вот невесть откуда в Северном Междуречье появляется неведомый народ хурритов.
Трипольцы аналогичным образом подаются на север – кто-то остаётся на месте, а кто-то наваливается на нарвскую культуру, нехотя помогая племенам ямочно-гребенчатой керамики и частично смешиваясь и с ними. В этот период упадка прежнее любимое оружие – особого вида палица – куда-то исчезает из их арсенала. При этом, однако, по
