документами
Мне показалось, что я впрямь ввела в заблуждение взрослого мужчину. Он с легкостью отпустил нас одних и даже ни капли не обратил внимания на мою дорожную сумку. По виду и не скажешь было, что там только детское барахло.
Я вбежала в коридор детской консультации. На рецепшине сидела молодая медсестра в розовом халате.
— Где у вас второй выход?
— Вам зачем? — спросила строго она.
— Пять тысяч и не задаем вопросы, по рукам?
Да уж, похоже медсестры в нашей стране и впрямь работают за копейки. Этим пятью тысячам она обрадовалась так, как будто выиграла в лотерею миллион. Она не только показала второй выход из здания в противоположном крыле, но и любезно проводила меня туда.
Машина с охранником находилась по другую сторону здания, и мы без труда смогли сбежать. Вот он! Запах свободы! На тот момент мне было все равно будет ли нас искать Марат, что будет с этим охранником, главное, все получилось! Будто ангелу хранителю надоело смотреть мои муки, и он соизволил, наконец, мне помочь. Все прошло гладко, как никогда раньше. Я не верила, что мне так повезло, я и без проблем улизнула из-под носа охранника.
Небольшая пятиэтажка, где жил Илья, была недалеко. Мне не составило труда быстро ее отыскать. Я вбежала в подъезд, как будто за мной гнался черт. Кто знает, может он уже нанял за мной погоню. Только вот об Илье Марат ничего не знает. И не сможет нас найти. По пути чуть не сбила женщину с собакой, пока поднималась по лестнице на третий этаж. И вот она. Заветная квартира. Мое спасение. Я без малейшего колебания нажала на дверной звонок. Хватило одного раза. Дверь распахнулась. На пороге застыл Илья.
Я проглотила ком в горле и, набравшись смелости, дрожащим голосом спросила:
— Можно войти?
Глава одиннадцатая
Илья был ошарашен нашим приездом. Он, наверное, прокручивал в голове, где я могла найти его адрес, так как повисло молчание. В чувство его привел плач ребенка. Соня устала и хотела есть.
— Да, конечно, проходи... те
Я быстро юркнула в небольшой коридор, а когда он закрыл железную дверь, то в полной мере почувствовала себя защищенной. Квартира была не новая. Старый ремонт, узкий коридор, по которому Илья провел нас в гостиную или его комнату. Посреди комнаты стояла раздвинутая софа. Видимо, Илья еще отдыхал, когда я ураганом ворвалась в его квартиру. Она была застелена серым бельем не первой свежести; обои были в некоторых местах стерты. Крупные цветы на них выцвели, а остатки блесток все еще сверкали на солнце из большого светлого окна. Но все это было не важно. Главное мы с Соней в безопасности.
Соня по-прежнему капризничала. Я вытащила ее из люльки на руки.
— Она хочет есть. Где мне... развести смесь?
Даже мне показалось это через чур наглостью. Что мог подумать обо мне Илья. Ворвалась утром к нему домой, еще и командует здесь. Но Илья был больше растерян, чем зол на меня. Кажется, он совсем не злится. Только смотрит на малышку с какими-то неизведанными чувствами. Я взяла из сумки баночку со смесью и детскую бутылочку. Илья пришел в чувство. Вежливо забрал детские принадлежности из моих рук и ушел на кухню.
— Я сам. Моя двоюродная сестра недавно родила. Я ей помогал какое-то время, в общем, некоторые вещи знаю, как делать
Илья вышел из комнаты. Я положила Соню на софу и сняла теплый костюм. Она вся вспотела в нем и, кажется, хотела спать, поэтому капризничала еще сильнее. Илья быстро все сделал и вручил мне бутылочку с теплой смесью. Он сел неподалеку и когда Соня, наконец, успокоилась, то спросил:
— Что случилось?
— Сбежала от мужа тирана — коротко ответила я, наблюдая, как Соня с удовольствием ест смесь.
— Тиран? Он тебя бил? — настороженно спросил Илья.
— Нет не бил, хотя возможно и до этого оставалось недалеко. Просто превратил нашу жизнь в ад
Илья замолчал. Нужно было объяснить все дальше.
— Илья, я понимаю, что свалилась к тебе, как снег на голову... — начала я. Илья по-прежнему молчал, лишь изредка поглядывая на ребенка.
— Я... Помнишь, как ты мне сказал, если бы мне тогда хоть кто-то помог, я бы не наделала глупостей. Но никто не помог. И сейчас я прошу помощи у тебя, ради всего светлого, что было раньше в нашей жизни... Кроме тебя у меня никого нет — с болью в душе сказала я и закусила губу.
— Конечно, ты можешь оставаться здесь сколько угодно. Эту комнату я снимаю. В другой живет хозяйка. Она добрая отзывчивая женщина, я ей помогаю, делаю всю мужскую работу. Она поймет... — заботливо ответил Илья. Какой же он все-таки... благородный. Не смотря на то, как я с ним поступила, он все еще принимает меня в свою жизнь. Хотя и злится. Это заметно чувствовалось.
Соня успокоилась, но не уснула. Она смотрела своими зелеными глазами на меня, будто вопрошая, где мы и что происходит.
— Не знал, что у тебя есть ребенок — сказал Илья, любопытно заглядывая в личико Сони.
— Да... у меня есть ребенок
Я замялась. Нужно ему сказать. Сказать, что это наш ребенок.
— Хочешь подержать?
Да, это прозвучало по-идиотски. Для него она чужая, а я предлагаю взять Соню на руки. Но Илья будто оживился. Он с трепетом протянул руки и прижал Соню к себе, рассматривая ее зеленые глазки.
— Как ее зовут? — улыбнулся он.
— София
Илья поднял удивленные глаза на меня, а потом обратно на ребенка. Да, идеальный момент для признания.
— Имя моей бабушки — ухмыльнулся он.
— Да твоей... И Соня... тоже... твоя
Илья будто не расслышал. Слова медленно стали проникать вглубь его мозга.
— Что ты сказала? — переспросил он. Я проглотила ком в горле.
— Илья, это твоя дочь
От волнения я сидела, как на иголках и заерзала на месте. Илья внимательно посмотрел на Соню.
— Сколько ей месяцев? — стал сопоставлять факты он.
— Пять
Осознание того, что он отец, будто пронзило его стрелой. Илья чаще задышал, пристально смотря на Соню. Она была маленькой копией его самого. И сомнений у него не осталось. Он резко вернул мне Соню. Вскочил с дивана, как ошпаренный, и выскочил из комнаты.
Я задыхалась от чувства вины перед ним. Объяснить. Нужно все объяснить прямо сейчас. Итак, наломала дров, струсила, сбежала в прошлый раз. Но время бесконечного бега прошло. Теперь я должна быть с ним честной и найти слова, чтобы
