извиниться за мои дурацкие поступки.
Соня устала. Она закрыла глаза и через пять минут спала на моих руках. Я бережно ее переложила на софу. Прикрыла ватным одеялом и пошла в след за Ильей. Он стоял на кухне, оперевшись об кухонный гарнитур руками, с опущенной головой. Грудь его ходила ходуном. Я слышала его шумное дыхание. Остановилась в дверном проеме и проглотила язык.
— Ты издеваешься?
Илья отступил от гарнитура и прошел немного вперед, сверля меня суровым взглядом. Я ожидала, что угодно. Он имеет право на все. Кричать, обвинять, даже ударить... Я все вынесу.
— Нет... — отозвалась я и потупила глаза в пол.
— Ты издеваешься?! — повысил голос Илья. Он крепко сжал кулаки. Глаза его покраснели.
— Мало того, что ты бросила меня во второй раз... Так ты еще скрыла моего ребенка?! Саша, ты ненормальная!
Илья постучал пальцем по своему виску.
— Заслуженно — тихо ответила я.
— Чего? Заслуженно? Это все, что ты хочешь мне сказать? Ты что творишь вообще?! — вышел из себя Илья. Я застонала.
— Илья, ну... Ну, кричи на меня, ну, хочешь ударь меня, я не знаю, как оправдать свои поступки!
Глаза неприятно защипали. Я не боялась заслуженного наказания, просто растерялась и не знала, что сказать, чтобы немного смягчить ситуацию. Илья тем временем подошел ко мне вплотную так, что я ощутила на своей щеке его горячее дыхание.
— Ты ненормальная — повторил он и, обойдя с другой стороны, направился к выходу.
— Мы, лучше уйдем, ты прав... я ненормальная
Похоже, Илью моя фраза вывела из себя еще больше. Он бросил на меня гневный взгляд.
— Запомни, все что я делаю сейчас, все что я буду делать, это все для Сони. Вы останетесь здесь. Я сделаю все, чтобы вы были в безопасности, ну, а пока... Я не готов и... я не хочу тебя видеть
Илья ушел куда-то. И надолго. За его отсутствие домой вернулась хозяйка. Видимо, Илья предупредил ее, что с ним в комнате буду я и ребенок. Она встретила меня весьма дружелюбно, в отличие от Ильи. Но разве его можно было винить за все слова, за его гнев в мою сторону. Что тут еще скажешь? Заслуженно. Говорить он со мной не хотел, да и я бы на его месте после всего, что было не стала. Оставалось только надеяться, что Илья немного успокоится и проявить незаслуженную милость в мою сторону. Соню он все же принял, спасибо и на этом.
Ильи еще не было. Вечером хозяйка любезно помогла мне искупать Соню, накормила нас, выдала чистое постельное белье. Когда я уложила Соню спать, мы вместе с ней попили чай с жасмином на кухне и поговорили.
— Ты видно, девочка хорошая, наконец, Илюша переключился на кого-то. Год у меня уже живет, ходит понурый. Ни с кем не встречается. Забыть не может свою бывшую, которая его предала. А он парень хороший
Я промолчала. Стыдно было признаться этой милой женщине, что бывшая, которая его предала, это я. Мы недолго посидели, а после она ушла спать, так как ей нужно было рано утром встать на работу.
Уже далеко за полночь, Илья вернулся домой. Соня уже спала, я нет. Просто лежала с закрытыми глазами. Сон никак не шел. Хозяйка выдала ему матрас и еще одно одеяло, чтобы мы с дочкой спали на софе, а он на полу. Илья молча прошел в комнату, быстро разделся и лег на матрас. В воздухе витал запах спиртного, видимо, он выпил.
— Илья — тихо позвала я его.
— Я хочу спать — так же тихо ответил он и отвернулся в другую сторону. Я замолчала и так же отвернулась к стене.
Утром, когда хозяйки уже не было, а Илья крепко спал, так же, как и его дочь, я накинула домашнее бардовое платье и прошла на кухню. Отыскала в холодильнике продукты, приготовила оладьи с малиновым джемом, заварила вчерашний вкусный чай. Примирительный завтрак или что-то вроде того. Торопится не стоит, нужно начинать с малого. Хоть с чего-то. Я положила на тарелку оладьи и поставила на стол две фарфоровые чашки. Краем уха услышала шаги. Илья проснулся. Он сходил в ванную, а потом вышел на кухню. Лицо его еще было сонным, а глаза немного опухшими. Последствия вчерашних посиделок в баре.
— Доброе утро — сказала я, вложив в свои слова все дружелюбие.
— Доброе
Илья сел напротив, рассматривая стол.
— Сейчас налью чай — заботливо проговорила я и потянулась к чайнику. Илья молча встал и взял из кухонного шкафчика кофе. Я присела обратно. Он так же молча сел на стул и сделал себе кофе.
— А я вот оладушков напекла, как тетя Надя раньше готовила. Мне они так нравились
Я немного занервничала. Ладони вспотели, и я вытерла их о платье. Илья упорно продолжал молчать, размешивая в кружке сахар.
— Илья... если тебе некомфортно, если ты не хочешь меня видеть, мы можем уйти — тихо ответила я на его молчание. Илья поднял свои зеленые глаза.
— Я уже говорил. Вы останетесь здесь и закроем эту тему
В его словах я почувствовала нотки раздражения что ли.
— Я не могу так... Ты молчишь, не даешь мне право все объяснить, не хочешь выслушать. Я не знаю, как себя вести, кто мы теперь друг другу?
Илья отвел взгляд, буровя своим взглядом картину, что висела на стене.
— Ты мама Сони, а я папа и все — холодно ответил он.
— Так нельзя Илья, мы так не сможем жить — возразила я.
Илья вскочил с места.
— Нельзя? А тебе, видимо, все можно? Можно так поступать, можно бросать, играть с моими чувствами, молчать о том, что у меня есть ребенок? Как мне еще к тебе относится?
— Я знаю, что натворила, все осознаю и жизнь меня уже наказала за все, что совершила. Я знаю, это месть, но прости меня, я правда сожалею обо всем, что случилось! Прояви ко мне хоть каплю сочувствия!
— Когда-то я тоже просил проявить ко мне хоть каплю милосердия, шанс попробовать тебя простить, начать все заново, да черт побери, я тебя простил, понял тебя и готов был принять в свою жизнь... Но тебе это было не нужно, ты променяла наши чувства, предала нашу любовь ради красивой жизни. Ты изменилась, ты больше не та Саша, не мой ангел, которого я так любил
Сердце мое судорожно сжалось от боли, от прежних воспоминаний, что случилось больше года назад. Он больше меня не любит...
— Ты
