Дверцу открыл один из церковников рангом пониже, и я увидел, что за ней начинается столичная площадь. Видимо, это был черный ход, из которого меня весьма невежливо вышвыривали прочь. Похоже, святоша сильно обиделся, раз не хочет даже разговаривать со мной. Ладно, я и не напрашивался! Но так просто уходить было нельзя. Я ведь не какой-то там простолюдин, в моих жилах течет королевская кровь, поэтому восстановить статус-кво нужно было обязательно.
Повернувшись, я холодно взглянул в глаза Рехошу и четко произнес:
- Больше никогда не смей мне приказывать!
После этого я еще немного постоял, буравя взглядом святошу, но тот возражать не осмелился и вскоре опустил голову, пряча глаза. Я знал, что в них плескался только гнев, но даже такого признания поражения было мне вполне достаточно. Теперь церковник прекрасно понимает, что давить на меня, пытаться отомстить или гадить по мелочам не следует. Ведь я могу и ответить!
Развернувшись, я покинул негостеприимный храм и вышел на улицу. После угнетающей атмосферы внутри храма я не смог сдержать облегченной улыбки, очутившись на свободе. Посмотрев на небо, я с удивлением отметил, что уже наступал вечер, видимо, время за чтением пролетело незаметно. Вспомнив об этом, я обнаружил книгу, которую все еще держал в руке. Первым моим побуждением было выкинуть ее, но потом я подумал, что так и не дочитал это творение древних пиарщиков, поэтому сунул ее подмышку и решительно направился во дворец. Хоть мне и хотелось по пути заскочить к Паронику и поставить свой автограф на контракте, гарантирующим неплохие деньги без усилий, но разговор с Фариамом откладывать было нельзя. Брат должен был первым узнать обо всем, что сегодня произошло, чтобы не только просветить меня, во что это может вылиться, но и заранее продумать свой ответ на возможные претензии церковников. Как говорится, предупрежден - значит вооружен. А, зная своего брата, я могу с уверенностью сказать, что претензии церковников вполне могут обернуться увеличением арендной платы, которую они отчисляют в казну.
Войдя в лабиринт дворцовых коридоров, в которых уже понемногу начал ориентироваться, я достал разговорник и гаденько ухмыльнулся.
- Алекс? - раздался голос Фариама. - Что, церемония в храме уже закончилась? Ты знаешь, я сейчас немного занят, давай попозже поговорим?
- Нет, церемония еще идет, - ехидно ответил я. - Вот только меня с нее выперли пинком под зад, поэтому я и хотел узнать, тебе подробности интересны, или будешь их потом у свидетелей узнавать?
Брат после недолгого молчания переспросил:
- Ты шутишь?
- А что, похоже? - не теряя ехидства, сказал я.
- Ты сейчас во дворце?
- Да.
- Оправляйся в библиотеку, я подойду сразу, как только смогу, - четко сказал Фариам и прервал связь.
Добравшись до нужного помещения, я развалился в мягком кресле. Желание дочитать местную Библию пропало, поэтому я принялся листать какой-то томик, лежавший на столе. Это оказался трактат о принципах государственного устройства, где расписывались все правила и свойства различных авторитарных вертикалей власти. Я только хмыкнул и закрыл книгу, подумав, что Фариам принял всерьез все мои рассказы по дороге в столицу и сейчас наверняка пытается кое-что улучшить в королевстве. И вполне возможно, он сейчас занят именно этими проблемами, а я тут решил над ним поиздеваться...
Проснувшаяся совесть сжала меня в своих цепких объятьях, принуждая схватиться за разговорник и признаться, что я слегка преувеличил, но я напомнил ей, что только недавно брат кинул меня, бедного и несчастного, на растерзание святым отцам, поэтому жалости недостоин. А впечатления от церемонии в храме вообще заставили невовремя вылезшую на поверхность совесть снова скрыться в глубинах моего подсознания. Поэтому когда через десять минут в библиотеке появился серьезный Фариам, я встретил его невинной улыбкой.
- Что произошло? - спросил брат, присаживаясь рядом.
- Много чего. Например, я узнал, как получают силу маги-священники, сумел опустошить церковный накопитель, поставить на место отца Рехоша, стать святым еще при жизни... ну и еще по мелочи.
- Маги у священников?
- Да. А ты что, сам не заметил, когда с ними беседовал? Я ведь тебя этому уже научил!
- Алекс, я не пользовался магическим зрением, - смущенно пояснил Фариам. - Думал, что оно только силы отбирает.
- Глупости! - отрезал я. - Плетение, которое я тебе показывал, тратит не так много энергии, а тебе все равно нужно постепенно разрабатывать резерв.
- Ладно, Алекс, это сейчас не существенно. Так ты говоришь, что у служителей веры есть свои маги? И много?
- Пять среднего уровня, два слабых, а остальные находятся на ступени обычных одаренных. Таких, как ты, например. Но это только в столичном храме, а сколько раскидано по всему Маринану, я даже представить боюсь.
- Значит, получается, что каждый священник является одаренным?
Я почесал затылок, вспоминая свои предыдущие встречи с церковниками, и ответил:
- Похоже, что нет. В деревни и мелкие города наверняка посылаются священники, совсем не имеющие способностей. Им они там и не нужны - не с кого силу вытягивать. Но в крупных храмах, где прихожан много, подозреваю, обязательно присутствуют хорошие маги.
- Священники забирают силу у людей? Но почему... - Фарам оборвал себя и приказал: - Рассказывай все с самого начала!
- Ну, вначале была тьма, потом появился Единый и создал твердь земную...
- Алекс, хватит издеваться!
- Ладно, сдаюсь! Слушай.
Я подробным образом рассказал брату о том, что происходило с того момента, как он меня бросил на произвол судьбы. Фариам задумчиво слушал и не перебивал, а когда я закончил, поинтересовался:
- И что ты предполагаешь делать?
- Да я вообще-то у тебя хотел поинтересоваться. Как думаешь, стоит ждать неприятностей?
- А ты уверен, что после того, как церковники узнали о том, что брат короля - Темный маг, они просто забудут обо всем?! - ехидно спросил Фар.
- Стоп, ты не так понял. Я не говорил, что при опустошении накопителя они меня опознали. Подобное может проделать любой сильный маг с достаточной вместимостью резерва, а быть магом святое писание нисколько не запрещает, так что по этому поводу волноваться не стоит. Пока ушей святош не достигнут слухи из степи, о моей "темноватости" они догадаться не смогут, а когда это случится, я буду уже... далеко от Мардинана.
Первоначально я хотел сказать "в Горах", но потом вспомнил о проходе на Землю, который Темнота называла разрезом, и решил не конкретизировать. Фариам отметил мою запинку, но не стал уточнять, что я имел в виду, а сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
