связаться с ним.
Брови Виктора хмурятся, и я вижу, как Лука приподнимает бровь.
— Он назвал тебе причину своего появления? — Спрашивает Виктор, нахмурившись.
— Да, мы говорили об этом. Его интересует, что будет с поместьем. Наш отец, конечно, вычеркнул его из завещания, и теперь он вынюхивает, не планирую ли я занять место, оставленное для наследника. Поскольку у меня нет таких планов, он решил, так сказать, бросить свою шляпу на ринг.
— И что ты ему сказал? — Спрашивает Лука с другого конца стола, его губы недовольно поджимаются.
— Конечно, я сказал ему нет. У меня есть идеи о том, что делать с поместьем после того, как мы с Сашей сможем уехать, но ни одна из этих идей не предполагает, что мы оставим что-либо из этого Артуро. Он превратил бы заведение в карикатуру на новые деньги и вращающуюся дверь с моделями. Возможно, у меня нет никакого интереса продолжать имя нашей семьи, но я не оставлю это ему.
— Не могу сказать, что я с тобой не согласен. — Виктор сцепляет пальцы домиком перед собой. — Ты уверен, что это все, что его интересует?
— Я никогда ни в чем не уверен касаемо Арта. Он проявил интерес к Саше, хотя, насколько я могу судить, она не отвечала ему взаимностью. Но, насколько я знаю, да, именно поэтому он здесь. И я не могу сказать, что я удивлен, если бы он почуял запах бесплатных денег и влияния без какой-либо ответственности, я не сомневаюсь, что он пришел бы, чтобы поживиться этим.
— Раз уж ты упомянул Сашу… — Лука бросает взгляд на Виктора, который бросает на него еще один прищуренный взгляд, прежде чем вернуть свое внимание ко мне.
— Мы установили личность человека, ответственного за взрыв бомбы в машине, и тех, кто пытался похитить Сашу. — Виктор глубоко вздыхает. — Это разные люди, Макс. И некоторым из них насрать на тебя.
Я пристально смотрю на него.
— Что ты имеешь в виду?
— Человек, который выслеживал тебя, Иван Голубев. Бет выяснила его личность, немного покопавшись. Он брат человека на которого ты охотился. Все очень просто, он хочет отомстить так же, как отомстили ты. Все, что нам нужно сделать, это добраться до него первыми, и это должно замкнуть цикл. Насколько мы можем судить, нет других членов семьи или кого-либо, связанного с ним, кто мог бы помогать ему.
— Я могу вернуться. — Я думаю о том, что Арт сказал в офисе, что я оставил других разгребать беспорядок, который принадлежит мне. Это задело меня, потому что это то, о чем я думал снова и снова. — Это моя проблема, моя вина, Виктор.
— Нет. — Голос Виктора ровный и уверенный, не терпящий возражений. — Тебе нужно остаться там с Сашей.
Меня пробирает озноб от серьезности его голоса.
— Что с Сашей?
— Бет обнаружила кое-что еще, пока копала, — говорит Лука. — Мы думали, что Саша стала мишенью, чтобы причинить тебе вред. И вполне возможно, что это одна из мотиваций Голубева, нет никакого способа узнать наверняка. Возможно, он надеется причинить тебе как можно больше боли, прежде чем выследит тебя, и именно поэтому он выбрал ночь, когда вы были с Сашей, чтобы заложить бомбу. Но люди, которые напали на нее в городе…
— Работают на человека по имени Константин Обеленский, — продолжает Виктор, когда Лука погружается в мрачное молчание. — Насколько нам известно, Саша ничего об этом не знает, и я думаю, что пока лучше, чтобы так и оставалось.
— Чего не знает? — Я слышу нетерпение в своем голосе, но, если Виктор и слышит, он не подает вида.
— Саша была сиротой, — медленно произносит Виктор. — По крайней мере, мы так думали.
— Что ты имеешь в виду, о чем ты думал? — Я пристально смотрю на него с другой стороны экрана планшета. — Она была приемным ребенком, уже не по возрасту. Вот почему Михаил подобрал ее. Верно?
— Конечно, это то, что мы думали. Это то, что должен был искать Михаил. Но, по-видимому, Саша — дочь Обеленского.
На мгновение в комнате повисает тяжелая тишина.
— Тебе нужно будет объяснить это более четко, — тихо говорю я, и Виктор кивает.
— Обеленский — бывший оперативник КГБ, который сейчас возглавляет одну из группировок "Братвы" в России. Он известен своей жестокостью и жаждой власти, и в течение некоторого времени он наращивал свое влияние. Мы попросили Бет следить за ним, вот как ей вообще удалось раздобыть эту информацию.
Я провожу рукой по лицу.
— Итак, если Саша — дочь Обеленского, то как она оказалась в приемной семье? Это нетипично для дочери влиятельного человека.
— Конечно, нет. У Обеленского был роман с замужней женщиной, дочерью бригадира, который работает на другого известного лидера "Братвы". Она забеременела, и он попытался скрыть это и заплатить за то, чтобы она избавилась от беременности. Вместо этого она сбежала и попыталась родить ребенка тайно. Вероятно, она понимала, что не сможет скрываться вечно, что ее выследят, и они оба будут убиты. Итак, наше лучшее предположение заключается в том, что она пряталась достаточно долго, чтобы родить ребенка и отдать его в приют под вымышленным именем, у нас есть имя матери Саши, Мариана Федорова, которое не является именем этой женщины, в надежде, что это сохранит ребенка в безопасности.
— И это не так. — Я откидываюсь на спинку стула, чувствуя, как на меня наваливается тяжесть новой информации. — Я предполагаю, что ее отец узнал, что она жива?
— Да, — прямо говорит Виктор. — И сейчас он намного могущественнее, чем был, когда она родилась. Он хочет ее смерти, он не хочет, чтобы что-либо в этом романе было связано с ним. Ясно, что он послал людей справиться с этой работой.
— А ее мать?
— Она умерла от загадочной болезни в начале этого года.
Я киваю, потирая рот рукой.
— Значит, она нуждается в защите от совершенно другой угрозы.
Виктор кивает.
— Макс, мы говорили об этом снова и снова. Справиться с твоей угрозой должно быть достаточно просто, Голубев, человек с некоторыми связями, но не настолько, чтобы сделать его слишком сложным, и он выполняет свою собственную миссию без поддержки. Я могу быстро с ним справиться, если повезет. Но Саша… — Он качает головой. — Это сложнее. У нее есть моя защита, но я должен действовать осторожно. Обеленский ниже меня по уровню влияния здесь, но в России он мой эквивалент. Лука тоже поддержит ее, но ей нужны друзья здесь, Макс. Ей нужны влиятельные друзья не только на этом континенте. И вот тут на помощь приходишь ты.
Я знаю, что он собирается сказать, еще до того, как он закончит предложение.
— Ты хочешь, чтобы я взял на себя роль Агости и использовал это влияние, чтобы убедиться, что Саша окружена защитой со всех сторон.
— Именно. — Виктор кивает. — Обеленский будет поставлен
