ну, или подкупить их. Как-то же он смог убедить всех, что он не сын Одина, а брат. До сих пор многие верят в это, и относятся к нему с большим почтением, чем было до этого.
Когда Сигурд решил сбежать, он разозлился, хотя сто раз пожалел о своем поступке. Один тогда успел ухватиться за его привязку к пантеону и отрубить всё, что там было. Да еще так мастерски это сделал, что уже ничего не вернуть назад.
Потом у него состоялся серьезный разговор с Фригг, и он попытался вернуть своему сыну силы. Ведь тот отправился на перерождение, и они там ему бы пригодились. Но уже ничего не получилось. А еще, ко всему, Фригг узнала, что он оставил им закладочки на детей, позволив иметь только одного ребенка, и все! И этот единственный ребенок сможет прожить лет до двадцати, а потом умрет… После чего у его сына не останется других вариантов, кроме как вернуться к нему и, упав на колени, умолять простить его и помочь ребенку.
Один думал, что это гениальный план. Однако, всегда есть одно «но»! И это «но» заключается в том, что его первая жена — богиня, Фригг, Плетущая Облака, узнала о его решении по отношению ко своему сыну, и в гневе она не просто страшна, нет… Она беспощадна, как армия йотунов, которая врывается в человеческие миры со своих хладных и безжизненных планет.
Отмотать назад верховный снова ничего не мог. Это был закрытый мир… Словно сама Вселенная наказала его за такой необдуманный поступок. И теперь он только знает, что у него там есть внучка. А еще знает, что она вскоре умрет. Таково было его проклятие-благословение, как верховного бога своего пантеона.
Фригг была в ярости, и сейчас пытается найти этот закрытый мир, но у нее ничего не получается, а Одину только и остается, что пить и злиться. Все было бы намного проще, если не ярость, которая в тот миг затмила его разум. Он таким злым себя ещё никогда не чувствовал, но и его можно понять. Ведь сын считал его тираном, и упрямо хотел жениться на Валькирии, но Один тогда сказал ему, что не допустит этой свадьбы… Не в ближайшие тысячу лет!
Вот сын и психанул, да так, что смог удивить всех. Даже Мировой Уроборос, и тот смеялся несколько лет, когда узнал, как Одина ловко провели.
Не сказать, что Один сейчас находился в панике. Ему побыстрее хотелось решить всё силой, и при помощи своих верных соратников, но чтобы это сделать, нужно хотя бы понять, где находится в данный момент Сигурд. Известно только то, что это очень далекий закрытый мир. Как говорили оракулы, которые могут подсматривать за самой Вселенной, то не факт, что даже у Одина хватит силы открыть туда переход, настолько это далеко.
А ведь он практически взял и убил свою внучку. Своими руками убил дитя, которое было желаемым… Хотя он, конечно, мечтал только о внуке, но не Фригг… Она, и по сей день, не простила его. Не только отлучила его от семейного ложа, но даже без надобности не смотрит в его сторону.
Один уже долгое время находился в печали, а потому уже вторую неделю в пантеоне нет роскошных пиршеств и празднований. От этого, кстати, ему тоже грустно.
— Это я во всем виноват… — покачал он головой.
Оскорбил сына. Проклял-благословил внучку. А ведь главная причина как раз и заключалась в том, что он не считал девушку, которую сын выбрал в жены, достаточно сильной, чтобы родить детей. Оказалось, ошибаться может и он. Теперь же про правнуков можно забыть. Снять проклятие в том мире никто не сможет. Наверное, и во всей Многомерной не так много людей, кто справится с этой проблемой.
Вдруг гигантские врата отворились и зашли два воителя — Вигурд и Ригурд. Два павших брата, которые присоединились к пантеону.
— Всеотец! Мы привели гостью! Она говорит, что ей есть что рассказать тебе, — молвили они хором.
Один взглянул в их сторону, и тут же снова стал серьезным.
— Темная? — нахмурился он. — В моей обители?
В руках Одина появился меч.
— Вообще-то, у меня есть имя! Я Пандора, — обиделась женщина, которая стряхивала с себя снег. — Еще дальше не мог забраться? Холодина страшная…
Один потерял дар речи от такой наглости.
— Ты смеешь оскорблять меня и мой дом… в моем же… — но договорить ему не дали.
— Да-да… — быстро заговорила она ленивым голосом, — сама не рада тут быть, но короткий жребий вытянула я. И прежде, чем ты попытаешься меня убить… Хочешь услышать о своей внучке? И про её мужа?
Клинок Одина остановился не так далеко от ее шеи.
— Ты врешь! Не знаю, откуда ты пронюхала, что у меня есть внучка, — тут он прикинул, что произошла утечка, но это и неудивительно, ведь Фригг ищет сейчас ее по всей Многомерной Вселенной. — Но она не сможет быть ни с одним мужчиной. Он сразу замерзнет… А потому умри!
— Как же тяжело с вами, с мужчинами, — закатила глаза Пандора и приготовилась к битве.
Все присутствующие тут же расступились, давая возможность всеотцу свершить свое правосудие.
— Убью… — только и сказал он, и в следующий момент оказался за ее спиной, и занес свой меч для одного, но верного удара.
А в следующий момент Один осознал, что летит… Летит куда-то быстро и резко. Он даже не успел понять, как она атаковала его, и это его насторожило. Откуда в ней такая сила?
Когда верховный врезался в стену и поднялся на ноги, то понял, что произошло, и испугался… Сильно испугался…
— ЭТО Я ПОЗВАЛА ЕЕ!!! — прошелся по залу яростный вопль богини, которая была его женой. — Почему хоть раз… Один единственный раз… — тихо, но зловеще прошептала она, приближаясь к нему, — ты просто не можешь позвать вначале меня, а потом уже принимать решение.
Одину стало страшно. Глаза Прядущей Облака пылали огнем и яростью.
* * *
— Долго меня не было? — спросил Доброхотов, когда пришел в себя.
— Всего несколько дней, — ответив, я швырнул ему одежду, которую привезли его слуги.
С его гвардией и людьми я разобрался после того, как они уже были готовы брать штурмом мое имение. Воевать с его армией мне не хотелось, наверное, потому, что все
