рассыпая по ним искры магии. Я дернулась было, не желая, чтобы ко мне прикасался другой мужчина, но Эйдан успокаивающе обнял, целуя в макушку.
— Не бойся, мое сокровище. Младшенький — целитель.
— Да, только это большая государственная тайна, — фыркнул он, глядя на меня снизу вверх.
— Вы полны талантов, ваше высочество.
— Как и вы, леди, — хмыкнул он, покосившись на мои когти. — Но это приятный бонус.
— Ты не знал, что у нее пробудилась сущность? — подозрительно уточнил Алмаз.
— Не знал. Но это объясняет некоторые моменты и играет нам на руку. И лишь подтверждает мою теорию, что убить пытались именно демору.
— Но почему? — уточнила недоуменно и после легкой заминки принц ответил:
— Чтобы не допустить возвращение Рубинового сердца.
78
Хотела бы сказать, что эта новость шокировала, но — нет. Я знала, что за Сердцем охотятся. И не просто так скрывалась столько лет, боясь его активировать. Но все же, осознавать себя главной целью было неприятно.
Закончив с лечением, Лидан Гелиодор пожелал хорошего остатка ночи и скрылся из покоев, оставляя нас с Алмазом наедине.
— Давай помогу с платьем, — предложил дракон, продолжая сидеть рядом и бережно обнимать.
— Давай. Артефакт сработал отлично, защитив и меня, и это произведение искусства.
— Зато не спас твои ножки.
— Это я виновата, — подала голос сущность. — Там два заклинания сползли со щита и наслоились друг на друга. В итоге магическую структуру слегка разъело.
— Леди эсса, сможете описать заклинания? Разработчикам будет полезно узнать о несовершенстве защиты.
— Без проблем, — согласилась она, отступая, а я не удержалась от вопроса: — Эйдан, как ты нас различаешь?
— Если я скажу, что сердце подсказывает — ты поверишь?
— Не особо, — фыркнула насмешливо и дернулась, когда горячие пальцы коснулись кожи, а затем принялись высвобождать из тряпочного плена.
— Очень зря. Я действительно просто… чувствую. Точнее даже не я, а драконья сущность.
— Погоди… Ты ведь говорил, что из-за проклятия перестал ее ощущать?
— Перестал, но ты успешно поглощала это самое проклятие и дракон вернулся. Так что да, я действительно чувствую, когда ты — это ты.
— Ради интереса, у тебя дракон — тоже наглая морда?
— Не то слово, — хохотнул мужчина, перекрывая бурчание эссы. — Платье я расшнуровал. Ванная комната в твоем распоряжении. Принесу вещи.
Уточнять, зачем и где я буду сегодня спать — не стала. Потому что боялась услышать ответ. Потому что…
Да мертвяк задери этого дракона!
— Самим пригодится , — фыркнула сущность. — Ну, скажи же — лапонька. На ручках покатал. Успокаивал, пока тебе лечили ножки. Не мужик, а сокровище!
— Угу, он тоже считает нас своим сокровищем. Ключевое — своим.
— Элька, давай откровенно — ты уже поплыла. И вполне готова зайти с ним дальше поцелуев. Другое дело, что он теперь не готов.
— В смысле? — нахмурилась я, смывая с себя пену вместе с напряжением.
— В прямом. Мы когда дрались с врагами, в моменте провернули один отвлекающий маневр. Якобы упали. Не спрашивай, так надо было. В общем, пирожочек это увидел и натурально озверел.
— Так это он всех там…
— Ну, не прям всех. Я тоже от парочки избавилась. Но в основном — да. Он крепко на тебя запал и теперь будет очень осторожен, чтобы ты не сбежала. Это я говорю заранее, чтобы ты не обижалась, когда он не ответит на твои приставания.
— Я не собиралась приставать!
— Ну, мне-то не ври. Короче, сейчас мы с тобой выйдем из душа. Оденемся. Потом пожрем на ночь…
— Я сыта.
— Зато я голодна! Проклятие само себя не вытащит!
— Прости, не подумала.
— Поэтому у тебя есть я. Одеваемся. Едим. Подкатываемся дракону под бочок и сладенько до утра спим.
— Ты ведь сказала, что он не будет реагировать на мои приставания!
79
— Элька, когда я говорю — спим, я подразумеваю, что мы будем именно спать, а не развратничать. Так что не боись.
— Погоди… Если он теперь побоится ко мне прикасаться, то что с твоими планами по обряду и активации силы?
— Он побоится, пока ты не жена. Так что мы быстренько тайно обвенчаемся и потом…
— Чего⁈
— Ой, не психуй. Нечего жить с таким мужчиной во грехе. Поженитесь и в первую брачную ночь отправимся в храм жриц, на алтарь. И магию твою пробудим, и о будущих детках позаботимся.
— Эсса, ты сейчас напоминаешь мамочку, которой не терпится понянчить внуков!
— И что? Да, я хочу маленьких пухленьких дракончиков и деморочку. Знаешь, как устала воевать и спасать этот мир? Я заслужила простого демонического счастья!
— Вот только нам не дадут жизни, пока идет эта война. И если появятся дети, то они станут главной мишенью для заговорщиков и некромантов. Ведь через них будет проще всего добраться до нас.
— Думаешь, я этого не понимаю? — вздохнула сущность. — Но у любого существа должен быть стимул, чтобы жить и бороться. Мой стимул — лучшее будущее для тебя и твоих наследников.
— Спасибо, — поблагодарила искренне, а затем накинула халат и вернулась в спальню.
На постели лежала тонкая ночная рубашка, с красивыми кружевными вставками. Максимально приличная для ночевки в одиночестве, и очень открытая для совместного сна с драконом. Вздохнув, я все-таки ее натянула и нырнула под одеяло. Спать хотелось невыносимо, но я держалась, намереваясь дождаться Алмаза. Эсса не стала бы просто так напоминать про его проклятие, а значит, мужчина снова активно применял магию, тем самым подпитав некромантский «подарок».
Эйдан вернулся в покои где-то полчаса спустя. Тихо прошел по комнате, гася свет, а затем забрался на кровать и лег сзади, стараясь не потревожить. Я вздохнула и сама повернулась к нему, подкатываясь под бок.
Мы замерли лицом к лицу. В темноте мужские глаза слегка светились, выдавая его звериную натуру. А еще от Алмаза очень вкусно пахло. Он тоже успел принять душ, радуя моего внутреннего эстета — хоть шею вытирать не надо.
Приподнявшись на локтях, я аккуратно отодвинула ворот мужской рубахи и коснулась шеи. Места, где бешено забилась жилка. Дракон понял мои
