лишь отвечают взаимностью на открытую враждебность.
Тогда смерть Джефа и всех людей, которые когда-то обо мне заботились, будет не напрасной.
— Устроим еще один отбор, — ответила я хриплым с непривычки голосом, — вы правы. Прямо сейчас пойдем и объявим, пусть с округи собираются все, кто желают принять участие.
— Кли, что ты задумала? — недоверчиво спросил Тит, сжав мое запястье, когда я воодушевленно подскочила на ноги.
— То, чего ты так боялся, Тит, — ответила с ноткой недовольства в ответ на его подозрительность, — пополнить ряды своих защитников.
— Как ты догадалась, что я этого боюсь? — насупился Тит.
— У тебя все на лице написано, — фыркнула я.
Не признаваться же в своей новой способности подслушивать их ментально, которая, к слову, в последние дни молчала.
— Наконец-то ты говоришь. Можешь обзывать меня, но больше не молчи так долго! Скажу по секрету, — приблизился мужчина, чтобы шептать мне на ухо, — что Варт думал, будто ты выдумываешь план побега от нас, поэтому отдалилась. У женщин же с эмоциями все сложно, поэтому ты сначала решила показать, как нами недовольна. А это я для тебя собрал, — сказал он, протягивая мне маленький букетик желтых лютиков с тоненькими лепестками, растущими вдоль забора.
— Спасибо, — растерянно приняла подарок.
— Он врет! — внезапно выкрикнул Варт, который развешивал постиранную в тазике одежду на бельевую веревку, второй конец которой Элим сосредоточенно прикручивал к крыльцу дома магией, — первым это предположил Рем, я лишь поддержал его догадку.
Стоит отметить, что магия Элима совершенно преобразилась после нашей близости. Честно говоря, теперь это были скорее не жгуты тьмы, а магия, идентичная той, которая была у Рема — точно не темная, но и не чистый свет. Я все удивлялась эффекту, который производит мой тесный контакт с этими мужчинами.
Рем, который до сего времени вырывал сорняки из-под забора, лишь недовольно поджал губы, стыдливо не поднимая на меня глаз.
«Тит, язык у тебя без костей!» — разъярился он, с почвой и травой вырывая один из лютиков.
Похоже, способность никуда не делась, просто я все эти дни была слишком погружена в свои мысли.
Сердце болезненно сжалось от мысли о том, что Рем несколько дней думал, будто я собираюсь сбежать от него, оставив одного. Наверное, подобными мыслями терзались все пятеро, но больше всего захотелось развеять сомнения Рема. Он был первым, кто проявил ко мне доброту и понимание тогда, когда они больше всего были нужны, когда было страшно, и думала, что все вокруг враги.
Оставив букетик, подаренный Титом на лавочке, я подошла ближе и присела на корточки рядом с мужем так близко, чтобы наши бедра соприкасались. Мужчина поднял на меня лицо, и я чуть не утонула в той нежности, которую он почувствовал ко мне в тот момент. Связь между нами оказалась удивительно крепкой, смотря в глаза Рему, я могла прочитать его всего. Все страхи, желания. И чувства, которые он испытывал ко мне, не пытаясь что-то скрывать.
И, наверное, тогда я впервые ощутила искреннюю благодарность Мираку за подобный подарок, пусть он и шел в комплекте с черным глазом.
Похоже, ментальные способности мужа не были похожими на мои, потому что он все еще смотрел на меня неуверенно, словно я могу сказать что-то, что разрушит весь его мир.
Сосредоточенно изучая светло-серые раскосые глаза Рема с вкраплениями темной стали, попробовала применить способность активно, а не пассивно, как делала до этого:
«Я люблю тебя Рем, ты же знаешь об этом?» — спросила, мысленно рассказывая, насколько сильные чувства к нему испытываю, показывая воспоминания нашей ночи и того, как счастлива тогда была, как благодарна за то, что дает мне время, всегда старается быть сильным, не показывать слабостей передо мной.
Глаза Рема расширялись параллельно с тем, как расплывалась по лицу улыбка. Мое послание точно дошло до него. У меня получилось удивить его и растрогать, неуверенность — единственное чувство, которое пытался прятать мой мужчина, но и она постепенно ушла.
— Ну зашибись, — пробурчал недовольно Тит за нашими спинами, — то Рем, то Элим, а я когда?! Я же тоже стараюсь и… красивый! Стоп. Кли, как ты это сделала?!
Тит остался проигнорированным нами двумя. Рем приблизился и ласково поцеловал меня, притягивая еще ближе. Кажется, тогда и пошел дождь, но даже на него мы внимания не обратили, растворяясь в поцелуе и объятиях.
А спустя час, на кухне, сидя на коленях Рема во главе стола, все-таки пришлось открыто признаться остальным, что стала понимать их ментальные переговоры после встречи с Мираком и что могу ощущать эмоции безликих.
— Поздравляю, — хмыкнул Тит, — кажется, теперь нужно изготовить для тебя соответствующий пояс с градациями, потому что даже способности Рема слабее твоих. А он у нас всегда был главным.
— Это все Мирак, он ищет меня. И скоро найдет. Так что я солидарна с тем вашим разговором на кухне. Вас пятерых и тех нескольких бедолаг, что ходят по нашему дому привидениями не хватит, чтобы противостоять главному наместнику бездны, — рассуждала, пока руки Рема оглаживали мою талию.
— Элим однажды тебя спас. Спасет и второй раз. Я считаю, что лишние тела вокруг ни к чему, — насупился Тит.
— А я тебя поддерживаю, Кли, — спокойно вымолвил Элим, положив руку на мою коленку.
— И я, — кивнул Трой с другого конца стола, — Тит думает только о себе.
Настолько горькая обида захлестнула Тита, что я едва не растерялась, прочувствовав ее вместе с ним до кончиков пальцев на ногах.
— Вы сами прекрасно знаете, о ком я думаю, — вспылил безликий, — вот только мой призрачный шанс, которого и без того не видно, меркнет с каждым новым кандидатом, посмевшим поднять взгляд на Кли! — он стукнул кулаком по столу. — Твое сердце крепость, — Тит открыто взглянул мне прямо в глаза, — и я понятия не имею, каким штурмом ее брать. Заметь меня! — серьезно добавил мужчина, став чересчур непохожим на того Тита, которого я знаю.
ГЛАВА 27
— Но Тит, — хмуро возразила я, — кто сказал, что я тебя не замечаю?
— Об этом не нужно говорить. Все видно без слов. Я такой же твой муж, как и эти двое, по всем правилам бездны, — он указал рукой сначала на Рема, потом на Элима, — но ты ни разу не посмотрела на меня тем же взглядом! И вот сейчас, то же самое. В такие моменты появляются мысли, что ты меня вообще за мужчину не воспринимаешь.
Я хотела ответить, но осеклась, пытаясь понять, каким таким взглядом на него смотрю. По
