Он покачал головой. Джо сознавал, что в своей области почти не имеет себе равных. Он не только умел летать в любых погодных условиях, не только инстинктивно чувствовал машину под собой, но и мог предсказать, как она себя поведет через минуту и через час. Джо знал об аэродинамике все, что только можно было знать, в его голове то и дело рождались блестящие инженерные идеи и технические решения, которые могли существенно повысить надежность и мощность авиационных двигателей. Однако в женщинах он разбирался гораздо хуже, и для Кларка это явилось полной неожиданностью.
— Я думаю, — медленно сказал он, — Кейт будет счастлива, если ты сможешь обеспечивать ей спокойное, стабильное существование и… любить ее. Этого хотят все женщины, и я не думаю, что Кейт — исключение. Как и всем, ей нужна семья — нужен муж, на которого она могла бы положиться, нужен дом и дети. Неужели ты не знал таких элементарных вещей?
Кларк умолчал о материальном достатке как об одной из основ существования каждой семьи, однако он и не считал это главным. Сколько бы ни зарабатывал Джо — и сколько бы он ни тратил на свои двигатели, — они с Элизабет всегда могли обеспечить и Кейт, и внуков всем необходимым. Но Кларк прекрасно понимал, что ощущение стабильности, безопасности и уюта мог дать ей только Джо.
— «Элементарных»? — усмехнулся Джо, отпивая еще глоток виски. — По-моему, все это довольно сложно.
— Иногда это еще сложнее, чем ты думаешь, — заметил Кларк. — Порой женщину способен расстроить совершеннейший пустяк, на который ни один нормальный мужчина и внимания-то не обратит, но для них это важно. К сожалению, жену нельзя возить в багажнике машины, как чемодан, и пользоваться ею, как вещью. Ее надо любить, надо дарить ей тепло, наконец, ее надо просто обеспечивать материально и не забывать, что, в отличие от мужчин, женщина всегда предпочтет полному желудку новую блузку или букетик фиалок. Помни об этом — и ты сумеешь наладить свою семейную жизнь как… как один из своих моторов.
Услышав это сравнение, Джо рассмеялся, однако это не помешало ему по достоинству оценить совет Кларка.
— Наверное, вы правы, — сказал он. — Я об этом никогда не задумывался. Впрочем, у меня не было необходимости задумываться… — Он опустил глаза и нахмурился. — Но, должен признаться, вряд ли я способен понять это и сейчас. Во-первых, идет война, и я могу думать только об этом. Во-вторых, мне кажется, нам с Кейт еще слишком рано затевать совместную жизнь. Когда-нибудь потом, когда кончится война, мы с ней сможем решить, какого цвета линолеум постелить в кухне и какие обои наклеить в гостиной. Но сейчас у нас нет даже дома! Нет, я не думаю, что мы уже готовы к каким-то важным решениям.
Его слова звучали вполне разумно и взвешенно; больше того, в данных обстоятельствах он, возможно, ничего другого сказать и не мог, и все же Кларк был разочарован. Он так надеялся, что Джо попросит у него руки Кейт и все проблемы разом будут решены. Но этого не произошло. Джо, правда, не сказал, что не женится на Кейт никогда, однако он признал, что не готов пойти на этот шаг. Что ж, по крайней мере он был честен, и все же Кларк не мог отделаться от ощущения обиды за дочь. Он-то хорошо знал, что, если бы Джо предложил хотя бы объявить об их помолвке, Кейт была бы в восторге. Получалось, что в свои девятнадцать она была больше готова к семейной жизни, чем Джо в свои без малого тридцать два…
Впрочем, Кларк готов был признать, что в этом нет ничего удивительного. Ведь какую жизнь вел Джо? Мотался по всему миру, кочевал с аэродрома на аэродром, и все его мысли были посвящены будущему авиации. Кому-то его мечты могли казаться несбыточными, фантастическими, но Кларк лучше многих знал, какие чудеса способны творить упорство, трудолюбие и талант. Судя по всему, повседневная жизнь интересовала Джо мало: он был исключительно неприхотлив во всем, что касалось материальных, бытовых вещей, и в буквальном смысле витал в облаках. Он был самым настоящим мечтателем — если только можно вообразить мечтателя, облаченного в залатанный летный комбинезон с закатанными по локоть рукавами, с испачканным машинным маслом лицом, с гаечным ключом в одной руке и кронциркулем в другой. Вопрос был только в том, включали ли его мечты Кейт…
— Ну, что он сказал? — нетерпеливо спросила Элизабет вечером, когда они с Кларком уединились в спальне.
— Если коротко, то он сказал, что еще не готов. Точнее, они оба не готовы. Так он считает. — И Кларк улыбнулся, чтобы не расстраивать жену.
— Думаю, если бы он был готов, Кейт бы отказываться не стала, — печально вздохнула Элизабет.
— Я с тобой согласен, Лиз, но давить на них бессмысленно. Во всяком случае — на Джо. Ни к чему хорошему это не приведет. Он каждый день рискует жизнью, и я не знаю, как можно убедить его в том, что именно помолвка ему сейчас нужнее всего.
Элизабет покачала головой. Она знала, как сильно Кейт любит Джо, и ей очень хотелось помочь дочери. Она так надеялась, что Джо предпримет какие-то конкретные шаги, прежде чем снова уедет! Двухнедельный отпуск, который он получил, был слишком большой редкостью, и никто из них не рассчитывал, что в ближайшее время Джо снова сможет приехать в Штаты достаточно надолго. Тем не менее Кларк хорошо понимал, что на этот раз никакой помолвки не будет…
— По-моему, Джо вообще не создан для семейной жизни, — сказал он. — Но ради Кейт… Ради нее он может постараться. Я и раньше не сомневался, что он любит ее, а сегодня он сам мне об этом сказал. И я ему верю. Джо не лжет — он действительно без ума от Кейт. Но он любит и свои самолеты…
Именно этого Элизабет и боялась, но сейчас ее гораздо больше пугало другое.
— А если, когда война кончится, Джо решит, что ему по-прежнему не хочется создавать семью? — спросила она. — Кейт потратит впустую годы, а под конец он разобьет ей сердце!
Кларк тяжело вздохнул. Этот вариант был вполне возможен, и не было никаких гарантий, что Кейт не ждет такая незавидная судьба. С другой стороны, если бы Джо женился на Кейт и погиб, она осталась бы вдовой, и трудно было сказать, что хуже. Они с Элизабет всегда мечтали, что у Кейт будет заботливый, любящий муж, крепкая семья, дети, дом — полная чаша. Но Джо на роль заботливого мужа подходил мало: даже Кларк не мог не признать, что он — довольно-таки эксцентрическая натура. В профессиональном мире — в мире авиации — эта эксцентричность вполне искупалась его гениальностью, но в повседневном общении такой человек мог казаться по меньшей мере странным. Кларк не был уверен, что это плохо, и все же он предпочел бы, чтобы муж его дочери был чуточку менее гениальным. Но изменить что-либо ни он, ни Элизабет были не в силах, поэтому он посоветовал жене вооружиться терпением и подождать хотя бы до конца войны.
