Читаем без скачивания Ген разведчика - Максим Шахов

– Два месяца на изменение личностей и еще месяц на установку главной задачи.

– Хорошо. Через сто дней в Аравии должен смениться верховный правитель…

Висящее высоко в небе солнце раскалило воздух пустыни до густого, колеблющегося от легкого ветерка марева. Из этого марева, словно призраки, выехала шестерка черных всадников. Лошади под ними были измотаны, шли, понуро опустив головы, с трудом перебирая ногами. Отряд всадников пустыни наткнулся на патруль правительственных войск.

Четыре внедорожника «Лендровер», набитые под завязку коммандос из территориальной службы, неожиданно выскочили из-за холма и открыли огонь из всех стволов без всякого предупреждения. После того как сбили патрульный вертолет, военные совсем озверели – и устроили настоящую охоту на всадников пустыни.

Потеряв половину отряда, бедуины позорно бежали, а коммандос долго и без устали их преследовали, пока следы не затерялись среди барханов. По дороге в Мадина Эмана старший погрузился в тяжелые раздумья, мучительно соображая, что же сказать шейху Аль-Кадибу по возвращении, как оправдаться.

– Саиб, – негромко окликнул главаря следовавший впереди всадник.

– Чего тебе? – мрачно отозвался тот.

– Посмотрите, – бедуин пальцем указал на песок перед своим скакуном, где отчетливо просматривалась глубокая борозда – след широкого автомобильного колеса.

Главарь пришпорил коня, и несчастное животное, несмотря на усталость, сорвалось в галоп. Подъехав к дозорному, старший ловко выпрыгнул из седла и, опустившись на одно колено, как опытный следопыт начал изучать борозду. Сначала он провел пальцем внутри этой колеи, там, где с трудом можно было разглядеть орнамент протектора, потом зачерпнул горсть песка и поднес к лицу, глубоко вдохнув. Наконец отряхнул руки и выпрямился, уставившись вдаль, но больше автомобильных следов не было.

– Здесь сутки назад проехала большая машина, – заговорил старший. – Это не военный вездеход, а геологи в одиночку не ездят, кто же тогда? – В глубине души он возликовал, что их находка окажется настолько важной, что шейх простит ему гибель доброй половины отряда. Бедуин буквально взмыл вверх, опускаясь в седло, затем поправил на боку саблю и дернул поводья. Конь затрусил в направлении бугрящихся барханов. Пустынные разбойники уныло поплелись следом…

Безделье – вполне серьезное испытание, особенно если ничегонеделание предстоит человеку деятельному, активному. Алене Воронцовой казалось, что она медленно сходит с ума от того, что ей приходится лежать и плевать в потолок. Внутри искусственного бархана царил полумрак, а в салоне «Лягуша» благодаря работе кондиционера разливалась приятная прохлада. Казалось, что еще может беспокоить в подобных условиях? Ешь да спи. Но аппетит у девушки давно пропал, да и сон не шел, всеми своими помыслами она была с диверсантами, то и дело представляя, чем они заняты в тот или иной момент. Радиостанция работала на прием, и Алена ни на секунду не расставалась с наушником – а вдруг парням потребуется ее помощь?

Неожиданно на приборной панели вспыхнула красная лампочка сигнализации – «Лягуш» был оснащен системой безопасности, реагирующей на колебания почвы в полусотне метров по периметру стоянки. Алена на предупреждение электроники среагировала мгновенно. Сбросив наушник, она вытащили из кобур, укрепленных на боку кресел, пистолеты и, отворив дверцу кабины, неслышно выскользнула наружу. Почти сразу послышались мужские голоса. Говорили по-арабски.

«Бедуины, – догадалась разведчица, и тут же у нее возникли другие вопросы. – Почему здесь, в стороне от караванных маршрутов? И сколько их?»

Ответов не было и быть не могло. В срочном порядке следовало принимать решение. Воронцова вернулась к вездеходу и достала из кабины прибор ночного видения. Опустив на глаза ПНВ, включила режим «тепловизора». Тонкая перегородка из материи камуфляжного чехла не могла быть препятствием для инфракрасного излучения, и Алена разглядела шестерых всадников. В объективе тепловизора контуры лошадей были золотисто-желтого цвета, люди на них отсвечивали красновато-оранжевым.

«Шесть, – еще раз пересчитала бедуинов разведчица и подняла пистолеты на уровень груди. – Все – или это только дозор?»

Главарь натянул поводья и привстал на стременах, вглядываясь в даль. Везде, сколько мог захватить его взгляд, простиралась пустыня под маревом раскаленного воздуха.

– Саиб, – к старшему подъехал дозорный, – больше ничего не обнаружил. Даже если здесь и была машина, то она давно уехала, а ветер занес все следы.

– Скорее всего так и есть, – уныло согласился главарь, надежда на реабилитацию перед шейхом исчезла. – Будем возвращаться.

– Саиб! – спешиваясь, неожиданно закричал едущий замыкающим всадник. – Я полный, как бурдюк! – соскользнув с коня, подбежал к бархану и, откинув полу длинного плаща, спустил шаровары.

Оранжевый силуэт встал во весь рост перед Воронцовой, сейчас их разделяло не больше метра. Тугая струя ударила в песок. От накатившего удовольствия бедуин зажмурился, но звук льющейся жидкости его насторожил. Аравиец открыл глаза и уставился в направлении падающей струи. Под тонким слоем песка обнажилась натянутая ткань.

– Саи… – всхлипнул бедуин.

Услышав в голосе кочевника панические нотки, Алена рефлекторно надавила на спусковой крючок. Выстрелы прозвучали на удивление громко, эхом разносясь над пустыней. Две пули угодили бедуину в грудь, отшвырнув назад.

– А-а! – над пустыней пронеслось разноголосье. Кричали напуганные внезапным нападением всадники пустыни, им вторили ржанием вздыбившиеся лошади.

Воронцова открыла по ним огонь – стрельбе «по-македонски» ее обучили еще в разведшколе, по этой дисциплине девушка была лучшей на курсе. Но это было так давно…

Когда она оказалась в экстремальной ситуации, дремлющий прежде инстинкт самосохранения извлек из глубин кладовой памяти, казалось бы, навсегда позабытые навыки, а натянутые до предела нервы заставляли девушку действовать как автомат, не допуская ни осечек, ни промахов.

Несмотря на мечущихся в панике лошадей, пули сбивали всадников одного за другим, точно разя их наповал. Несколько секунд – и, не успев оказать ни малейшего сопротивления, пятеро бедуинов были убиты. Чудом оставшийся в живых главарь был напуган не меньше остальных. Его единственным желанием было бежать, бежать без оглядки сломя голову. Он развернул коня и ударил шпорами под ребра, как вдруг в этот момент, словно черт из табакерки, из бархана выпрыгнуло существо с человеческой фигурой и черной одноглазой маской вместо лица. Чудовище вскинуло руки, из кончиков пальцев с грохотом вырвались языки пламени.

Две пули ударили главарю в спину, еще две взорвали его череп. Разжав руки и отпустив поводья, он слетел на песок. Конь, предварительно подбросив свою ношу, радостно заржал и во всю прыть помчался вслед за остальными. Вскоре его золотистый силуэт исчез с экрана тепловизора. Больше живые организмы не отсвечивали.

Алена стащила с лица ПНВ, невольно щурясь от яркого солнца, и огляделась. Недалеко от нее на песке, раскинувшись в разных позах, замерли шесть трупов в черных одеждах.

Девушка тяжело опустилась песок, не ощущая его жара, и горько заплакала, по-бабьи причитая:

– Это что же, мне одной теперь всех закапывать?..

С высоты в полторы тысячи километров крепость Мадина Эмана выглядела прямоугольником неправильной формы. С такого расстояния стена, окружающая Город Веры, напоминала темно-коричневые линии, а сторожевые башни были похожи на наросты. Постройки внутри стены также отличались друг от друга по цвету. Крыши древних строений были мрачно-серыми, резиденция шейха отливала позолотой, гостевые домики покрывала веселенькой расцветки черепица, а ангары, возведенные на задней части крепости, были явно новыми и поблескивали нержавейкой.

За Медина Эмана разлился зеленым озером оазис, со всех сторон окруженный частоколом скал. С этой высоты была видна и дорога, петляющая по хитроумному лабиринту.

Мощная оптика на спутнике-шпионе, информацию с которого снял Кирилл Лялькин, позволяла разглядеть как в общем картинку на половину Саудовской Аравии, так и детально. А увеличив нужный фрагмент до необходимого масштаба, можно было беспрепятственно рассмотреть не только вертолет или автомобиль, но и отдельно взятого человека. Чем последний час диверсанты и занимались, обосновавшись в салоне «Комбата».

Наконец Владимир Христофоров на правах старшего решил прекратить это занятие и командирским тоном произнес:

– Ну, что, хлопцы, перейдем к конкретике. Давай, Кирюшка, просвети нас.

– По собранным центром и нами данным, – начал с общего введения Лялькин, – на данный момент примерное количество рыл в крепости от двухсот пятидесяти до четырехсот. (Диверсанты даже не подозревали, что совсем недавно этот вопрос обсуждало командование «Комитета информации» – и ошиблось ровно в два раза, знай тогда они правду, возможно, операция «Внук» на том этапе и закончилась бы.) Основное вооружение – легкое стрелковое оружие типа американских штурмовых винтовок «М-16», наверняка есть и реактивные гранатометы. Кроме того, на сторожевых башнях, – стрелочка курсора указала на «северную» и «южную», – обнаружены АСП, автоматические тридцатимиллиметровые пушки, способные вести огонь как по наземным, так и по воздушным целям.