class="p1">— Со дня на день. Папа хочет открыть портал, но мама против. Портал на столько лиранов съест всю его энергию. А лететь долго и немножко опасно пока.
— Твой папа умеет открывать порталы?
— Угу, — подросток как раз запихивал в рот пирожок, оставшийся у меня после завтрака, — софсем мало, фто умеет из лиранов, редкий дар.
— Не подавись, — со смехом постучала ему по спине. — А я? Останусь здесь?
— Точно нет! Куда я, туда и ты! — непримиримо заявил лиран.
— Адриэйн, а если я не хочу в столицу? Не хочу во дворец каана? Что мне там делать?
— Почему не хочешь? — сделал круглые глаза этот обормот. — Это из-за меня?
— Адриэйн, нам нужно поговорить. — Со вздохом признала необходимость такого шага. — Давай присядем.
Сама первая села на краешек кровати и постучала рукой, приглашая занять место рядом. Подросток насупился, но присел возле меня. Развернулась к нему, взяла за руки и посмотрела прямо в глаза.
— Адриэйн, спасибо, что ты появился в моей жизни. Ты смог занять не просто уголок моей души, ты заполнил огромную пустоту. Всю жизнь я была одна, а теперь у меня появился ты, появился мой брат! — На этих словах юноша дернулся, зрачки его сделались вертикальными, на висках проступила чешуя, постепенно спускаясь к носу и ниже, пальцы удлинились, ногти превратились в острые когти. — Адриэйн, — заторопилась я, пока он не обернулся, — выслушай меня, прошу тебя! Я тебя люблю! Всем сердцем! Но я не могу быть твоей лиарой, ведь я человек! Я тоже чувствую нашу связь, и это не связь партнеров, это близость родных людей. Пусть не по крови, но по духу.
— Фей, — впервые он так меня назвал, — я ведь все понимаю. Но это сильнее меня! Я не могу разорвать ту ниточку, что протянулась между нами.
— Не надо ее рвать, что ты! — испугалась я. — Нужно понять, что это за связь. Уверена, стоит тебе поразмышлять на эту тему, ты все поймешь. Ты ведь тоже чувствуешь ко мне не страсть, а нежность. Не желание, а привязанность. Как и я к тебе. Нам не с чем сравнивать, ведь раньше ни у тебя, ни у меня не было брата или сестры, а теперь есть. Адриэйн, прошу тебя, будь моим братом, заполни пустоту в моей душе, люби и оберегай меня, как сестру. И я буду любить тебя, понимать и всегда поддерживать, как своего единственного очень дорогого мне существа — братишку.
— Фей! — воскликнул юноша, притягивая меня к себе и крепко обнимая. — Моя Фей, сестра!
В этот момент у меня на запястье что-то запекло, стало нестерпимо больно. С одновременным «Ай!» мы уставились на свои левые руки. И у меня, и у Адриэйна на запястье переливался узор из трех разноцветных ромбов.
— Что это?
— Упс! Кажется, мы только что сделали родителям дочку! — Адриэйн весело рассмеялся только ему понятной шутке. — Фей, мы сделали маме с папой дочку! — закричал он сквозь смех. Подскочил, схватил меня в охапку и стал кружить по комнате.
— Адриэйн, да остановись ты! Я ничего не понимаю!
— Что здесь прроисходит? — гневный рык от двери. Одновременно с тем пошла волна силы, пригибающей к земле.
— Папа, остановись!
— Что значит, вы «сделали дочку»? — все еще рычал Каан и не думая успокаиваться.
— Фей теперь моя сестра, — юноша охотно показал наши запястья отцу, — это случайно вышло, но оправдываться я не буду! Так и должно быть!
— Ничего не понимаю! Ведь мы еще не просили милости Атахайи, как это произошло?
— Что значит, еще не просили? Собирались, не сказав мне? — теперь уже стал закипать Адриэйн. Вернувшие было свою форму зрачки снова вытянулись, ногти там, чешуя, все такое.
— Успокойся, сын! — Каан положил руку сыну на плечо. — Мы бы ни за что не стали действовать за твоей спиной. Откровенно говоря, я рад, что все так вышло. Одно только плохо, — задумчиво потер подбородок лиран.
— Что именно?
— Ритуал обращения к Атахайе должен был быть публичным, многие бы стали свидетелями вступления Фейроники в нашу семью. Так было бы много лучше для нее же.
— Ты прав, отец, но все уже свершилось.
— Так! — пришлось все же вмешаться в их диалог. — А теперь может мне кто-нибудь объяснить, что произошло, о какой дочке речь и чему ты радуешься? — строго посмотрела на «братца».
— Фей, богиня Атахайя признала тебя моей сестрой! Это ее знак. — Адриэйн показал мне на запястье. — Это лучшее доказательство воли богини. Обычно устраивают ритуал для принятия ребенка в семью, а здесь все произошло само. А раз ты моя сестра, значит у папы с мамой появилась дочурка, о которой можно только мечтать.
— Приемная, — поправила я.
— Пусть приемная, какая разница!
— Каан, я не доставлю вам хлопот, обещаю. Могу даже спрятать этот знак и никому не говорить.
— Адриэйн, не вводи девушку в заблуждение. Она тебе названная сестра, как раз это и удостоверяет знак на ваших руках. Ведь именно ты просил богиню об этом. Если бы это мы с мамой просили принять девушку в нашу семью, как мы и собирались, кстати говоря, то тогда знак был бы у нас на запястье.
— То есть, — уточнил юноша, — Фейроника моя сестра, но не ваша дочь?
— Именно так! Богиня сочла тебя достаточно взрослым, чтобы наделить ответственностью за нее. Тебя, а не нас! Строго говоря, она скорее твоя приемная дочь, чем сестра. Но, думаю, всем будет удобнее считать девочку именно твоей названной сестрой волей богини Атахайи.
— Нужно сделать для нее уверение, что она теперь Фейроника Адриэйн Тинтур! — гордо выпятил грудь подросток.
— Все сделаем, не переживай. — Снисходительно хмыкнул правитель.
— Объясните, что значат слова в имени? Фамилию я поняла, почему перед фамилией твое имя, Адриэйн? — пришлось поинтересоваться, ведь в бумаге от Лионелии имя звучало иначе.
— Так принято! Я Адриэйн Мидраркх Тинтур. Мидраркх — имя моего отца, Тинтур — имя рода. А ты теперь Фейроника Адриэйн Тинтур, Тинтур — имя рода, а Адриэйн — имя ответственного за тебя, в твоем случае брата. Ты бы была Мидраркх Тинтур, проведи ритуал папа с мамой, но вышло как вышло, — пожал плечами лиран.
— Раз уж вы здесь, каан, могу я попросить вас кое о чем? — обратилась к правителю.
— Слушаю.
— Не уверена, что мне хочется жить в вашем дворце. Не хочу никого обидеть, ни в коем случае, — поторопилась заверить я, — просто в такой ситуации у меня вряд ли появится возможность жить своей жизнью, распоряжаться ею так, как мне самой бы хотелось, не оглядываясь ни на кого.
— Жить в Рекфрасе, во дворце каана
