взгляд и увидел, что Надия с тревогой наблюдает за ним. Она сжимала пальцы, как делала, когда нервничала, а в ее темно-синих неземных глазах читались страх и беспокойство. Внезапно Раст вспомнил свои собственные слова. «Чего бы это ни стоило, как бы тяжело это ни было, я не сдамся, пока ты не освободишься или я не умру», — сказал он ей. Конечно, когда он давал эту клятву, представлял себе что-то вроде дуэли до смерти — а не употребление в пищу живых существ. Но это не имело значения — обещание есть обещание.
«Я должен это сделать, — понял Раст. — Как бы отвратительно или мерзко это ни было, я должен сделать это ради Надии, — вздохнул он. — И подумать только, что после того, как все это закончится, я даже не смогу остаться с ней. Но это неважно, главное — освободить ее от этого ублюдка, жениха».
К слову о женихе Надии, Й'декс приступил к последней трети своего червя, а Лидия беспокойно дергала Раста за локоть.
— Ешь, — прошептала она. — Пожалуйста, чужеземец. Ты должен есть!
— Ты права. — Не давая себе времени на раздумья, Раст схватил червяка и откусил от одного конца огромный кусок.
Вкус оказался еще хуже, чем он мог себе представить. Это было нечто среднее между грязью, кровью, соплями и гниющей рыбой — грязный, соленый металлический привкус с гнилостным, горьким послевкусием, как будто Раст жевал аспирин. Текстура была мясистой и песчаной одновременно, что немного напоминало поедание мягкопанцирного краба, который сильно недожарен.
Но хуже вкуса оказалось зрелище. После того как Раст откусил конец, из рваного отверстия в слабо сопротивляющемся черве вылезли серовато-красные личинки. Они были покрыты слизкой черной слизью и издавали слабые звуки, словно протестуя против вторжения и разрушения их дома.
— Превосходно! Смотри, как их много! — Лидия обрадовалась за него. — Быстрее, чужеземец, съешь их! Съешь их всех!
Расту хотелось сплюнуть, но он знал, что если это сделает, то никогда не сможет снова начать есть. Мрачно проглотив кусок, он закрыл глаза и снова принялся за еду.
Личинки извивались на его языке, создавая ощущение, что у него полный рот жуков. «Что я, в общем-то, и делаю», — подумал он, чувствуя себя больным. Не обращая внимания на их борьбу, Раст прожевал их, как гнилой виноград, пока они не лопнули и выпустили жидкость, по вкусу напоминающую несвежую мочу, которая потекла по задней стенке его горла.
Желудок взбунтовался, но Раст сдержался. «Это для Надии, — сказал он себе. — Все ради нее. Я должен сделать это, я не могу бросить все сейчас».
Закрыв глаза, Раст откусил еще кусочек. И еще, и еще. Он сказал себе, что после этого больше никогда не будет жаловаться на то, что ему подают. Не то чтобы Раст обычно был привередливым к еде, но после живых червей, начиненных личинками жуков, все, что угодно, казалось бы вкуснее.
Раст не знал, как ему это удалось, но каким-то образом он доел червяка до последнего извивающегося кончика. Когда он закончил, с его подбородка капала черная слизь, живот сводило, глаза слезились, но ему удалось сдержать тошноту.
— Воды, — хрипло умолял он. — Могу я получить немного воды?
— Вот. — Лидия налила ему чашку и быстро протянула. — Это очищающий напиток — он удалит все остатки червя с твоего нёба.
— Спасибо. — Раст сделал огромный глоток мятного напитка, пытаясь выгнать прогорклый вкус изо рта. После вытер подбородок тонкой тканью, которую Лидия протянула ему, и которая, похоже, была пропитана тем же веществом. — Нужно было чем-то смыть остатки червей, — сказал Раст ей, отдавая салфетку.
— Правильно, — улыбнулась ему девушка, складывая черную ткань. — Ты отлично справился, чужеземец. Думаю, Надия тоже так считает.
Раст поднял глаза на сидящую Надию и заметил болезненное выражение на ее лице и слабый зеленоватый оттенок кожи. Возможно ли, что в этом мире, где ели распаренные мозги и пудинг из жуков, съесть живого червя было чем-то из ряда вон выходящим? Раст не знал, и ему было все равно. Он просто рад, что все закончилось. Он показал Надии большой палец вверх, а она слегка улыбнулась и ободряюще кивнула.
— Готов ли ты к испытанию воли, человек? — Й'декс закончил вытирать подбородок полотняной салфеткой и бросил ее другой женщине-служанке, которая поймала и унесла ее. — Ты чувствуешь силу червя? Но, возможно, твой червь был не очень силен…
Раст понял, что никто, кроме него самого, Лидии и Надии, не знает, что он получил особенного червя. Хорошо, он не хотел никого втягивать в неприятности.
— Я и в правду чувствую… что-то, — ответил Раст, что, в общем-то, было правдой. Теперь, когда его желудок начал успокаиваться, он почувствовал странное покалывание на самой макушке головы, как будто крошечные, невидимые пальчики массировали его кожу и играли с волосами. — Это странно… как будто кто-то возится с моими волосами.
Глаза Лидии широко распахнулись.
— Ты уже чувствуешь пальцы разума? Так быстро! Я никогда не слышала, чтобы кто-то, кроме Киндредов, чувствовал силу червя так быстро.
Й'декс нахмурился.
— Я тоже ее чувствую. Отец, — обратился он к судье Ликлоу. — Поторопись, мы должны начать испытание, пока сущность червя сильна во мне.
— Конечно, сын мой. Конечно. — Судья Ликлоу прочистил горло. — А теперь об испытании воли. Я изложу правила. Гм. Каждый претендент попытается поднять камни от самого маленького до самого большого, используя только свой разум. Мужчина, который сможет поднять самый большой камень и продержать его в воздухе дольше всех, будет объявлен победителем. Первым выступит уважаемый претендент Й'декс Ликлоу, — он кивнул сыну. — Давай. Начни сначала с самого маленького камня.
— Я знаю, что делать, отец, — огрызнулся Й'декс. — Разве мы не тренировались над этим уже несколько недель, с тех пор как невеста, которую ты выбрал для меня, сбежала? — Он с усмешкой посмотрел на Раста. — Не волнуйся, Раст, она скоро вернется домой со мной.
— Практиковался, да? — Раст постарался говорить непринужденно. — Думаю, ты сразу понял, что Надия не хочет иметь с тобой ничего общего.
— Конечно, я тренировался, — Й'дэкс надменно нахмурился. — Рука разума подобна любой другой мышце — чтобы пользоваться ей эффективно, ее нужно тренировать и испытывать, — он ухмыльнулся Расту. — Удачи тебе в поднятии чего бы то ни было своим ничтожным человеческим разумом, чужеземец. В этом испытании преимущество у меня, — затем он бросил взгляд на ряд камней.
Они были размером от гальки до валуна высотой с Раста и выстроились в аккуратный ряд на расстоянии около десяти футов. Раст вспомнил, что для того, чтобы поставить самый большой из них на место, понадобилось четверо самых
