Он немного помолчал, обдумывая свой рассказ. Слушатели нетерпеливо ожидали его новых слов.
— Теперь мы знаем, что случилось в последующие годы. За время своего долгого обучения Брона раскрыл величайшие секреты колдовства и овладел ими. Но при этом он постепенно лишился своей личности, и душой его завладели те самые силы, которые он так стремился покорить. Забылись древние науки и их предназначение в мире людей. Забылся Совет Друидов и их стремление сделать мир лучше. Забылось все, кроме необоримого стремления все глубже постигать мистические искусства, тайные силы разума, проникать в иные миры. Брона стал одержим необходимостью расширять пределы своей власти — с помощью своей ужасной силы он мечтал покорить весь населенный людьми мир. Итогом этих его притязаний стала печально известная Первая Война Рас, в которой ему удалось подчинить себе слабые и смущенные умы людской расы и заставить этих несчастных людей сражаться с другими народами. Ими всеми управляла воля человека, переставшего быть человеком, потерявшего даже власть над собой.
— А его последователи?.. — медленно спросил Менион.
— Пали жертвами того же. Они стали слугами своего бывшего предводителя, порабощенные странной силой магии‡— Голос Алланона медленно умолк, словно он хотел что-то добавить, но не знал, как это воспримут слушатели. Обдумав свою мысль, он продолжил. — Эти несчастные друиды двинулись в противоположную сторону от того, что искали, и это само по себе должно стать уроком для людей. Возможно, при некотором терпении они и связали бы недостающие звенья старых наук, а не пришли бы к открытию ужасной силы мира духов, жадно поглотившего их беззащитные умы и не насытившегося. Человеческий разум не в силах постичь суть нематериальной жизни на нашей земле. Ни один из смертных не способен долго иметь дело с этим миром.
Вновь настала зловещая тишина. Теперь его слушатели поняли сущность врага, которого надеялись перехитрить. Они боролись против человека, переставшего быть человеком, превратившегося во вместилище некой огромной силы, выходящей за пределы человеческого понимания, силы столь могучей, что она, как и боялся Алланон, разрушала разум людей.
— Остальное вам уже известно, — резким голосом произнес Алланон. — Существо, называемое Брона, положило начало обеим Войнам Рас. Носители Черепа — это последователи своего бывшего лидера Броны, друиды, обладавшие когда-то человеческим обликом, входившие когда-то в Совет Паранора. Они, как и их хозяин, были не в силах избегнуть своей судьбы. Сам облик, который они приняли — это воплощение олицетворяемого ими зла. Но для наших целей достаточно знать, что они олицетворяют собой новую эпоху человечества, всех народов четырех земель. Хотя старые науки и канули в вечность, забытые так же надежно, как и годы, когда машины служили нуждам людей, но на смену им пришли колдовские чары — более сильная, более страшная угроза для человеческой жизни, чем любое оружие прошлого. Не сомневайтесь в моих словах, друзья мои. Мы живем в эпоху могущества колдуна, и его сила готова поглотить нас всех!
Мгновение длилась тишина. В ночном лесу сгустилось давящее мрачное безмолвие, и последние слова Алланона словно продолжали звенеть в воздухе. Затем Шеа заговорил.
— В чем же секрет Меча Шаннары?
— В Первой Войне Рас, — почти шепотом ответил ему Алланон, — сил у друида Броны оказалось недостаточно. В результате объединенная мощь других рас вкупе со знаниями Совета Друидов взяла верх над людской армией и разгромила ее. Брона мог погибнуть, и тогда все происшедшее сочли бы рядовой главой в истории — обычной войной среди смертных — но он сумел раскрыть тайну сохранения своей духовной сущности даже после того, как его бренное тело разложится и превратится в прах. Он нашел способ вечно хранить собственную душу, питая ее мистическими силами, которые подчинил себе, обретя нематериальную, вечную жизнь. Теперь он мог соединить два мира — наш и мир духов, откуда он призвал черных призраков, долгие столетия дремавших в ожидании своего часа. Он выжидал, наблюдая, как растет пропасть между расами, как и должно было случиться со временем, и тает влияние Совета Друидов и слабеет их внимание к расам. Подобно любому порождению зла, он дожидался, когда ненависть, зависть, жадность — все человеческие слабости, свойственные и другим расам — пересилят доброту и миролюбие, и тогда он нанес свой удар. Легко подчинив себе первобытных, воинственных скальных троллей Чарнальских гор, он укрепил их ряды существами из мира духов, которому отныне служил, и его армия двинулась на разобщенные расы.
Как вам известно, они сокрушили Совет Друидов и уничтожили его — лишь отдельные его члены сумели вовремя скрыться. Одним из уцелевших был дряхлый мистик по имени Бремен, предвидевший опасность и тщетно пытавшийся предостеречь остальных. Как друид, первоначально он был историком, поэтому глубоко изучил Первую Войну Рас и узнал о Броне и его последователях. Заинтригованный тем, что они пытались совершить, и настороженный тем, что таинственный друид смог овладеть ранее неизвестными людям силами, с которыми ничто не могло соперничать, Бремен сам начал изучать мистические искусства, но с много большей осторожностью и опасением перед силой, которую мог случайно освободить. Спустя несколько лет работы он убедился в том, что Брона в самом деле еще существует, и что следующая война начнется и будет выиграна именно силами колдовства и черной магии. Можете представить себе, как отнеслись к таким его словам друиды — Бремен был практически изгнан из залов Паранора. В результате он продолжил постигать мистические искусства в уединении, а когда Паранор пал под натиском армии троллей, его в замке не было. Узнав, что Совет захвачен и уничтожен, он понял, что если не начнет действовать немедленно, то расы окажутся безоружными против известных Броне чар и подвластных ему сил, неведомых смертным. Но перед ним встала проблема — как победить существо, которое неуязвимо для орудия смертных, существо, прожившее уже более пятисот лет. Он отправился к величайшему народу того времени — к эльфам, которыми правил тогда отважный молодой Джерле Шаннара — и предложил им свою помощь. Народ эльфов всегда уважал Бремена, ибо понимал его лучше, чем прочих друидов. Много лет, еще до падения Паранора, он прожил среди них, изучая мистические науки.
— Вот этого я не понимаю, — внезапно вмешался Балинор. — Если Бремен в совершенстве постиг искусства мистики, почему же он тогда сам не вызвал на бой Повелителя Колдунов?
Ответ Алланона прозвучал несколько уклончиво. — В конце концов, на Стрелехеймских равнинах он все же вышел на поединок с Броной, хотя эта битва и не была доступна человеческому глазу, и оба они сгинули в ней. Считалось, что Бремен сокрушил Короля Духов, но время показало обратное, и теперь‡— Он помедлил всего одно мгновение и быстро вернулся к своему рассказу, но смысл этой кратчайшей паузы не ускользнул ни от одного из его слушателей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
