подсказывает, что я кривлю душой. И еще я упускаю из виду нечто важное. Нечто такое, что упускать из виду ох как не следует.
Глава 22. План
— Ничего себе у тебя приключения в жизни! — восклицает Изабелла, когда я успеваю ей рассказать, за некоторым исключением, почти все, что со мной произошло за то время, пока мы не виделись, конечно же, замалчивая тот факт, что я живу у Эммануэля. — Ну, ты, конечно, везучая, нечего сказать, — с долей сарказма присвистывает Изабелла. — Неужели добрый дядька Рустерхольц в действительности оказался совсем чокнутым? Ты знаешь, я всегда подозревала, что с ним что-то не так. Уж слишком подозрительно бесхитростным он выглядел. Если бы он был таким простаком, за которого себя выдавал, он бы и двух минут не продержался, работая с таким деспотом, как Лорэн.
Я вижу, что Изабелла не столько обеспокоена случившимся со мной или подобным происшествием на кафедре, сколько ей приятно видеть подтверждение справедливости ее неприязни к профессору. Интересно, каким образом новость о нападении на меня Рустерхольца так никуда и не просочилась? Означает ли это, что Лорэн решил скрыть эту информацию?
Изабелла и я возвращаемся к своим компьютерам. У меня много начатых, но так и не законченных расчетов, много входящих писем, среди них несколько коротких записок от Бетан. Так, мне нужно срочно связаться с Бетан — в настоящий момент это, пожалуй, самое важное.
Бетан пока не приехала, и я все еще остаюсь жить у Эммануэля. Он так и не вернулся к теме поцелуя и того, что он имел в виду под заботой обо мне. Подозрительным образом он ведет себя так, будто ничего и не произошло, и это начинает меня беспокоить. Я решаю, что сидеть дома и плакаться на судьбу мне категорически нельзя. И так как Эммануэль не единожды дает мне понять, что не против того, чтобы я вернулась к работе, то я не отказываюсь, ведь это возможность не только работать и зарабатывать, но и отвлечься от гнетущих мыслей. Остается только решить очень актуальный вопрос с научным руководителем, потому что на данный момент я осталась без него. Согласится ли Эммануэль стать моим ментором?
Эммануэль торжественно вернул мне мой ключ от офиса и обещал, что мои телефон и компьютер будут ожидать меня в целости и сохранности. Так оно и есть. Мой телефон, правда, уже успел полностью разрядиться. Как только я его заряжаю, мне приходит сообщение о том, что Бетан звонила мне целых пятьдесят два раза! О-па, у меня действительно неприятности.
Мне нужно поговорить с Бетан без свидетелей. Я выхожу из своего офиса, чтобы спуститься по лестнице, и там буквально сталкиваюсь с Бруно. Он в белом халате, очевидно, направляется в лабораторию или был на лекции. Бруно расплывается в улыбке, и делает такое движение навстречу мне, словно хочет меня обнять. У меня становится тепло на сердце от того, что человек так искренне рад меня видеть, но одновременно с этим я чувствую небольшое раздражение. Бруно касается моего предплечья и жестом предлагает отойти к краю ступенек, чтобы мы могли немного поговорить, не мешая проходящим мимо людям.
— Привет! Привет! Мы с Вуном вот только говорили о тебе. Ну, рассказывай, как дела, когда планируешь работать в лаборатории?
При упоминании о лаборатории в моих жилах холодеет кровь, я до сих пор не могу находиться даже на одном этаже с тем местом, где на меня напал Рустерхольц, и обхожу лабораторию стороной.
— Бруно, давай сегодня встретимся с тобой и Вуном на кофе? Хорошо? Может, я к вам зайду часа в четыре? Сейчас я очень спешу, — быстро говорю я извиняющимся тоном, одновременно делая шаг на ступеньку вниз.
— Конечно, обязательно. Рад был тебя видеть! — Бруно машет рукой.
Я торопливо выхожу из здания кафедры и быстро набираю номер Бетан. Она отвечает уже на втором гудке.
— Я просто вне себя от ярости! — еще одна яростная в моей жизни. — Куда ты пропала?? Ты обещала, что мы будем созваниваться каждый, слышишь, каждый день! Я вырвала себе все волосы на голове, думала уже обзванивать больницы и морги, — не унимается Бетан, — я написала тебе кучу имейлов!
— Бетан, у меня сломался телефон, и у меня не было номера твоего телефона. Я перезвонила тебе сразу, как только смогла, — безбожно вру я лучшей подруге, обходя ее вопрос о сообщениях через имейл. Я решила не рассказывать ей о нападении Рустерхольца. По крайней мере, пока что. Нечего портить ей отпуск, тем более, она все равно не сможет мне помочь. Я также не упоминаю тот факт, что живу у Эммануэля — это уж как-то совсем подозрительно, и она меня не поймет. Зато я могу сказать ей другую правду. — Мне вернули работу, — я надеюсь, это точно отвлечет ее от негодования по поводу моих невыполненных обещаний.
— Тебе — что? — я слышу, как Бетан ахает. — Да это же прекрасные новости, крошка! Скажи, значит, Лорэн передумал? Ненадолго его хватило. Да уж, он точно к тебе неровно дышит, — приходит она к своему обычному заключению.
— Ну, это ничего такого не означает, — пытаюсь я скрыть смущение, хотя Бетан меня даже не видит.
— Ох, как ты неправа!
— Бетан, он меня уволил без суда и следствия. Вот так просто выкинул на улицу.
— Не драматизируй. Мы же не знаем, что именно его на это сподвигло. Возможно, он просто очень сильно за тебя испугался.
— Поэтому решил от меня избавиться? — я достигаю точки кипения. — Бетан, не глупи, ты на отдыхе совсем отдалилась от реальности. В том, что ты говоришь, совсем нет логики. Он бы так не поступил, если бы я ему нравилась. — «Или все же поступил бы?» — спрашиваю я уже саму себя, вспоминая наш недавний поцелуй в гостиной.
— А что это ты так растревожилась? Уж не влюбилась ли ты в Лорэна по-настоящему? Я тебя насчет него предупреждала!
Я чувствую, если Бетан и я продолжим в том же духе, то мы не на шутку поссоримся. Почему я чувствую себя настолько уязвимой, когда дело касается Эммануэля? С каких таких пор я начала скрывать все от лучшей подруги, и между нами выросла эта стена? «С тех пор, как ты начала на него работать», — шепчет мне мое подсознание.
— А с каких пор ты увлекаешься виктимблеймингом21, Бетан? — бью я подругу ее же психологическим приемом, и пытаюсь затолкать угрызения совести как можно дальше.
— Тушé. Ладно, давай, рассказывай, как у тебя дела, —
