ценой. Я сам доберусь до клиники, и как только меня осмотрят, сразу же вернусь к Вам.
— Но у вас же повреждена нога? — почти даже серьезно спросил я, хотя уже заметил, что из позы аиста мой приятель вернулся к нормальному, двуногому виду.
— Ничего, я доковыляю, мы, потомственные самураи, стойкий народ, — гордо произнес он и поплелся к выходу. — Обернувшись, он сказал. — Я вынужден буду закрыть дверь, так следует по протоколу. Прошу меня простить, Канэко-кун, я не хотел Вас подвести.
— Так, хватит уже извиняться, от этого никто не застрахован, — спокойно проговорил я, хотя изнутри меня начало распирать на ржач. — Вернетесь, когда врачи скажут, что Вам ничего не угрожает. Будут оставлять в клинике — не отказывайтесь, здоровье дороже. Я приложу все усилия, чтобы мы не опозорились перед начальством. И не переживайте по поводу вечера, он же не последний в нашей жизни.
— Эх, — вздохнул Сато, — я теперь и не знаю, получится ли у нас запланированное мероприятие. — Но я прислушаюсь к Вашему мнению, похромаю к врачам.
Ковыляющей походкой он вышел, оставив меня наконец в столь долгожданном одиночестве.
— М-да, а это оказалось даже легче чем я думал, — усмехнулся я про себя. — Правда даже я не предполагал, что его выведет из строя самая первая коробка.
Итак, прикинем, сколько у меня времени? Клиника не на территории, значит ему придется пройти четыре контрольно-пропускных пункта с предъявлением пропуска. Как я заметил, ученых тут особо не трогают, но минимальный режим всё одно соблюдают. Потом выйти за территорию и пройти к соседнему зданию. Даже если там никого не будет в очереди, пока он красочно распишет свои ранения (я понял, что он очень любит поговорить, когда находит свободные уши), пока достанет врача своими жалобами. Далее события я не просчитаю, потому что даже примерно не знаю особенности японского здравоохранения. В любом случае послать его не пошлют, может даже какие обследования назначат для успокоения своей души и пополнения строчек в счете. По примерным расчетам час-полтора у меня должны быть. Дел с коробами тут максимум на пару часов, и то в самом негативном прогнозе. Значит, можно действовать.
Прежде чем пойти к стене с дверями, я осторожно покосился на камеры. Слышал я про то, что они не работают. Но даже если и мой новый друг не «засланный казачок» и не проехал мне по ушам — кто даст гарантию что он вообще в курсе об их работоспособности? Как показала недавняя ситуация, видимо кроме работы в лаборатории, он особо ничего не знает, и в принципе не интересуется.
Диоды на них точно не горели, движения самих камер замечено не было, однако я специально не торопясь двинулся к дверям в подсобные помещения, на ходу открыв сумку и достав оттуда контейнер с едой. Даже если и смотрят за мной, пусть решат, что я решил пообедать раньше времени.
Открыв дверь в вентиляционную, я переступил порог и замер. Пульт управления был такой знакомый по мануалу из сети, но всё одно напрягающий меня своим габаритным видом.
— Ну что, здравствуй, дерево, я Мичурин, — сказал я, доставая из сумки разводной ключ.
Глава 15
Инструкция гласила, что не рекомендуется нарушать целостность коробов при работе вытяжки/приточки, но в общем функционале указывалось, что пульт возможно синхронизировать с любым устройством, и получать с него информацию о работе. Следовательно, если всё запитано централизовано, то стоит мне только выключить его — об этом сразу узнают ответственные лица, и кого-нибудь направят посмотреть. А зрители мне сейчас ох как не нужны.
Гайки открутились на раз-два, и я снял одну из крышек вентиляционного короба. Размеры отверстия и последующего канала были больше полуметра что в высоту, что в ширину, для моего нынешнего телосложения — проскочу со свистом. На наручных часах посмотрел сколько сейчас времени — буду ориентироваться на час свободы, далее отсутствовать будет уже опасно. Вдруг сознательность Сато перевесит его мнительность.
Хорошо, что еще с утра я переоделся в рабочий комбинезон — на его сером цвете пыль от моих поползновений будет не так заметна. Первые метры дались с трудом, так как трубы шли постоянными изгибами, тем более я старался издавать минимум шума, кто знает, что я встречу с той стороны. Самое печальное, что пока не было ни одного окошка вентиляции, все трубы были глухими. Спустя еще с десяток метров я оказался перед развилкой — моя труба входила под прямым углом в другую. Решив, что вероятность как ошибки, так и успеха у меня в любом случае пятьдесят на пятьдесят я выбрал правое направление.
Практически сразу мне попались еще пара изгибов, а дальше фонарик высветил прямой участок, который заканчивался тупиком. Преодолевая оставшиеся метры, я почувствовал ощутимое движение воздуха мне в лицо. Когда я наконец уперся в глухую стенку, увидел, что труба идет вертикально, а вдали виднеется светлое пятно, по которому будто что-то движется. Ясно, там крыша, и воздуховод кончается выходом с вентилятором. Мне туда не надо, да и я не человек-паук, чтобы лазать по вертикальным плоскостям. Значит я ошибся, выбрав правое направление. «А мы пойдем на север, а мы пойдем на север» — усмехнулся я и пополз в обратную сторону, что было несколько неудобно, так как пришлось двигаться ногами вперёд. В целом я уже привык ползать, система была сделана достаточно монументально, да и комплекция местных жителей была очень компактна. Страна малолитражек во всех смыслах.
На развилке перед продолжением пути, где я наконец-то смог развернуться, я мельком взглянул на часы. Однако, десять минут уже тут прохлаждаюсь, надо бы ускориться. В этом направлении тоже было несколько колен с поворотами под разным углом, но вот далее я увидел прямой коридор с вентиляционными отверстиями. Бинго, значит я на месте. Теперь я старался передвигаться крайне медленно и осторожно. Приходилось думать над каждым движением, но вот я оказался перед первым лючком. Сквозь вентиляционную решетку обзор был так себе, но я заметил множество неизвестного мне оборудования, столы, стеллажи, вдали стояла школьная доска, на ней, по-моему, даже что-то было написано.
Стояла тишина, свет был крайне тусклый, видимо работало только дежурное освещение. Самое главное, что я заметил, что высота до пола была метров пять, не меньше. Об этом я изначально как-то не думал, но, с другой стороны, не нести же с собой сюда веревочную лестницу.
