Платов (Николаю). Здравствуй, молодец!
Николай. Здравия желаю, ваше превосходительство генерал Платов.
Платов. Ты откуда меня знаешь?
Николай. Видал, ваше превосходительство, на картине героев.
Платов. Воином будешь: глаз у тебя приметливый. (Проходит в спальню.)
Николай. Сам Платов!
Андрианов. Среди легкоконных нет в мире лучше донцов, а Платов донцам — атаман и слава.
Платов. Здравствуй, Кохта!
Кохта (вскочил, шепотом.) Здравия желаю, ваше превосходительство!
Платов. А это кто? (Указывает на человека, лежащего на диване).
Кохта. Реваз.
Лежащий на диване полковник поднял голову.
Реваз. Здравствуй, Матвей Иванович.
Платов. Здравствуй, князь, с приездом.
Денис Давыдов вводит пленного французского полковника. При полковнике конвой из двух гусар. В зале просыпаются Грабовский, Василий Давыдов и Гагарин.
Грабовский (Андрианову). Что случилось, Михаил?
Андрианов. Разрешите доложить: гусарский подполковник Денис Давыдов представляет пленного хранца — полковника.
Грабовский, Василий Давыдов и Гагарин быстро идут в спальню.
Николай. Я хочу видеть Багратиона.
Андрианов. Этого, браток, нельзя. Вот к завтраку выйдет; если тут будешь — увидишь, а так не обременяй.
Денис. Разрешите, господа…
Платов (рассматривает пленного француза). Молодец, Денис, привел полковника непомятого!
Реваз. Как взяли?
Денис. Ночью, на правом берегу Днепра. Мой отряд столкнулся с французским авангардом. Изрубили сто восемнадцать, пленных — двадцать три.
Платов (пленному). Садитесь, господин полковник!
Пленный садится.
Попросите генерала Сен-При!
Грабовский быстро уходит.
Реваз (пленному). Вы из авангарда маршала Нея?
Платов. Отвечайте, господин полковник.
Пленный. Я отвечаю только моему императору и маршалам Франции.
Платов. Вы в плену, дорогая курочка.
Пленный. Мой император меня освободит. Мой плен — случайность. Государство, в которое приходит Наполеон, всегда ему покоряется.
Человек, спящий под шинелью, поворачивается и встает. Это Багратион, широкоплечий, с черными курчавыми волосами, орлиным взором.
Багратион. Фанфарон! Как вы смеете так разговаривать со старшим в чине?
Пленный (вскакивает). Мой бог! Багратион! Я не так сказал…
Багратион. Садитесь. Здравствуйте, Матвей Иванович! Здравствуй, Денис! (Пленному.) Вот что, господин полковник, вы не в Австрии, вы не в Пруссии, вы на русской земле. И вам придется давать ответ каждому русскому офицеру, который будет с вами разговаривать по делам службы.
Пленный. Слушаюсь, господин генерал. Меня зовут Пьер Жакто.
Багратион. Уведите мсье Жакто!
Пленного уводят.
(Платову.) Как дела, Матвей Иванович?
Платов (пожав плечами). Спасибо, хорошо.
Багратион. Трезво скучаешь?
Платов. Выполняю слово, данное вашей светлости. Две недели в рот ничего не брал, все ожидаю графского титула.
Багратион. А вчера утром?
Платов. Так случилось. Он попался.
Багратион. Кто же это «он»?
Платов. У Малеева болота, когда я разбил авангард маршала Нея, у пленного французского доктора оказалась фляга. При разборе вещей проверил флягу… оказался он… спирт… Сколько ни запивал водой, все какой-то привкус остается, ваша светлость.
Багратион. Пока ты с ним не раззнакомишься, трудно подписать ходатайство о твоем графском титуле.
Платов. Допустить невозможно, князь, чтобы я был просто атаманом, а штабной генерал Сен-При носил титул графа.
Входят генерал Сен-При и Грабовский.
(Кланяясь Сен-При.) Генерал, примите мое уважение! Багратион. Зачем тебе графство?
Платов. В хозяйстве пригодится. Я дочери обещал.
Багратион. Ну ладно, черт с тобой. Сегодня напишу императору.
Платов. Честное слово?
Багратион. Честное.
Платов выходит в зал.
(К Сен-При.) Эммануил Францевич, подполковник Денис Давыдов привел еще одного пленного полковника.
Сен-При. Очень рад, господин подполковник. (Жмет руку Денису.)
Багратион. Я уверен, что авангард маршала Нея бродит где-то около Смоленска. Пленный дерзок. Вероятно, будет разговорчивее.
Сен-При идет в зал, где Платов уже пьет третью рюмку водки.
Платов. За ваше здоровье пью, граф. Выпьем! Сен-При. Рановато праздновать графство, господин генерал.
Платов. Все учат старого донца. Хотел бы я, чтобы в бою у меня было столько советчиков.
Сен-При. Я знаю, что сердце генерала Платова для меня неприступно.
Платов. Дело в том, что я с детства терпеть не мог штабных генералов и офицеров.
Сен-При. Слава богу, что я не исключение. (Уходит.)
Платов. Всё языком арканит. Вьется. Вот они какие, графы, бывают — на скользком месте живут. (Уходит.)
Багратион (надевает мундир). Спасибо, дорогой Денис.
Денис. Рад служить вам, князь. Разрешите идти?
Багратион. Иди, не прекращай разведку ни на минуту. О результатах доноси прямо мне.
Денис уходит. Багратион рассматривает бумаги, лежащие на столе, читает письмо.
Реваз. До свидания, Петр!
Багратион. До свидания! (Гагарину.) Интенданта Константинова ко мне!
Реваз уходит, за ним — Гагарин.
(Василию Давыдову.) Лети в арьергард, к Милорадовичу, поторопи оттуда с донесением! (Грабовскому.) А ты передай интенданту армии полковнику Скворцову, чтобы срочно были присланы сведения о заготовке сухарей и фуража.
Василий Давыдов и Грабовский выбегают.
Кохта. Как вы думаете, князь, из Смоленска мы тоже отступим?
Багратион (сердито). Мне не пошлет Барклай приказа отступить из Смоленска без генерального боя.
Кохта (шепотом). Князь, а может быть, Барклай и в самом деле предатель?
Багратион. Молчи, Кохта! Барклай — честный генерал. Предателем он не был и быть не может. Это грязные сплетни цесаревича Константина Павловича.
Кохта. Тогда зачем Барклай все время отступает? Почему он не принимает боев, князь?
Багратион. Очевидно, таков его план.
Кохта. Сердце болит, князь. Я не могу понять, почему не вас назначили главнокомандующим?
Багратион. Наверное, я сам не замечаю того, чего мне недостает, и ты не видишь, ослепленный любовью ко мне… Ты мой воспитанник, одной грудью с тобой мы вскормлены. Прямо тебе скажу, что у меня тоже болит сердце. Но, богом клянусь, не из честолюбия! (Подходит к окну, смотрит.) Чудесный, исправный сад! Хозяин этого дома — или деловой человек, или вор и жулик.
Кохта. Чрезвычайно честный человек, замечательный человек, князь!
Багратион (с сомнением). Если ты в этом убежден, зачем говоришь так горячо?
Кохта (растерянно). Я на него посмотрел, сразу и увидел — хороший человек.
Багратион. Сатана, давая людям хитрость, торопился, и, увидав мой большой нос, он мне дал сто порций хитрости, подумав, что я тоже черт. Скажи, у нашего хозяина красивая дочь?
Кохта (еле слышно). Необычайной красоты, князь.
Багратион. Все ты к красоте не можешь привыкнуть. Но если ты обманешь женщину в доме, где я ел хлеб, — я оторву тебе голову.
Кохта. Клянусь, что женюсь!
Багратион. А кто ее за тебя отдаст?
Кохта. Женюсь, если вы согласны.
Багратион. Я ей не отец.
Кохта. Согласитесь, князь, — и тогда пусть весь Смоленск стоит на страже, я все равно украду! Меня тоже черт не обидел.
