– И фактор внезапности следует учитывать, насколько это у нас получится, – сказал принц. – Что ни говорите, а пробиваться через подготовленные заслоны к замку Нахаба не хотелось бы.
Лукас кивнул, Корк крякнул, Келга тихонько заворчала, а Батар снова хлопнул ладонью по столу. Видимо, у него это стало привычкой.
– Так тому и быть, – согласился Трол. Он сам собирался сказать, что им следует действовать быстро, но раз это осознавали все, даже деревенские, объясняться по этому поводу не следовало.
Ощущение удачи стало еще вернее. Только к этому теперь примешивалось опасение, которое всегда у него возникало, когда все складывалось очень уж удачно. Потому что это определенно указывало, что он, именно он, и никто иной, не видит каких-то трудностей, которые возникнут при исполнении его плана.
В том, что они непременно возникнут, у него не было никаких сомнений.
Глава 18
Как ни связывался Ибраил с Нишапром, как ни пытался помочь ему Трол, ничего из этого не вышло. И поход в мир Яйца пришлось устраивать вслепую. Так уж получилось, что ему действительно уже на следующий день доложили, что канаты, способные выдержать до двадцати тонн груза, заказаны и скоро их доставят в Дотимер, что корабль взялись перестраивать, что уже скоро будут срублены недостающие механизмы – лебедка, поворотные барабаны и кое-что еще, предложенное Корком. Даже каменные лотки, которые, кстати, вызвали у мага самые большие опасения, пробуют заказать в одной из местных каменоломен. Тогда Трол вместе с магом решил, что им в Дотимере делать нечего, и оба отправились на разведку.
Переход на этот раз получился у него хуже, чем всегда. Настолько хуже, что он, несмотря на все свои тренировки, так и не сумел отвлечься от боли и муки, которые, как обычно, навалились на него в магических коридорах, состоящих как бы из влажноватой, почти живой ткани, но упругой и жесткой в основе, словно они шли по сырому, невероятно плотному мху, растущему на каменных стенах.
Как всегда, у него довольно быстро упало зрение, пропал слух, чувство ориентации, и он прилагал сумасшедшие усилия, чтобы все-таки видеть перед собой Ибраила, а они все шли, шли… Потом маг вдруг принялся ему что-то объяснять. Трол попробовал сосредоточиться, полный благодарности, что его отвлекают таким немудреным, но всегда действенным методом, как разговор на посторонние темы. Прислушался и понял, что Ибраил говорит:
– Никогда не находил ни малейшего объяснения твоей неспособности адаптироваться тут. Просто даже гипотезы на этот счет не сумел придумать.
Значит, разговор все-таки шел на не совсем отвлеченные темы. Возрожденный, присев на миг, чтобы сбросить напряжение в спине, потряс головой, выпрямился, попробовал идти дальше, разжал губы и спросил:
– А знаешь, я одного не пойму – как это вы с Нишапром так ловко все устроили, что войти в этот коридор и выйти из мира Яйца получается в одной точке?
Маг обернулся, посмотрел на Трола озабоченно, твердо проговорил:
– Ты, оказывается, куда хуже, чем я думал… – Он поплямкал губами, добавил: – Ты же только что уже задал этот вопрос, и я даже попробовал тебе на него ответить.
– Да? – удивился Трол. – Я не заметил.
Ибраил зашагал дальше, его фигура стала таять в холодноватом, красном мареве, стоящем вокруг, Трол поспешил за ним.
– Это не природное свойство коридоров такого класса, обычно их прокладывают однонаправленными. Но это очень старое образование, и оно уже было старым, когда Сухмет Золотой Ошейник нашел его и обновил. А в древние времена и маги были посильнее, и действовали экономнее. Вот и получилось, что они создали двунаправленную дорогу… С развилкой в тот мир, где хранится янтарная скала.
– Не понял, при чем тут экономия?
– Чтобы пробить вход или выход из любого чуждого мира в наш, нужно очень много энергии. Сами-то тоннели не требуют и трети таких сил, хоть опоясай ими весь наш свет… Вот и получается, что древние маги, обладая искусством изящным и совершенным, делали вход-выход совмещенными. – Маг обернулся и, осознав, что Трол слушает, постепенно приходя в себя, усмехнулся. – Ведь плотник в доме тоже не делает одну дверь только для входа, а другую для выхода.
Они пришли, покатились по песку, как обычно, выход в этот мир находился в десятке футов над каким-то покатым песчаным склоном. Трол снова потряс головой, чтобы избавиться от песка, набившегося в волосы, налипшего на губах, осознал, что ему стало немного легче, и выпрямился. Ибраил уже с интересом оглядывался. В самом деле, тут было на что смотреть.
В той стороне от янтарной скалы, где протекала река, стоял самый настоящий дом, наполовину сложенный из камней, наполовину вырубленный из толстых, в обхват двумя руками, бревен. Над строением курился дымок из трубы, от него в разные стороны вдоль берега реки простирались тучные луга, которых раньше не было. В нескольких местах эти луговины прерывались полями с чем-то похожим на низкорослую пшеницу, а у самого дома виднелись грядки с самым удивительным огородным разнообразием. Кажется, что на них росло все – от репы до подсолнухов и от перца до гречки. Причем одновременно и весьма бурно.
Трол не поверил своим глазам – луговины, дом, поля, все это стояло в том самом месте, куда он, как ни старался, не сумел дойти, даже стискивая зубы от боли. И вдруг – так спокойно, так мирно и успешно преодолеть рубеж, который, как он думал, способен миновать только маг. И как это Меде удалось?
Он сделал шаг в том направлении и вдруг понял, что несильная, но отчетливая волна несет его к этому месту, потому что оно уже было оживлено человеком, и теперь даже Трол мог бы в нем существовать.
Откуда-то залаяли собаки, потом Трол понял, что это не собаки, а небольшие, еще не способные летать фламинго. Они выбежали из-за дома кучей, почувствовав чужаков, остановились. Из дома вышла женщина, молодая и сильная, она подняла руку козырьком, вглядываясь в Ибраила с Тролом. Исчезла в доме, появилась снова.
Теперь за ней двигалось почти с десяток ребятишек разного возраста, но впереди всех выступала… Да, это была Меда, как ни велико было расстояние, но Трол легко осознал, что это была она. Прямая, как молодое деревце, радостная, словно блик солнца на спокойной воде. За всей кучей молодняка, чуть отстав, спешил и Нишапр. Он был в обычном своем восточном халате, почти на полголовы ниже девушки, которая первая появилась из дома. Вся компания двигалась в сторону Трола, который шел, словно во сне, не чувствуя под собой ног – так легко ему было теперь двигаться тут.
Гостей, которые немного смущались, рассадили за столы, вынесенные из дома в ту часть двора, которая была обращена к реке. И принялись кормить, чего, собственно, ни Тролу, ни Ибраилу не хотелось, но так тут было принято – сначала за стол, а уже потом разговаривать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
