Перед тем как уснуть, уже лежа, Трол попытался определить, где находились три галеона Империи, и ему показалось, что уже довольно близко. Не далее ста миль, может, даже еще ближе. Дело заключалось в том, что, пока они тут торговались, грузились и наводили походный порядок, имперцы не теряли времени и работали крыльями что было сил.
Но теперь можно было посадить за каждое крыло по два человека, которые так и проработали всю ночь, а следовательно, расстояние между погоней и убегающим кораблем почти не сократилось. Поутру за крылья сели все те же шестеро бывших рабов, чтобы задорцы немного отдохнули, а потом все пошло как по маслу – шесть человек гребли в усиленном темпе часа четыре, выкладываясь полностью, но после этого могли отдыхать по восемь часов, для восстановления сил этого почти хватало.
На румпеле последовательно стояли Трол, Келга, принц и иногда помощник Тирена. Он, кстати, оказался недурным поваренком и, когда не было другой работы, помогал Келге с приготовлением пищи. Это было кстати, одна девушка, с которой никто не снимал заботу о птицах, чего она просто не позволила бы, в силу странного убеждения, что справится с этим лучше других, теперь не смогла бы кормить еще и четверть сотни людей.
К вечеру следующего после вылета из Задоры дня, однако, стало ясно, что летающие рейдеры Империи все-таки приблизились к ним на семьдесят миль, а ночью Трола неожиданно разбудил Ибраил.
Трол сел, протирая глаза от сна, пытаясь понять, что происходит на корабле. Но вокруг ничего не происходило, все было довольно спокойно, только биение барабана, синхронизирующего работу гребцов, было каким-то усталым и медленным. После почти недельной работы на корабле Трол уже автоматически умел определять его темп, даже не прислушиваясь к этому всепроникающему, низкому звуку.
– Ты чего? – спросил он мага.
– Они поймали попутный ветер, – оповестил его Ибраил, – и теперь находятся всего-то милях в тридцати.
– Для атаки еще далеко, – сказал Трол.
– Если не учитывать магические возможности, – не согласился Ибраил.
– Что ты имеешь в виду?
– Не знаю, – маг откровенно смутился. – Лучше одевайся, вооружайся и слетай-ка на разведку.
– Что я должен разведать? – опять не понял Трол.
– Как приспуститься и пойти в нижних, дующих тут довольно сильно ветрах, используя паруса. Иначе завтра к полудню они нас непременно нагонят.
Трол оделся и вышел на палубу. Звезды на небе, видимом из-за края нависающей над кораблем оболочки, были уже почти знакомыми – это были горные, лунгмийские звезды. Но до самой Новолунгмии еще следовало пройти миль шестьсот, а это значило не менее чем два с половиной дня пути. Возможно, даже три. И в тридцати милях сзади – враг. Да, маг был прав, следовало не перескакивать через горы по верху, а снизиться, поймать попутный ветер и уйти на таком же рывке, какой для того, чтобы их нагнать, использовали имперцы. «Вот только как я найду, – подумал Трол, – эти самые попутные ветра?»
Но делать нечего. Выпив кружку горячей, почти кипящей воды с какими-то травами, приготовленными для гребцов, чтобы им легче было работать, из постоянно стоящего на огне котелка, Трол поправил мечи и полез вверх по вантам. С собой он на всякий случай прихватил пару отборных кусков солонины с репой.
Взобравшись по канатам на оболочку, он отыскал в темноте свою Дору и принялся безжалостно ее будить, как незадолго до этого его самого разбудил маг. Фламинго долго не хотела вытаскивать голову из-под крыла, а когда все-таки вытащила, то не думала открывать глаза. Но Трол настоял, отыскав клюв птицы и запихнув в него заготовленное угощение.
Птица удивилась, но с удовольствием приняла угощение. Другие фламинго, разобравшись в происходящем, тоже стали требовать у Трола свою долю, но сейчас было не до них. Наконец Трол подтянул подпруги, обхватывающие шею птицы, которая все норовила убедиться, что вся вкуснятина в руках человека закончилась, взобрался в седло, закрепил страхующие его ремни и, наконец, взлетел.
Только в воздухе Трол неожиданно сообразил, что ткань оболочки под его ногами почти не пружинила. Оказалось, пока они пересекали пустыню с птицами наверху, оболочку каким-то образом укрепили, сделав вполне надежные веревочные маты под каждой птицей. Это позволяло им и легче держаться на корабле, и уменьшало вероятность того, что фламинго все-таки повредят ткань. Да и людям было легче теперь ходить по макушке летающей машины. Сделала это, без сомнения, Келга. Правда, оставалось непонятным, когда же девушка спала и восстанавливалась, чтобы работать, но на этот вопрос у Трола не было ответа. И он сомневался, что на него ответила бы сама Келга. Впрочем, не исключался вариант, что с матами ей помогал Корк, уж он-то был мастером во всем, что касалось веревок, канатов и работы с ними.
Тролом, как иногда бывало, когда он оказывался в воздухе, овладело удивительное ощущение свободы. Он дышал полной грудью ветром, что бил ему в лицо, радовался тому, как легко набравшаяся сил за последние дни Дора слушается его приказаний, и восхищался тем, что перед ним расстилается такой прекрасный, ни с чем не сравнимый простор… Это было здорово!
Дора тоже развеселилась, она сама вдруг попробовала подняться повыше, а потом спикировала, да так резко, что Трол отчетливо почувствовал, как начинает зависать над седлом, удерживаемый лишь ремнями. Он даже решил было выровнять полет, опасаясь, что фламинго врежется в какой-нибудь из склонов, тем более что все они, покрытые глухими лесами, были почти неразличимы в темноте, но птица была не глупее его, да и высоту чувствовала куда острее, а потому вышла из пике, когда до верхушек деревьев оставалось еще футов триста. Теперь они могли выслеживать воздушные потоки, в которых нуждалась их «Некрасавица».
Сначала Трол отлетел от корабля миль на десять, это оказалось не очень легко, потому что сам корабль все время нагонял его довольно уверенно, делая узлов восемь или даже десять. Потом он отошел от курса «Некрасавицы» влево, миль на двадцать, внимательно слушая воздух, который гудел от изумительно сильных и уверенных рывков его птицы на каждом взмахе. Но тут воздух почти стоял на месте, лишь в редких проплешинах между лесами поднимался, да и то – едва ощутимыми токами.
Подумав как следует, Трол определил, что впереди почти на сотню миль не было ни одного ветреного участка, по крайней мере, на этой высоте. Поэтому, преодолевая сопротивление уже подуставшей Доры, он заставил ее повернуться, пересек курс корабля и ушел вправо.
Дора уже изрядно измоталась, когда он неожиданно почувствовал антициклон, расположившийся где-то над самым побережьем Северо-Западного океана. Он был велик настолько, что его крайние вихри проносились всего в сорока милях от «Некрасавицы», причем в нужном направлении, к Новолунгмии. Покрутившись еще немного, Трол удостоверился, что более надежных ветров не обнаруживается, и принялся поднимать Дору повыше, одновременно сбросив напряжение и скорость полета, чтобы птица зря не выдыхалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
