отдал пятнадцать рублей за два билета на восточную трибуну. Деньги, на самом деле, немаленькие. Так что в следующий раз надо брать.
Ну а если говорить о самой игре, то лично я на поле увидел две проблемных команды. Притом проблемы у них плюс-минус похожие. И лежали они в атакующей плоскости.
Что нам, что армейцам атаки давались с большим трудом. У ЦСКА, правда, очень старался их капитан Тарханов, в будущем довольно известный тренер, но надо отдать должное моим партнерам — чаще всего армейская девятка бегала без мяча.
Правда, пару раз он мог открыть счёт, но Чанов не зря считается сейчас одним из лучших советских стражей ворот, плюс и защита постаралась.
Ну а открыли мы счёт после достаточно курьезного эпизода.
Гости сфолили вблизи своей штрафной, и пока ставили стенку, Васильев неожиданно пробил. Вратарь ЦСКА Шишкин, как и все игроки в красном, к такому оказались не готовы, и в итоге судья показал на центр.
На мой взгляд, гол, пусть он забит и моей командой, получился очень, скажем так, неоднозначным.
Да, он забит по правилам, но налицо явная недоработка судьи. Как можно, чтобы на таком расстоянии били без свистка? Я не понимаю.
Это, кстати, давало мне дополнительные возможности. Когда подтяну физику, то смогу на манер Сократеса бить штрафные практически без разбега.
Так-то это позёрство, на самом деле, но в некоторых случаях может сработать. Такой удар же можно сделать очень быстро.
Правда, сработать подобное может всего пару раз. Потом-то судьи разберутся, что к чему, и без свистка я бить уже не смогу.
Подумав это, я усмехнулся. Если бы кто-то мог прочитать мои мысли сейчас, то счёл бы меня крайне самонадеянным. «Пацан еще даже не в составе первой команды и провёл всего один удачный матч за дубль, а туда же — уже планы строит, как он будет штрафные забивать».
— Ты чего смеешься? — спросил меня отец. Он как раз повернулся в мою сторону и видел мою ухмылку.
— Да так. Думал, как бы я пробил с этого штрафного.
— И как бы?
— Да примерно так же. А улыбнулся я тому, что это смешно. Я еще не в составе, а уже планы строю.
— И правильно делаешь, — посерьезнел отец, — я уверен, что чаще не мы с тобой будем ходить на футбол, а я буду ходить смотреть на твою игру.
В это время болельщики вокруг нас засвистели от негодования. Вот чёрт! За всеми этими рассуждениями и разговором мы с отцом пропустили, как в наши ворота назначили пенальти.
Лучший бомбардир армейцев в этом сезоне Виктор Колядко подошёл, поставил мяч на точку, разбег, удар.
И мяч в руках у Чанова! Он его намертво поймал! Удар у Колядко, правда, не очень получился, но всё равно, Чанов молодец. Он как будто почувствовал, что удар будет не очень сильным и точным, так что не стал гадать, а прыгнул зряче.
Часто возникают споры о том, как надо играть вратарю во время пенальти. Гадать или зряче прыгать.
И моё мнение, которое, впрочем, не только моё, что сильный и точный удар вообще невозможно отбить. Мяч, который сильно и точно летит в любой из углов ворот, вратарь не отобьет, он до него просто не дотянется. Если только не прыгнет заранее, что запрещено.
Поэтому в незабитом пенальти куда больше вины бьющего, а не заслуги вратаря.
Но это если говорить об идеальном ударе. Которые на самом деле не так уж часто встречаются. Отчего-то многие мои коллеги пренебрегают тренировкой этой футбольной функции. Зря, на самом деле.
Сколько бы нервов сэкономили футболисты нашей сборной, да и клубов тоже, если бы просто умели бы отключать нервы и бить пенальти качественно.
Это же не весть какая наука для обученного игрока. Нужно просто отрабатывать удар. Оставаться после тренировок и тупо бить по воротам. Мало кто из вратарей откажет в просьбе побыть визави для бьющего. А если не нашлось того, кто встанет в ворота, то надо ставить манекены и всё равно бить. Или просто бить, целясь по углам.
Пусть лично тебе это пригодится всего один раз в жизни, но зато, когда настанет время для того самого послематчевого удара, ты будешь готов и не отправишь мяч на трибуну.
В общем, возвращаясь к вопросу, что лучше делать вратарю — гадать или нет, я считаю, что лучше всё-таки гадать. Ну и само собой, нужно изучать игроков соперника, чтобы знать, кто в какой угол обычно бьёт.
Кстати, надо будет спросить у Чанова, он знал, куда ударит Колядко, или нет.
Второй тайм получился не такой насыщенный, когда до конца матча осталось минут двадцать, игра вообще замедлилась, и команды больше времени возились в центральной части поля, чем атаковали. Наши, скорее всего, выполняли установку тренера, игра по счёту, чтоб её.
Ну а армейцы просто напросто не могли ничего сделать. Тарханов к концу игры устал, а остальные и в начале игры были не так активны.
В общем, Торпедо не без труда, но выиграло и сравнялось с ЦСКА по набранным очкам. Армейцы после этой игры обосновались на девятом месте, мы, соответственно, шли десятыми, уступая только по разнице мячей: у нас она минус два, а у ЦСКА плюс шесть.
По той же разнице мы, кстати, опережали киевлян. У Динамо минус шесть.
Как, имея в составе Блохина с Заваровым, умудриться за двадцать два матча забить всё те же двадцать два мяча, я не знаю. Наверное, сейчас весь советский футбол болеет вирусом низкой результативности.
Хотя какое там «наверное»? Так и есть, безо всяких сомнений. Лимит ничьих не от хорошей жизни вводят. Если бы в чемпионате не было проблем с результативностью, то этот идиотизм бы у нас не прижился.
Да, отчасти лимит на ничьи ввели еще и с целью борьбы с договорными матчами, но и для повышения результативности тоже.
В итоге я не зря потратил время этим вечером. То, что я увидел, дало мне много пищи для размышлений, и я сделал главный для себя вывод.
Попадание в основной состав уже в этом сезоне, притом не разовое и не для того, чтобы по примеру Олега Аханова сидеть на скамейке или выходить на пять минут, а настоящее — это не несбыточная мечта, а вполне себе достижимая цель.
Уверен, что я могу предложить Торпедо гораздо больше, чем тот же Валерий Петраков или Валентин Иванов младший. Надо только доказать
