– И ты тянула все это одна?..
– Ну не совсем, – призналась я, вновь наполняя чашки. – У меня есть Дэвид и Райан, и Би тоже со мной. Ей все известно. – Этим я решила ограничиться, не вдаваясь в подробности о том, почему Би наделена способностями паладина, как она была похищена и таинственным образом возвратилась. Бабуля и так наслушалась предостаточно. Хватит с нее потрясений на этот вечер. Если что, еще вернемся к этой теме.
– Сами по себе, без взрослых, – проговорила она, бросив в чашку пару кусочков сахара. – Вы все куда-то спешите, сбежались – разбежались, опять с кем-то сошлись. Жаль вас.
Мне хотелось рассказать про Александра, но поскольку я сама еще не разобралась, как к этому относиться, то решила повременить.
– Да, все запутано, и эти сердечные заморочки лишь усложняют дело.
Бабушка Джуэл покачала головой, сверкнув серьгами с цирконием.
– Чего удивляться, вы же дети, – заметила она. – Детишки всегда умудряются запутать все больше, чем нужно.
Мне тут же вспомнились Би и Райан в кладовке, следы помады на его лице и дерзкий взгляд, вызывающий меня на откровенность.
Да, так и есть. Все чертовски запутано.
Тут к нашему столику подошла мисс Аннемари и заговорила с улыбкой:
– Харпер! Твоя мама с бабушками частенько захаживают, а ты вот давненько не появлялась!
– Много задают в школе, – сообщила я. Не объяснять же, что, с тех пор как мы пытались убить друг друга на Котильоне, я ее избегаю. До сих пор при виде нее мне мерещится занесенный над горлом нож.
Мисс Аннемари удалилась на кухню, пообещав приготовить нам крабовый суп, и бабушка Джуэл вновь устремила на меня свои слезящиеся, но проницательные глаза.
– Милая, уж если кому и по силам справиться со всем этим, то только тебе. Я никогда не встречала таких целеустремленных малышек. Знаешь, когда тебе было примерно два годика, твой папа построил вам с Ли-Энн песочницу. И каждый день ты ковыляла на своих ножках во двор и строила замок, а твоя сестрица непременно его ломала.
Бабуля прищелкнула языком и сняла очки, оставив их болтаться на цепочке.
– Я очень любила малышку, но какой же она иногда бывала мерзавкой. А главное, ты так ни разу не заплакала и не пожаловалась. Выпятишь губы – и вновь за работу. Упорно гнешь свое, хотя разумнее было бы сдаться.
Почему-то мне не показалось, что это комплимент. И все равно я была благодарна и собиралась сказать это вслух, как вдруг бабушка потянулась через стол и схватила мою ладонь.
– Ты стараешься угодить всем и вся, Харпер Джейн.
У нее были холодные пальцы и шершавая тонкая кожа, но бабуля крепко держала мою руку.
– Подумай о том, что однажды тебе придется выбирать.
Глава 27
– Какое уродство!
Я опустила глаза – передо мной стояла крохотная пигалица. Ростом она едва доходила мне до локтя, да и то в основном благодаря прическе, возвышавшейся на целый фут. Все остальное безнадежно утонуло в голубеньких воланах, так что кто бы еще рассуждал об уродстве.
И все же, не желая грубить ребенку, я заставила себя улыбнуться.
– Это невежливо, – сказала я, на что та пожала плечами.
– Зато правда.
На сцене выступала девчушка примерно того же возраста, что и эта находка. Она притопывала на месте и выписывала вялые кренделя, изредка поглядывая на мать, исполнявшую куда более энергичную версию ее танца в первом ряду.
Вздохнув, я перекинула трость с руки на руку. Обычно, когда мы сюда приезжали, детские репетиции уже подходили к концу, но сегодня Сара чуток припозднилась, и поэтому мы торчали здесь и ждали, когда выступит вся мелюзга. Ко всему прочему это подразумевало терпеть нападки зарвавшихся второклашек.
– Это все рукава, – заявила малявка, осмотрев меня с ног до головы. Говорила она странновато, и когда разинула рот в широком зевке, я заметила накладные зубы, которые мелкие носят, чтобы прикрыть пустоты в ряду.
Чего только не насмотришься на конкурсах красоты.
– А мне они нравятся, – возразила я, оттянув обсуждаемый материал. Когда-то Ли-Энн выступала маржореткой и носила специальную форму – зеленый костюмчик с блестками. Его-то я и приспособила под свои нужды. Бабуля Джуэл пришила к нему рукава, чтобы придать немного воздушности. На эту «воздушность» ушло полтонны блесток и фальшивых камней, поэтому, когда я вращала тростью, рукава звенели как бубен.
– И зря, – докапывалась малютка. – Потому что они страшенные.
– Спасибо, что просветила, – сквозь зубы пробормотала я.
– Кыш, соплюшка, – шуганула ее слонявшаяся поблизости Эби, и малявка, показав нам язык, деловито направилась к сцене.
Эби окинула меня взглядом. На ней было черное платье без особых премудростей, поскольку ее заявленный талант заключался в фортепианной игре. Взглянув на нее, я пожалела, что в двенадцать лет упросила маму прекратить эти уроки, потому что теперь игра на фортепиано казалась не таким уж позорным искусством. На шее Эби блеснула тоненькая золотая цепочка. Перехватив мой заинтересованный взгляд, она приподняла ее двумя пальцами и похвасталась:
– Нравится? Это от Спенсера.
Я внутренне содрогнулась. При воспоминании о том инциденте я в который раз подумала, что мы заблуждались насчет предсказаний Дэвида и будущего не изменить. И получается тогда, что ясновидение – полное фуфло?
Эби, видимо, по-своему истолковав мою кислую мину, выпустила из рук украшение и усмехнулась.
– Не смотри на меня с таким осуждением. Если ты в кои-то веки осталась без парня, так неужели не можешь порадоваться за других?
– Я радуюсь, – ответила я, и возможно, это прозвучало бы даже убедительно, если бы в этот момент не появилась Би. Она запыхалась – наверное, боялась опоздать, – и хотя на ее лбу не горела надпись «я целовалась с Райаном!», мне тут же вспомнилась сцена в кладовой. Слишком сияющий у нее был вид.
Эби посмотрела на Би, перевела взгляд на меня и вскинула брови.
– А куда вы пропали в обед?
Я отсиживалась в библиотеке, как последняя трусиха, потому что мне не хотелось встречаться ни с Би, ни с Райаном. Поначалу я думала запереться во временной типографии, но, проходя мимо, заметила там Дэвида с Майклом и Чи. Я сидела на полу возле дальних стеллажей и вспоминила, что еще пару месяцев назад скрываться в обед было бы для меня совершенно немыслимым делом. Я скорее умерла бы, чем вошла в круг таких странных личностей. Ленч – это прайм-тайм для общения, встреч и контактов, но теперь, когда Би с Райаном стали «Би и Райан», а мы с Дэвидом уже не «Дэвид и я», я не знала, как еще поступить.
