— Сделаю, пап.
— Игнат тебе поможет. Как вернётся, вы приступите к подготовке.
— Ага.
* * *
В кабинете князя Роберта Августинова царило молчание. Мужчина сидел с хмурым лицом, слушая доклад от помощника Евгения Золова. По его словам, вчерашней ночью кто-то тайно пробрался на земли рода Августиновых, попал в хранилище и перерезал всех тварей из тумана. Всю ценную контрабанду превратил в труху, после чего попросту скрылся с места преступления.
—…по моим расчётам, он нанёс ущерба на сто шесть миллионов рублей, господин Августинов, — заключил помощник. — Это при учёте, что вам принадлежала ровно половина из общей суммы. Такую же сумму потерял и род Громовых.
Августинов покачал головой. Невероятно. Кто в здравом уме осмелится на такое? Вольные не простят такого унижения, они предпримут серьёзные меры. В этом нет сомнений.
— Разжалуй всех, кто в ту ночь охранял хранилище, — велел Августинов.
— Сделаю, — кивнул Евгений.
— Скажи, господин Золов, такое только у нас случилось? — Роберт Августинов поднял глаза на мужчину.
— Отнюдь, — мотнул головой тот. — Вчера Юрий Михайлович Громов звонил, просил передать, что отменил подпольные бои. И случилось это по той же причине. В хранилище гора трупов, разруха и страшная вонь. Никто никого не видел, никто ничего не знает. И такая же история в Цареградском районе. Либо кто-то начинает закручивать гайки, либо мы столкнулись с отчаянным психопатом.
— По камерам смотрели?
— Да, господин. Силуэт в темноте был плохо различим, но подозреваем Константина Шагайна. Он же Марк Громов, который унаследовал род Михаила. Приказ это, либо же его личная прихоть — не ясно.
Князь фыркнул.
— Свободно попал в хранилище как князь Громов, нагадил и скрылся. Идиот, — тон Августинова звучал с издёвкой. — Но даже если так. Допустим, парень был под дозой. Скажи мне, зачем Громову избавлять себя от собственных же активов?
— Возможно, дело в его конфликте с Центром, — пожал плечами Евгений Золов. — Вольные нейтрализовали его отца, а он решил избавить род от любых связей с контрабандистами. Думаю, от неопытности и эмоциональности делает такие шаги.
— Вольные знают об этом?
— Знают. Но пока ничего не предпринимают. Говорят, ведут подготовку к дуэли Юрия Громова и Константина Шагайна. Первый якобы вызвал брата на почве зависти. Дуэль, говорят, проводить будут по кодексу стали.
Августинов дёрнул бровями.
— Братья решили перебить друг друга? Интересно, — задумался он. — Выходит, если победителем окажется Юрий, власть рода официально окажется в его руках?
— Безусловно, — подтвердил помощник.
— Вызвони Юрия, пусть он приедет ко мне сегодня, — велел князь. — Если есть возможность сохранить Юрия у «престола», нужно ухватиться за эту возможность всеми возможными силами. Нам ведь не нужны проблемы, господин Золов?
— Я полностью с вами согласен, — помощник кивнул. — Юрием манипулировать куда проще, в отличие от его старшего брата.
— Оба они те ещё отморозки, — отмахнулся Августинов. — Но да, Юрий всё же нам нужнее. В общем, задание ты получил. Выполняй. Отчитаешься вечером.
— Да, господин!
Глава 20
В кресле сидел мужчина, одетый в чёрное пальто. Он держал в одной руке бумагу с докладом, а в другой — сигарету. Рядом с ним стоял рослый парень в классическом костюме и с перстнем «второго круга» на безымянном пальце. Парень покорно ждал, пока «хозяин» завершит изучение и заговорит первым.
Спустя десять минут мужчина убрал доклад, снял шляпу и отложил её в сторону. Откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. На лице возникла нотка задумчивости.
— Хорош ведь, сукин сын, — единственное, что произнёс он.
Парень поморщился от произнесённого. Такое услышать он ожидал в последнюю очередь.
— Хорош? Наш оппонент уничтожил три хранилища за ночь, господин. В очередной раз унизил нас и оскорбил. В чём он хорош? Если так продолжится, акции Вольных и организации «Центр» кубарем покатятся вниз, — озвучил свои переживания член «второго круга». — Словом, членов Центра не меньше начинает тревожить его безнаказанность. Как долго мы будем молчать на его выпады?
«Нулевой» указал пальцем на доклад, который только что прочитал.
— Это ты называешь выпадом?
— Не только я так считаю, господин Нулевой, — заиграл желваками парень. — Каждый хочет знать, почему мы бездействуем и не можем дать отпор ублюдку, который гадит нам под дверь и при том лишь укрепляет свои позиции.
— Выжидать лучшего момента для удара, друг мой, это всё, что мы можем сейчас делать, — без нотки иронии пояснил мужчина «нулевого круга». — Шагайн — мелкий вредитель, и он не стоит тех рисков, которые понесёт Центр в очередной поспешной попытке его устранить. Пусть уничтожает то, что принадлежит Громовым. Это лишь делает его идиотом в глазах окружающих.
Парень нахмурился, потирая перстень на безымянном пальце. Он был недоволен позицией Нулевого. Возможно, спокойствие начальства раньше и помогало Вольным действовать с холодной головой даже в самых трудных ситуациях. Но сейчас оно было не к месту.
— Этот «мелкий вредитель» убил наших людей в Архангельске, — заявил член второго круга, сжав кулаки. — И продолжает посягать на жизни близких мне людей. Его позиция идёт вразрез с нашей, а это значит, рано или поздно нам придётся от него избавиться. И лучше рано, господин.
Мужчина затушил окурок сигареты в пепельнице. Снова взял пачку в руки, высунул новую сигарету и сообщил:
— Будь я таким же эмоциональным и вспыльчивым, как ты, друг мой, наша организация ни за что бы не прожила в самом сердце Империи до сегодняшнего дня. Подумай об этом и заруби себе на носу, говорить со мной в таком тоне не стоит.
— Прошу прощения, господин, — склонил голову парень.
— Чтобы убрать противника тихо, нужно бить точно и по нужным точкам, — мужчина в очередной раз выпустил облако едкого дыма изо рта. — Узнаем, что значит слово «Даркар» и то, как Шагайн связан с туманом, прижмём к стенке и повесим всех собак. Вопросы?
Парень кивнул.
— Есть вопросы. Юрий Громов после разрыва контракта с Центром впал в отчаяние и вызвал родного брата на дуэль по кодексу стали, господин, — озвучил он. — Разве это не лучший момент для того, чтобы избавить Центр от вредителя и заставить его ответить за все унижения?
— Это не лучший момент, но момент, — многозначительно покачал головой мужчина.
— Все понимают, Юрий Громов не победит, — без раздумий заключил член второго круга. — В равном бою Константин Шагайн слишком опасен. А терять человека, который готов работать на вас при любом раскладе, не выгодно. Обеспечив Юрию победу, мы убьём двух зайцев. Избавим род Громовых от неугодного главы, а Центр — от мелкого вредителя.
Мужчина кивнул, внимательно анализируя сказанное. Затем после минуты раздумий отметил:
— Тот, кто не выгоден нам, полезен нашему противнику, друг мой. Биться в открытую против Шагайна, который получает личную поддержку от Романова, это уже не попытка приструнить отбившегося от стада наглеца. Это попытка ударить по репутации Империи.
Парень поджал губы. Он не желал слышать такой спокойной размеренной речи. Он ждал действий от Вольных. Ждал приказ — убрать любой ценой. Но… этот человек не собирается рисковать своим положением. Уж слишком хорошо сидит.
— Князь Роберт Августинов предложил Юрию Громову помощь в дуэли, взамен на оплату долга за уничтоженное хранилище, — сообщил парень, сдерживая злость в голосе. — Это значит, что мы уже втянуты в этот конфликт.
— Пешки вроде Августинова принимают такие решения? — скривил брови мужчина в недовольстве. — Он совсем спятил разбрасываться такими обещаниями?
— Это ещё раз доказывает, что наш авторитет падает с высокой скоростью, — отозвался парень.
— Свяжись с Августиновым, предупреди, что следующая такая своевольность станет для него последней, — велел мужчина. — Но, раз он уже поневоле ввязал нас в конфликт, придётся принимать в нём участие. Вызвони членов первого круга. Ко дню дуэли они должны быть на своих позициях.
