теперь многое встало на свои места…
***
После того, как мы прошли сквозь портал, советник заперся в кабинете, а мне ничего не оставалось, как вернуться в свою каморку. Теперь я лежала на кровати и вот уже битый час бессмысленно пялилась в потолок, гадая, что же случилось с Нарами. Сколько бы я ни допытывалась, Мина стояла на своём и уверяла, что ничего об этом не знает. Что ж, придётся всё-таки как-то поговорить с Сиери. Только он один может приоткрыть завесу этой тайны.
Лой появился бесшумно, молча оставил на прикроватной тумбочке древние рукописи и исчез. Казалось, он был чем-то обеспокоен.
Времени я терять не стала и вместе с Миной сразу взялась за работу. Пролистывая одну страницу за другой, я все сильнее и сильнее отчаивалась найти что-то связанное с инквизиторской печатью, пока, в конце концов, не наткнулась на иллюстрацию со знакомыми рунами.
— Мина, смотри. Кажется, я нашла…
Тыквочка оказалась рядом в один прыжок, взглянула на нарисованную чьей-то твёрдой рукой печать и нахмурилась.
— Давай сравним, — предложила она.
Я быстро расшнуровала рубаху, стянула ее с плеч и ужаснулась — за то время, пока я находилась в нижнем мире, печать разрослась. Теперь причудливая вязь обвивала шею и почти касалась второй ключицы. Ещё немного, и она замкнется…
— Так, не смей расстраиваться! — чутко уловив мое состояние, приказала Мина. — У нас пока есть время. Может, успеем.
Я кивнула, но легче от слов тыквочки не стало. Я всё не могла понять, зачем инквизитор поставил это клеймо? Разве мало Шери, заключённого в застенках Дома Правосудия? Ради брата я и так была готова пойти на всё, но инквизитор не остановился на достигнутом результате и решил взять надо мной полный контроль. Теперь он чувствует все мои эмоции, и это только начало. Я даже представить боялась, что будет, когда печать замкнётся и вступит в полную силу…
— Смотри, — привлекла мое внимание Мина. — Здесь и описание имеется. Но всё на древнем языке, которым пользовались еще до Катаклизма.
— И что теперь делать? — нахмурилась я.
— Читать, — хмыкнула Мина. — На наше счастье я знаю древний язык. Пришлось, знаешь ли, изучить, когда стала старейшиной. Это сейчас, девонька, ведьмы сами по себе. А во времена инквизиции мы собирались в целые кланы и только так выживали. Ну ладно, не будем отвлекаться. — Тыквочка внимательно вчиталась в текст и, по мере того, как зелёный свет мелькал по строчкам, все сильнее хмурилась. — Здесь сказано, что это брачная печать драконов.
— Драконов? — опешила я. Но как связаны драконы и инквизитор, оставалось загадкой. — Читай скорее дальше…
— Читаю-читаю, — проворчала она. — Такие печати ставили только на избранниц. Обычно это происходило во время брачного ритуала, и тогда клеймо замыкалось сразу. Но если между драконом и избранницей не было близости, печать медленно смыкалась сама. Ой, Кирочка! — воскликнула Мина и даже подпрыгнула от переизбытка эмоций. — Если не избавишься от печати, то навсегда будешь принадлежать инквизитору. Но зачем ему ты?..
— А это я у тебя узнать хотела, — я нервно всплеснула руками и начала мерить шагами комнату. — Не так давно Рэджин обвинил меня в привороте. Но ведь я его не привораживала! Да и зачем? Будто мне проблем не хватает. Проклинала — было дело, а вот, чтобы чувства навязывать — нет. Вот я и подумала, может предки вмешались? Не знаешь?
Я с надеждой посмотрела на тыквочку, но удивленное выражение на сморщенной мордашке говорило само за себя.
— К сожалению, нет. Я, конечно, постараюсь с ними связаться, но ещё не факт, что они снизойдут до ответа.
Да уж, в этом все предки. Никогда не знаешь, помогут они или пошлют новое испытание…
— Но вот, что не сходится, — продолжила я после недолгих размышлений. — Он ведь поставил это клеймо практически сразу, а в привороте обвинил не так уж давно…
— Не забивай сейчас себе этим голову, — посоветовала Мина. — В первую очередь надо найти способ избавиться от треклятой печати, а уже потом будешь гадать, зачем он тебя ей наградил. — И она снова вчиталась в рукопись. — Ага! Вот, нашла. Избавиться от Печати Вечного Обладания можно только перекрыв ее печатью Отрицания. Здесь подробно описывается, как выстроить нужную нам магическую фигуру. Но для обряда нужны некоторые редкие ингредиенты, такие, как порошок из корня светолистника и высушенный стебель ириндиса.
— Так это не проблема, — улыбнулась я. — В нашей лавке светолистник точно есть, да и стебель ириндиса должен быть.
— Хоть это-то радует, — хмыкнула Мина. — Теперь проблема с советником. Как выйти из особняка, не привлекая его внимания?
— Что-нибудь придумаем…
Я осеклась, услышав громкий стук в дверь и только сейчас спохватилась. Что так и не зашнуровала рубашку.
***
Наспех приведя себя в порядок, я открыла дверь и удивилась, обнаружив на пороге уже знакомую служанку.
— Господин Кир, — улыбнулась девушка. — Его Светлость ожидает вас в своей спальне…
— Да, конечно, уже иду, — кивнула я, теряясь в догадках, что от меня понадобилось Сиери и почему он не вызвал меня, к примеру, в кабинет. Может, нужно выполнить какое-то срочное поручение? — Сейчас, только плащ накину.
Прихватив плащ, я вышла в коридор и направилась в кабинет советника. Мина же осталась в комнате, сославшись на то, что хочет более тщательно изучить печать Отрицания. Я не стала спорить, прекрасно понимая, что времени остается всё меньше и меньше, и любая ошибка может стать непоправимой.
Я поднялась на второй этаж, но не успела постучать в дверь, как та неожиданно распахнулась.
— Заходи, — донесся до меня приглушенный голос Сиери. — Не стой столбом.
Я перешагнула порог и оказалась в просторной комнате. Здесь, в отличие от обстановки всего дома, было достаточно уютно. В центре стояла огромная кровать, на которой с лёгкостью могло поместиться не менее четырех человек, комод, шкаф, кресла, зеркало в полный рост, стеклянный столик на тонкой ножке, высокий торшер и позолоченная люстра. Вся мебель была искусно инкрустирована затейливыми узорами и изготовлена из редкой породы чёрного дерева. Был здесь и камин, но, видимо, его давно не использовали, поскольку мой взгляд зацепила чуть ли не блестевшая тщательно вычищенная топка.
В комнате царил полумрак благодаря задернутым тёмно-синим шторам из чистого бархата, сквозь которые почти не проникал свет. И в этой полутьме я едва разглядела советника. Он сидел на полу, привалившись спиной к стене, и держал в руке бутылку дорогого вина. Рядом валялась еще одна, но уже пустая.
Еще ни разу я не видела Сиери в таком состоянии. Чёрная рубашка была расшнурована, открывая обнажённый торс, а длинные светлые
