Как прошёл наш фильм? По-моему, хорошо. Из зала никто не уходил, реакция и аплодисменты были настоящими и, думаю, вполне искренними. А когда по окончании фильма я вышел вместе со зрителями на солнце, на меня обрушилась такая усталость и при этом такое радостное ощущение, что никакие благодарности, похвалы или же едкие замечания не могли ни усилить, ни разрушить моё собственное ощущение тихого праздника. Потом фестиваль накрыл меня, закружил. Тосты, разговоры, громкая музыка…
На фестивале принято устраивать вечеринки по случаю показа фильма, мне предложили исполнить несколько наших песен с «Бигуди», а наша вечеринка была намечена на самой главной VIP-террасе. Я пригласил на неё моего приятеля из Ялты, Яшу Головко, который просто удивительно поёт песни Синатры и Армстронга, причём так, что люди думают, будто звучит фонограмма, а потом не верят, что человек может так петь, стараются подойти поближе и убедиться. Над морем звучали дивные песни, было радостно, но публика по большей части пришла не к нам, а просто. Пришло много усталых нерадостных людей, которые на вечеринках проводят жизнь, и когда меня попросили выступить, мне не удалось привлечь их внимание, а для спин я выступать не захотел. Два десятка тех, кто хотел слушать, потерялись в толпе безразличных. Короче, исполнил я две вещи, поблагодарил гламур за внимание и ушёл. Журналистов и тех, кого я хотел бы видеть, на вечеринку не пустили, так что было ощущение какой-то нелепицы.
Дело в том, что заведение, где это происходило, работает по каким-то только им ведомым правилам. Те, кто продаёт в России «Мартини», почему-то полагают, что они лучше других знают, как устраивать вечеринки. Поэтому они врубили невнятную диджейскую музыку, безликую и такую, где песни одну от другой невозможно отличить, общаться от этого стало невыносимо трудно. Было обидно, потому что с поздних мероприятий фестиваля пришли приятели, коллеги и люди, которых я давно не видел. Многие посмотрели нашу «Сатисфакцию», но нормально поговорить не представлялось возможным. Мы же просили, буквально умоляли позволить Яше попеть ещё великие песни из великих кинофильмов, объясняя, что здесь кинофестиваль, а не рейв, но идиоты от гламура остались холодны, как лёд их химических коктейлей. Я и так-то «Мартини» не люблю, а теперь вообще его пить не стану. Дрянь, химия и надувательство.
Но ощущение праздника никуда не делось. А после вечеринки собралась уже пьяненькая компания людей, которые редко друг друга видят, но очень тепло друг к другу относятся. Я танцевал с Ксенией Раппопорт, танцевали мы смело и, как нам казалось, очень красиво. Уже на рассвете брёл один к гостинице и улыбался. А утром… пресс-конференция, интервью, рукопожатия и прощания, бокал холодного вина, кусок сыра, море, к которому даже не удалось прикоснуться, дикая пробка в сторону аэропорта, почти опоздание на самолёт, короткий сон в кресле у иллюминатора, прохладная дождливая Москва, машина, ливень, с которым едва справлялись автомобильные дворники…
Сегодня проснулся – а за окном город Владимир. Был ли фестиваль, было ли море, был ли праздник? Уже непонятно. Но кино у нас получилось, это точно.
14 июня
В Ярославле я играл в театре, которым руководит прекрасный актёр-режиссёр Сергей Пускепалис, он играл в фильме «Простые вещи», а в Берлине за фильм «Как я провёл этим летом» получил «Медведя». Он редкого свойства и содержания артист и, как выяснилось, прекрасный человек. Мы ровесники, он тоже служил на флоте, правда Северном. Было приятно работать в его театре. Атмосфера такая, как надо, труппа большая и хорошая. Много молодых актёров, и чувствуется, что им интересно работать с режиссёром, есть ощущение сплочённого коллектива и осмысленного дела. После спектакля Сергей, большая часть его труппы и я посмотрели нашу «Сатисфакцию». Я получил большое удовольствие от просмотра фильма с коллегами, и уж тем более было радостно получить настоящую, искреннюю оценку от прекрасного актёра, коллеги и теперь уже товарища.
Заканчивается сезон, осталось сыграть пять спектаклей и два концерта. А лето всё ускользает от меня. В Сочи, когда прилетел, был дождь, а когда погода чуть установилась, я уже улетал. В Вологде, Ярославле и Владимире преследовали ливни. Москва, в которой стояла жара, тоже встретила ливнем и грозой. Правда, Рязань шарахнула такой жарой, что когда во время спектакля я снял скафандр, мокрыми были даже брюки. Жарко было так, что я во время спектакля боролся с непреодолимым малодушным желанием убежать со сцены, облиться холодной водой, а главное – вытереться сухим полотенцем. Но зато везде аншлаги, везде ждут, везде много людей, которые сильно младше меня.
За месяц продаж книжки «А…..а» ушло больше сорока тысяч экземпляров, и половина тиража в сто двадцать тысяч отгружена. У моих прежних книжек не было такого стремительного старта, но откликов я на неё пока почти не получаю, а рецензий в прессе не было и, видимо, не будет. Не стесняйтесь, мне очень интересно услышать ваши впечатления.
Очень хотелось бы, чтобы повезло с погодой восемнадцатого, когда будем играть концерт в саду «Эрмитаж». В прошлом году погода была переменчивая и несколько раз начинался дождь. Надеюсь, московское небо прольёт накопившееся до нашего концерта (улыбка). Хочется завершить сезон мощно и радостно. (Правда, после концерта мы полетим в Сибирь, в Яровое, но концерт там будет уже приятным постскриптумом, этакой сибирской прогулкой.)
Наша «Сатисфакция» на «Кинотавре» ничего не получила, кроме приятных и добрых слов от коллег, дистрибьюторов и зрителей, которым удалось на фильм попасть. Поздравляю победителей. Правда, про их кино я ничего не могу сказать, потому что не видел, так что по поводу мнения жюри у меня нет никакого мнения. Да здравствует кино (улыбка)!
16 июня
Вчера проснулся и понял, что отчаянно сильно хочу на рыбалку. Я четырнадцать лет не только не был на рыбалке, но и не испытывал такого сильного желания порыбачить. Рыбалка осталась в прошлой жизни, со знакомыми с детства озёрами, прудами, изгибами реки, мелями и стремнинами. В Калининграде я на рыбалке так и не побывал. Незнакомые места, другая рыба, другое всё. За четырнадцать лет рыбалка изменилась до неузнаваемости. Зашёл в рыболовный магазин и понял, что не знаю предназначения большинства предметов. Какие красивые всякие штуки! Но их вид отбил желание, потому что я понял, что хочу не столько рыбалки, сколько чего-то прежнего, спокойного и жизнерадостного. А главное – знакомых мест.
И пойманную рыбу уже радостно домой не понесу, скорее отпущу. Хотя для этого нужно её сначала поймать (улыбка).
Отклики на мою новую книгу читал с удовольствием. А потом понял, что большинство из тех, кто написал, откликнулись на детские ощущения и картинки. То есть кто-то может счесть её книгой про детство, хотя детские картинки и мифы в книге занимают совсем незначительную часть.
Я не раз встречался с мнением коллег о том, что я не писатель, а эссеист и, если бы постарался и спрятал подальше писательскую гордыню, мог бы стать неплохим детским писателем. Как же они ошибаются! И как бы я хотел быть хорошим детским писателем. Но точная передача детских ощущений детям совершенно не интересна. Просто категорически! Вообще детская литература, настоящая, даётся совсем немногим, поэтому хороших детских писателей мало, а любимые детские книги проживают в семьях многие поколения. Равно как и художники-иллюстраторы детских книжек – особенные и редкие люди. Так что вряд ли мне удастся когда-нибудь написать для детей. Я им лучше почитаю что-то любимое мной с детства.
Этот сезон – десятый полноценный – был для меня, наверное, самым трудным. Не из-за количества сделанных дел, не из-за гастролей или каких-то неожиданных технических проблем. Он был трудным по причине остро ощущаемого мной настроения, которое царит сейчас в нашей стране. Я пока не могу его сформулировать, но постараюсь.
Вот закончу сезон, буду подводить итоги и постараюсь. Чувствую необходимость это сделать, потому что никогда не страдал желанием вернуться в безвозвратное прошлое – а тут вдруг захотелось на рыбалку, захотелось чего-то прежнего, – просто как спасения.
Москву всё заливает дождями. Может, уеду, вернусь домой, закончу сезон – тут и прояснится (улыбка).
24 июня
Вчера поел домашней окрошки… Холодненькой, из холодильника. И хоть жары за окном нет, окрошка для меня – это вкус лета. А ещё вчера, от начала и до конца, под окрошку, посмотрел футбол. Хоть я и не болельщик, чемпионаты мира смотрю по возможности целиком. Это же такой праздник!
А после концерта в саду «Эрмитаж» улетели мы в Новосибирск, где было +35 °C, и по изнурительной дороге отправились в маленький городок Яровое, почти на границе с Казахстаном, родной город Гены Бачинского. Приехали мы в Яровое – а там +40 °C.
