же выкрикнул мальчик, а я закатила глаза, и ощутила самый настоящий страх.
— Малыш, я прошу тебя, послушай меня и сделай так, как велит… мама. Хорошо? — я удерживала поводья и шептала это мальчику на ухо.
Тело била настоящая дрожь, а от того как животное неслось сквозь лес, все мышцы ныли от потуг удержаться в седле. Послышались ещё два выстрела, от которых задрожал уже ребенок, заставив сжаться моё сердце.
Сцепив зубы только крепче и собираясь сделать то, что Всеслав мне запретил, я со всей дури пришпорила кобылу так, что пришлось ухватиться за неё всем телом, прижав Ярослава буквально к седлу. Ненормальное животное заржало и понеслось вперёд с такой скоростью, что сносило на своем пути все ветки, потому я прижалась к загривку кобылы чуть ли не лицом.
— Акая знает дорогу. Но она…она наверное заболела, иначе бы никогда не сделала так. Она хорошая. Я уже потерял её брата. Не хочу терять Акаю.
— Не потеряешь! — я прижала мальчика теснее, а другой рукой стала доставать пистолет, присматриваясь к поляне к которой мы приближались, — Ярослав, когда я скажу ты должен остановить лошадь, и тут же развернуть её в сторону дворца. У тебя есть связь с Арысь?
— Да… Но мне страшно, как я… — Ярик почти плакал, но я сжала его и зашептала:
— Я вернусь. Но ты должен сделать всё как я велю, малыш!
— Хорошо, — он кивнул и схватился за вожжи, которые я вложила в его ручки.
— Арысь! — прорычала, потому что злилась, а сердце от страха стучало во всём теле, разгоняя холодный озноб по нему волнами.
"Дикость несусветная! Когда надо эта берегиня как президент! Не дозвониться!" — шикнула в мыслях, и опять увернулась от выстрела, ощутив, как плечо опалило таким огнем, слово его ножом полоснули.
"Твою ж… Теперь что? Опять валяться с отравлением?" — мы уже приближались к поляне, когда голос этой берегини, с позволения сказать, таки объявился в наушнике.
— Ваши координаты переданы в штаб дружины дворцовой стражи, княжна! Продержитесь! Вертолеты уже подняты в воздух.
— Да плевала я на вертолеты ваши, Арысь! Ребенка… Княжича заберите. Он поскачет к твердыне сам! Я отвлеку преследователей!
— Поняла, княжна! Берегите себя! — прозвучал резкий ответ Арысь, в котором я уловила почти человеческую тревогу.
— Ярослав! — посмотрела на мальчика, когда кобыла перепрыгнув огромный сук буквально влетела на поляну.
Малыш тут же потянул за вожжи, и лошадь встала на дыбы, скинув меня на землю. Я успела только почувствовать, как спину пронзила дикая, просто адская боль, а сделать вдох никак не получалось. Однако звук ещё нескольких выстрелов, и того, как пули просвистели рядом с ребенком, который удержался в седле просто чудом, подняли на ноги тут же, даже сквозь боль.
— С… Скачи… Скачи, Ярослав!! — хрипло крикнула, поднимаясь на одно колено и разворачиваясь в сторону нападавших, чтобы прикрыть ребенка встречным огнем.
Как только прицелилась и произвела два выстрела, откидывая боль на задний план, послышался топот за спиной, и сразу стало легче дышать. Ярослав ускакал, а значит остальное не так важно. Главное, что мальчик останется жив. Хотя и мне жить захотелось тут же, лишь посмотрев на тех, кто скакал галопом прямо на меня.
В голове стучало, а в глазах всё плыло, но я выстрелила ещё несколько раз, прежде чем, услышала как оба преследователя упали с лошадей. Однако расслабляться было рано, потому что справа послышались характерные звуки бегущих по пересохшей листве людей.
"Значит, это ловушка! И скорее всего заранее подготовленная, как засада. Лошадь чем-то накачали ещё в составе, а те двое ублюдков вероятно очень не любят своего Государя…" — я пыталась выровнять дыхание, и прислушаться к каждому шороху.
"Двоих с лошадей я скинула, а значит все остальные на ногах. Это проще…" — я прижалась к стволу дерева спиной и сменила магазин, не поднимаясь с колена.
Сперва раздался звук быстрого бега, и как только в меня полетела пуля, я развернулась и выстрелила в сторону откуда прозвучал выстрел. Стреляла фактически наугад, понимая что долго не продержусь, потому что я как на ладони, а тварей не вижу совсем.
Это и произошло, когда сбоку меня схватили за шиворот, но я перекинула нападавшего через себя и прострелила его руку, державшую оружие. Тварь взвыла и стала брыкаться, а я содрала маску со скулящей пасти.
"Монголы…" — успела только прошептать в мыслях прежде чем на поляну выбежали несколько десятков мужчин, и стали обступать меня, присматриваясь.
"Ещё секунда… И меня застрелят…" — пронеслось снова в голове, а я быстро поднялась на ноги и возвела оружие вверх.
"Придется стрелять на поражение… Выхода нет! Либо я, либо они…" — прищурилась, и поняла, что попала в окружение.
Братки в черном тряпье, шептались на непонятной помеси звуков, смеясь и улюлюкая в мою сторону, как тупое зверьё.
Я выстрелила одному из дебилов под ноги и строго отчеканила:
— Ещё метр и я пристрелю тебя, тварь! — перезарядила пистолет, оттянув курок и прицелилась, однако как только хотела стрелять, мужик в маске, откинул резко голову назад, а потом упал как туша к моим ногам.
Сразу после этого вокруг засвистели непрерывным потоком пули. В этом аду, всё что могла — стоять и не двигаться, понимая что работает снайпер. Однако один из дебилов бросился в мою сторону, и мне пришлось откинуть его в сторону, врезав ногой прямо по роже. Не смотря на огонь с воздуха, нападавших становилось только больше. Они словно сами нарывались на пули уже всадников, голос которых раздавался за моей спиной всё отчётливее.
Резко и на автомате повернувшись, словно в замедленном воспроизведении с ужасом наблюдала за тем, как Всеслав влетает на поляну на лошади, и точным взмахом меча, сносит голову одному из мужиков в черном, который целится в мою спину.
Спустя секунду я понимаю, что почти все нападавшие падают замертво, а расстреливает их, как я и думала, снайпер с вертолета над нашей головой.
Однако я вижу только скачущую в мою сторону черную лошадь и её всадника. Всеслав отбрасывает со своего пути любого, одним только взмахом меча. Сердце стучит уже не просто в горле, кажется мой пульс, превратился в набат, когда мужчина наклонился вправо, а я и понять не успела в чем дело, такой туман встал перед глазами.
Чувствую только болезненную и стальную хватку руки, а потом резкий рывок вверх, который тоже приносит мало приятных ощущений.
— Цела? — у лица звучит резкий и гортанный голос, и только тогда я понимаю, что сижу в седле боком, в руках Всеслава,
