стеклом слезы, — Я уверена, что в этом прекрасном мире есть человек, который более достоин назвать себя вашей мамой, чем я. Не нужно расстраиваться, Ваше Высочество. Ведь пока я тут и не нашла путь домой, никуда всё равно от вас не денусь. Но вы должны прекратить называть меня матушкой. Иначе ваш отец будет и дальше злиться.
— А если я не хочу… — послышался детский шепот.
— Ещё придёт время, когда вы поймёте, что "хочу" это не так просто, когда есть слово "надо".
Ярик затих, смотря через окно, и я было действительно решила, что мальчик правильно меня понял. Но оказалось, совершенно недооценила характер мужчин этого княжества. Даже маленьких. Потому что только выйдя из состава, я и капюшон накинуть не успела, как малыш схватился за мою руку.
Мало того, что я раскрыла рот от габаритов железнодорожного вокзала, который помнила совершено не таким… внушительно величественным. Так ещё остолбенела от подвижной голограммы метров сорок в высоту, которая копировала мужлана до мельчайших черт. На меня словно двадцать Всеславов смотрело, когда я окинула взглядом голограмму опять.
— Всем внимание! Князь на перроне! — от нового вопля, я закатила глаза, но в этот раз пошла уже держа на руках Ярослава вслед за охраной, которая обступила меня со всех сторон и повела в обход широченного перрона, на котором не было, где яблоку упасть, столько народу собралось встречать своего правителя.
— Почему не поехать сразу к той махине, которая больше на форт похожа, чем на дворец? — прошептала и скривилась, однако понимание пришло тут же, когда из толпы стали выкрикивать и другие возгласы.
— Князь ханский прихвостень! Казнить князя продавшего родину!!
— Что? — я обернулась, машинально прижав Ярика к себе и закрывая тем самым уши мальчика.
"Как казнить? Разве это возможно?" — видимо мой вопрос читался прямо на лице, когда я посмотрела на Воеводу, а он заорал таким басом, что мне поплохело.
— Сомкнуть ряды!!! На коня!!!
Крики бесноватых продолжались и дальше, и что странно их никто не трогал и пальцем. Ни люди, которые пришли встретить мужлана, ни челядь. Они просто игнорировали кучку разукрашенных в чёрное мужчин, больше похожих на идиотов, которые облили себя смолой.
Я встала у знакомой лошади, и ахнула, когда только посадила Ярика на неё, потому что Всеслав буквально закинул меня силком в седло и ударил рукой по туловищу животного так, что Ярик еле удержал кобылу, после гортанного рыка отца:
— Пошла!!!
Мы сорвались вслед за группой охраны, а уже потом нас перегнал сам Всеслав и Радолир.
"Что-то тут не так?" — мелькнула мысль, когда я заметила, как вся челядь спешно уходила в подземный переход по живому коридору, который им обеспечивала целая гвардия я бы сказала. Такое количество военных, я видела только во время парада Независимости на Крещатике.
Сев удобнее, решила, что не моё это дело что происходит в чужом государстве. Моя задача увидеть тот самый труп, найденный в твердыне, и отыскать ниточки ведущие к семье пропавших мольфаров. Однако странности продолжались, и вскоре нас с Яриком оттеснили в центр, сомкнув вокруг плотное кольцо из всадников.
Натянув капюшон ещё ниже, схватилась за рожок только крепче, пытаясь рассмотреть то, что выглядело как Банковая улица, но ею не являлось. Вокруг вообще всё было совершенно иначе, кроме центральной площади Независимости и самого Крещатика. Их расположение не изменилось, но вот здания. Высотные небоскребы прямо давили сверху своей массивностью, а сама площадь напоминала сплошной фонтан с бегающими по нему голограммами. Однако за ней, на знаменитых холмах стояли деревянные идолы. Их статуи вбитые в землю над Днепром смотрели на запад, образуя кольцо в котором находился огромный каменный и круглый стол.
"Киев — мать городов русских… Так это центр Империи, что ли?" — я опешила, однако лошадь словно пыталась догнать свою вороную мать. Потому мы скакали таким быстрым галопом, что стало даже страшно. Ярик держал поводья уверенно, но и я-то видела, что для ребенка такая бешеная скачка по центральной улице города, а потом и по перекрытым мостам, это слишком. Однако малыш хмуро смотрел перед собой и только сосредоточеннее вёл лошадь вперёд.
Когда мы миновали въезд в густой лес за огромным ограждением, я решила, что вот тут баста, и сейчас я начну ощущать свой пах, как родной, а не как отбитые части тела. Однако и здесь мы гнали с такой же бешенной скоростью. Я нахмурилась, припомнив что к самой твердыне вёл каменный широкий мост, который я и видела из окна состава. Значит, это только половина пути до дворца, а я уже не чувствую ног.
Повернув голову вправо, уловила движение одного из всадников. Он начал вести лошадь намного ближе к нам. Уловив движение слева, поняла что ещё один всадник проделал тоже самое.
"Смикают кольцо?" — я не могла понять, что происходит.
Мне казалось будто само чутье подсказывает, что грядёт что-то серьезное. И была права, потому что следом послышался выстрел прямо за спиной. Хорошо зная этот звук, схватила ребенка прикрыв собой, и наклонив к самому седлу. Видимо это и было моей ошибкой, потому что в следующий момент, один из всадников оскалился как тварь и потянул наши вожжи на себя, чем вызвал у лошади явный диссонанс. Она встала почти на дыбы разворачиваясь. Тело повело в сторону, и я почти выпала из седла, но схватилась за сбрую, прижав ноги со всей силы к телу животного.
Лошадь заржала громче и поскакала в чащи леса с удвоенной скоростью, когда выстрелы возобновились с ещё большей периодичностью, а за тем прозвучали и мужские басовитые голоса.
Я попыталась остановить кобылу, но она словно обезумела и перестала слушать даже ребенка, который хоть как-то умел с ней обращаться.
Быстро повернув голову за спину, поняла что за нами скачут те самые всадники, но догнать не могут, потому что лошадь действительно будто рехнулась. Животное даже дороги не разбирало, пока скакало сквозь густой лес.
Резко наклонившись, чтобы увернуться с пути огромной ветки, выругалась:
— Так вот к чему такая спешка! Не знал на кого нападут? Так тут защищают наследников, блин? Ловля на живца? Ну, погоди! Попадешься ты мне на глаза, папаша! — я схватилась за вожжи, забрав их из рук перепуганного мальчика, и уже громче сказала, склонившись к его уху:
— Ярослав! Слушай меня внимательно и отвечай быстро! — я запнулась когда над моей головой просвистела пуля, и угодила в ствол дерева рядом с нами, — Ты знаешь дорогу до твердыни? Сам доскакать сможешь?
— Я не брошу матушку! — тут
