— Удачи вам, месье! — ответил француз и тут же скрылся во тьме.
— Надо спешить, — сказал Корсар, оборачиваясь к своим спутникам. — На рассвете наши отряды войдут в город.
— Как им удалось высадиться так незаметно? — с удивлением спросил Кармо.
— Вероятно, они захватили врасплох и перебили береговую охрану, — ответил Корсар. — Яра, еще далеко?
— Нет, сеньор мой, следуй за мной.
Отряд отправился дальше, углубившись в узкую улочку, которая змеилась среди высоких стен, окружавших сады. Сквозь листья пальм неясно виднелись стоявшие среди них виллы и особняки.
Пройдя еще шагов пятьдесят, девушка резко остановилась перед железной калиткой.
— Вот, сеньор, — сказала она. — Человек, которого мы ищем, должен быть там.
Бесшумно ступая, словно подкрадывающийся тигр, Корсар приблизился вплотную к калитке. За ней простирался обширный сад, с прекрасными пальмами и беседками, а в дальнем его конце виднелся большой особняк, увенчанный квадратной башней. Два окна нижнего этажа дома были ярко освещены. Сквозь опущенные жалюзи пробивался свет, освещая клумбы перед фасадом.
— Итак, я настиг его, — мрачным голосом проговорил Корсар. — На этой раз он от меня не уйдет! Моко, Ван Штиллер, помогите мне.
Самый высокий и ловкий из всех, Моко взобрался на забор и протянул руку Корсару. Без видимых усилий он поднял его и опустил с другой стороны. Остальные повторили этот маневр.
Когда все они оказались по другую сторону под густой тенью пальм, Корсар обнажил шпагу и сказал своим людям:
— Вперед, но только тихо!
Перед ними простиралась широкая аллея, окаймленная двумя рядами пальм и цветущими кустами, издававшими сильный аромат. Прислушавшись несколько мгновений и убедившись, что в саду царит глубокая тишина, прерываемая лишь монотонным стрекотом сверчков, Корсар решительно двинулся по аллее, не сводя пристального взгляда с освещенных окон дома. Он сбросил свой широкий плащ и перекинул его через левую руку, а в правой держал шпагу.
Кармо и два других флибустьера раскрыли свои испанские ножи «навайи» и держали наготове пистолеты за поясом. Шагали осторожно, стараясь, чтобы не скрипнул щебень под ногой, не зашуршали сухие листья, которые устилали аллею.
Дойдя до конца дорожки, Корсар остановился на минуту, взглянул налево и направо.
— Никого не видите? — спросил он у своих людей.
— Никого, — ответили они.
— Моко, тебе я поручаю Яру.
— Что я должен делать, хозяин?
— Когда я войду, подними ее к окну.
— А мы, капитан? — спросил Кармо.
— А вы, как только я войду, встаньте у двери, чтобы никто нам не помешал.
Корсар пересек небольшую площадку перед домом и приблизился к одному из освещенных окон. Нервный порывистый жест его подтвердил флибустьерам, что человек, которого они столько времени искали, находится там, внутри.
— Ты видел его, сеньор? — спросила Яра глухим голосом.
— Да, смотри! — прошептал Корсар, уступая ей место у окна.
В прекрасной, богато обставленной комнате с венецианскими зеркалами, за накрытым столом, освещенным тяжелым серебряным канделябром с дюжиной свечей, горящих ярким пламенем, сидели мужчина и женщина.
Мужчине, удобно устроившемуся в кресле, было лет пятьдесят, он был высок и крепко сложен, с длинной, почти седой бородой, с черными глазами, полными огня, с решительными и немного жесткими чертами лица. Несмотря на возраст, чувствовалось, что он еще здоров и крепок и ничего не потерял от своей молодой силы. Время избороздило морщинами его лоб, выбелило волосы и бороду, но не согнуло его крепкую спину. Одет он был в богатый кастильский костюм, но широкий вышитый пояс выдавал в нем фламандца.
Рядом с ним сидела прекрасная женщина лет тридцати, смуглая, с роскошными черными волосами и миндалевидным разрезом глаз — судя по всему, уроженка Андалузии или Севильи.
Они спокойно беседовали, потягивая вино из хрустальных бокалов.
— Ты знаешь эту женщину, Яра? — спросил Корсар взволнованно.
— Да, это маркиза де Бермейо.
— А его узнаешь?
— Да, это тот самый человек, который уничтожил мое племя.
— И убил моих братьев.
— Ты отомстишь за себя и за меня, — сказала девушка.
— Да, и немедля, — ответил он. Сделав шаг к окну, он резко распахнул створки и вскочил на подоконник, спрыгнув с него в комнату.
— А вот и я, герцог! — произнес он звенящим голосом. Его шпага сверкнула над столом между стариком и маркизой, зловеще вспыхнув в ярком свете свечей.
Увидя появившегося Корсара, герцог издал легкий крик, возглас удивления и страха, и тут же быстрым движением бросился к стулу на котором лежала его шпага.
— Вы! — воскликнул он, побледнев, как полотно.
— Узнаете меня, герцог? — спросил Корсар с перекошенным от гнева лицом.
Старик не ответил: он смотрел на своего противника расширившимися глазами, как будто увидел перед собой ужасный призрак. Маркиза де Бермейо тоже встала, пораженная этим внезапным вторжением.
— Что это значит, сеньор? — спросила она презрительным тоном. — Кто вы такой и почему врываетесь ко мне со шпагой в руке? Вы думаете, у меня не хватит слуг, чтобы выбросить вас в окно?..
— Сеньор ди Вентимилья и ди Рокканера привык выходить в дверь, а не в окно,
— гордо ответил Корсар, — даже если ему придется пройти через трупы ста человек.
— Сеньор ди Вентимилья!.. Черный Корсар!.. — пролепетала маркиза, содрогаясь.
— Кармо, друзья, ко мне! — крикнул флибустьер. Трое матросов и Яра ринулись в комнату. Кармо и Ван Штиллер тут же встали к дверям, чтобы помешать герцогу бежать, а слугам войти на его зов.
Молодая индианка приблизилась к фламандцу и горящим взором посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты узнаешь меня, герцог?.. — сказала она. Сдавленный крик вырвался из горла Ван Гульда.
— Яра!.. — прошептал он.
— Да, та самая Яра, которая поклялась отомстить тебе за свое погибшее племя. Погибшее по твоей вине.
— Ты сама собираешься это сделать? — спросил старик, к которому понемногу возвращалась его храбрость и уверенность в себе.
— Нет, это сделаю я, — ответил Корсар, поднимая шпагу. — Приготовьтесь к смерти, герцог, ибо пощады не будет. Души моих братьев явились этой ночью сюда, чтобы сопровождать вас в царство теней. Я убью вас.
— Вы хотите заколоть меня?
— Я слишком порядочный человек, чтобы убить, не дав возможности защищаться. Кармо, уведи сеньору.
— Сеньор, — сказала маркиза с гордостью. — Мои предки в сражениях провели свою жизнь. И я не падаю в обморок при виде крови.
— Ну что ж, маркиза, — ответил сеньор ди Вентимилья, поклонившись. — Прошу вас отойти в угол, чтобы я мог действовать свободно.
