— Она не сказала тебе… — казалось, что Клодия ничего не услышала из сказанного только что Квинтом.
— О чем Юлия должна была сказать мне? — Квинт приподнялся на локте. Он внимательно посмотрел на Клодию и понял, что она действительно чем-то потрясена. Ее одежда была сильно измята и в некоторых местах порвана, волосы растрепались, грим размазан по лицу безобразными разводами. — Может быть, ты знаешь, почему она решила вдруг поехать к Сексту, хотя утром умоляла меня расторгнуть этот брачный договор?
— Она поехала просить его, чтобы он отказался, — Клодия повернулась боком, ее движение было очень неуклюжим, казалось, она вот-вот упадет.
— Секст не отказался бы от этого брака, даже если бы… — Квинт чуть было не сказал «она была его дочерью», но промолчал, эти слова отозвались болью в его измученном сердце.
— Ты должен помешать! — Клодия бросилась на колени перед мужем.
— Я не могу, — ответил тот. — Этого не будет! — эти слова он сегодня повторял и Юлии, повторял как заклинание.
— Она ЕГО дочь! — простонала Клодия. — ЕГО дочь, не твоя!
До Квинта не сразу дошел смысл ее слов, а когда он понял…
Когда Юлия очнулась, то первым ее впечатлением был сильнейший испуг. Последнее, что она помнила — это то, как молила богов послать ей немедленную смерть, чтобы избежать кошмара кровосмесительного брака, и внезапно на нее обрушился сильный удар. Девушка чувствовала легкое покачивание, а также слышала плеск воды.
— Неужели Харон перевозит меня через Стикс? — прошептала она чуть слышно. Попыталась пошевелиться, но тут же поняла, что крепко связана. Вокруг была сплошная чернота, ни единого лучика света. Девушка прислушалась. Кроме плеска воды, она услышала также странный шорох и чуть слышный писк. Крысы! Как только Юлия это поняла, как тут же, откуда-то сверху, на нее упало вышеозначенное животное и в несколько мелких прыжков оказалось возле лица. Юлия от ужаса на секунду потеряла дар речи, а затем начала так дико орать и биться из стороны в сторону, что, как ей показалось, расшвыряла какие-то ящики вокруг себя. Она не чувствовала боли от ударов и продолжала кричать. Неожиданно наверху послышалась ругань. Раздался скрип, и девушка вдруг увидела над собой квадрат звездного неба, половину которого тут же закрыла чья-то голова.
— Проклятье! Придется ее оттуда вытащить, пока крысы не сожрали ей лицо! — и человек начал спускаться по лестнице.
Спустя несколько секунд, он положил Юлию к себе на плечо и начал медленно взбираться вместе со своей ношей наверх.
Юлия увидела, что она находится на палубе быстроходной, легкой галеры, которая может ходить как на веслах, так и под парусами. Такая конструкция кораблей пришла к римлянам от далеких северных народов, земли которых лежат почти на самом краю земли, за которым начинается безбрежное, холодное море.
— Кто вы? Что вам нужно? Если вы не причините мне вреда — мой отец будет милостив к вам, он заплатит большой выкуп и не станет вас преследовать! — Юлия заговорила быстро-быстро, хотя глаза ее были расширены и полны ужаса, а голова буквально разламывалась от боли. От страха по спине девушки сбегали струйки холодного пота.
— Заткнись, иначе придется использовать кляп, — пират повернул голову набок, чтобы повнимательнее разглядеть лицо Юлии. — Хороший товар! — крикнул он кому-то.
Как бы нам не попасть на другие галеры в качестве гребцов с этим товаром, — мрачно ответил тот. — Дай ей опиума, чтобы она не поднимала шум. Пусть лучше спит, пока мы не придем в Александрию.
Александрия! Египетский порт, крупнейший невольничий рынок! О, боги! Юлия даже не сопротивлялась, когда ей в рот начали вливать противное, горькое зелье, напротив, она жадно глотала его, в надежде не проснуться.
— Ты смотри, не плюет, — задумчиво сказал пират.
— Я бы на ее месте выбросился за борт, — ответил ему второй. — Мы не сможем выставить ее на верхнем рынке, а те, что купят ее на нижнем — не станут церемониться, для них она будет очередная хорошенькая рабыня, задача которой будет в короткий срок обслуживать как можно больше матросов. Как только она утратит красоту и свежесть — ее продадут на арену, в качестве пищи для львов.
— Почему ее нельзя выставить на верхнем рынке? Мне кажется, что она может уйти за хорошую цену. Посмотри, — пират провел рукой по телу Юлии. — Красивое лицо, крепкая грудь, гибкое, сильное тело, густые, длинные волосы. Она стоит больше, чем наш корабль.
Ты забыл о том, что римляне часто наведываются на этот рынок. Я не хочу рисковать. Лучше уж довольствоваться меньшими деньгами, чем оказаться на галерах Республики, или на кресте. Ты хоть можешь себе представить, что нас ждет, если то, что она сказала, правда! Зачем ты вообще взял ее у этого галла?
— Галла? — Юлия впадала в забытье и слышала голоса, словно в тумане, но последние слова разбойника заставили ее собрать последние силы. Значит ее доставил на этот корабль галл! Сердце девушки наполнилось горечью. Интуиция подсказывала ей, что она знает похитителя… Неужели это он?
— Она уснула?..
Больше Юлия ничего не слышала. Перед ее глазами неожиданно снова возникло предсказание, полученное в ночь, когда начался весь этот кошмар. Старуха, карты, видение, голос: «Ты на распутье. Решается твоя будущая судьба. Причем не только на это существование, но и все последующие. Ошибешься — не видать счастья вовек. Ни в этой жизни, ни в других. Вторая карта. Ближайшее будущее, — ведьма перевернула вторую карту, — Паж Мечей. Очень похож на Короля Мечей, но это обман. Он не тот. Он не твой. Берегись его. И третья карта, — старуха перевернула третью карту. — Король Пентаклей! — в самом конце пути ты встретишь Его. Мужчину, назначенного тебе судьбой. Он обязательно появится, но нельзя ошибиться. Помни — нельзя ошибиться! Тяни карту. Одну. Посмотрим, поможет ли тебе судьба. Пусто! Это значит, что судьба не будет помогать тебе. Все в твоих руках! Помни — нельзя ошибиться, нужно выбрать Того, кто предназначен тебе судьбой. Ради счастья в этой и будущей жизни! Помни! Тот, кто предназначен тебе судьбой!»
Эти слова снова и снова отзывались эхом внутри головы Юлии. Король… Это человек, облеченный властью. Это не мог быть Юргент, паж мечей… очень похож на Короля… Септимус! Это ошибка, это была ошибка…
— Третий! Кто третий?! — кричала она, в надежде получить ответ. Это не Юргент, это не Септимус. — Кто он?!
Поднимайся! Проснись! — кто-то остервенело тряс Юлию за плечи. — Что с этой девкой? Кого она зовет? — жуткая вонь ударила дочери Квинта в нос, это и привело ее в чувство. Она с трудом открыла глаза и тут же зажмурилась — над ней раскинулось огромное, синее небо, солнце светило так ярко, что, казалось, можно ослепнуть, даже не глядя на него. Девушку держал какой-то отвратительный урод, рот которого походил на гнилую пасть гигантской ящерицы. — Сколько раз вам говорено, не поить их опиумом до бесчувствия. Как я должен ее подготовить к продаже?! Хотя товар ничего! Готовьте ее к отправке на верхний рынок!
