Холодок в очередной раз пробежался по спине, а я всё никак не могла переварить информацию. Лучше бы я на самом деле взяла с собой Сашу. Возможно, тому бы не пришлось пялиться в окно на прекрасный вид ночной Москвы, чтобы взять себя в руки. Хотя… Если принять во внимание их напряжённые отношения, они бы уже набили друг другу морды. Или нет? Мать, что-то такое говорила, про показную ненависть для зевак и вполне мирное сосуществование за дверьми приватных комнат. Правда в голове у меня это пока не сочеталось, но чем черт не шутит, могло на самом деле так быть.
Что-то меня вообще неизвестно куда понесло. Будь это моя воля, я бы уже давно всё бросила и сбежала. Но те неприятности, в которые я умудрилась вляпаться, теперь висели на шее тяжким грузом и не давали вздохнуть. А если ко всему, мне уже известному, добавить информацию, которую сообщил Трупников, выходило совсем не радостно. Я бы даже сказала, до отвратительного логично. Это мать просила его не убивать и не калечить меня. Для других же я, лишь мишень и помеха на пути. Девка, которая слишком много знает, и которую надо немедленно устранить. Правильно же… В рамках непогрешимой логики!
— Что такое? — он посмотрел на меня и ухмыльнулся своей фирменной улыбкой отпетого подонка. — Аппетит пропал после таких новостей? Или ты на самом деле думала, что, влезая в разборки мафии, получишь иммунитет из-за матери? Прости уж, но леди Франческа не всесильна, точно так же, как и любой из нас. Потому, если хочешь спасти свою шкуру, тебе придётся работать с нами сообща.
— Ты, черт возьми, издеваешься! — рявкнула я в ответ, сжимая салфетку в похолодевших пальцах. — Что ты несешь? Мать уже всё разложила мне по полочкам, но это не значит, что я так просто и смиренно приму тот факт, что ты сейчас смотришь мне в глаза и пытаешься запугать. Мы все прошли одну и ту же школу жизни, не забывай!
— Ошибаешься, — всё так же отвратительно безэмоционально отозвался собеседник и кинул на меня смеющийся взгляд. — Кровавая охота уже началась, и ты в ней получила роль — жертвы. Сейчас за твою голову назначена такая награда, что будь я нищим и тупым, обязательно попытался бы заполучить такой лакомый кусочек. Вот только я не такой, и сейчас сижу рядом с тобой и обсуждаю проблемы дальнейшего развития событий. Где бы ты ни пряталась, кто бы тебя ни охранял, сотни головорезов, мчащиеся за дармовыми денежками достанут тебя даже в дьявола в преисподней. Потому, можешь не корчить такую недовольную рожу, я не хуже твоего понимаю, что все это значит и чем нам могут грозить дальнейшие пререкания.
— Ты мне угрожаешь? — мои губы дрогнули в глупой улыбке. — Или, наоборот, пытаешься защитить? Что-то от тебя это втройне подозрительнее. Ты же в курсе, что ко мне приставили охрану, и я могу передать этот разговор на стол своему непосредственному начальнику? И тогда твоя задница, на веки вечные, окажется упрятана за решётку.
— Попытка шантажа? — рассмеялся тот, как ни в чём не бывало. — Глупая, но попытка. Ты растёшь в моих глазах. Как видимо, не всё потеряно и твои гениальные мозги, все ещё при тебе. Зря леди Франческа не заперла тебя в секретариате изначально. Было бы всем немножко проще справляться с таким положением дел.
— Что ты хочешь этим добиться? — уставилась я на мужчину, практически не мигая. — Ты же понимаешь, что мне не нужны глупые советы. К тому же, ты не тот человек, которому вообще стоило бы доверять. Прости меня, но ты последний лжец на этой земле, который даже с демонами в аду и то найдёт себе выгоду.
— Я всего лишь высказал предупреждение, — он пожал плечами, подкуривая очередную сигарету. — Разве, между нами, не существует прошлого, которое не определило бы будущее? Пусть оно уже давно покрыто туманом забытья, но ты же видела своё тело? Не могла не знать этого… Ты часть моей жизни, так же как Готьер принадлежит тебе, ты принадлежишь нам. Мы все… Это сложно, но вполне объяснимо.
— Нет, мистер Трупников, — адвокат появился, как чёрт из табакерки, — вы сейчас выставляете себя не в лучшем свете, такие слова, могут негативно сказаться на дальнейшей перспективе судебного разбирательства или допроса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Замолчите! — я влепила по нему заклинанием, заставляя рот безмолвно открываться и закрываться, не производя ни звука.
Я медленно вдохнула, так же медленно выдохнула и перевела уверенный взгляд на своего собеседника. И только сейчас заметила, что на адвоката, который стоял чуть позади нас, Антон смотрел с толикой насмешки. Значит, я была права, и все подчинённые для него людьми не являлись, так марионетки, от которых можно взять все самое лучшее, а затем безжалостно выкинуть на помойку. Хоть в чем-то Трупников остался верен себе и не рушил мои привычные шаблоны, одним своим существованием. Подобное положение вещей немного успокаивало, даже внушало доверие к себе. Я не сошла с ума, мир не перевернулся на сто восемьдесят, просто Антон немного ударился головой и теперь нёс откровенную чушь.
На эту встречу я шла за ответами, а вляпалась в ещё большее болото из одних вопросов. Нет, несомненно, у Антона они были, и он мастерски манипулировал ими, скрывая правду за ложью в красивой обёртке. И это до безумия раздражало и заставляло сжимать кулаки и резко тыкать вилкой в остывающую еду. Желудок в очередной раз напомнил о себе и о том, что его бесполезная хозяйка, понятия не имела, как заботиться об организме. Так что, давая себе передышку, я запихнула нежнейший кусочек в рот и начала активно двигать челюстями, позволяя мозгу активно обрабатывать поступившую информацию.
Трупников что-то знал… Ну, конечно, с его связями и положением в обществе, мерзкому гаду были открыты все двери. Его герцогскую задницу с распростёртыми объятиями приняли бы в любом доме и закрытом обществе. Чёрт! Надо было идти сюда с Александром, а не пытаться строить из себя крутую. Вот теперь я за это поплатилась. Но стали бы они говорить при мне? Или бы сделали вид, что вражда цветёт и пахнет? В какой же жопе я оказалась, всего из-за одного неудачного задания… Боги, магия и всё что только можно, я готова была на коленях молить, чтобы этот дурдом, поскорее закончился.
— Судя, по твоим словам, ты навёл справки не только о том, кто меня заказал, но и о том, кто за это уже взялся, — с силой воткнув вилку в мясо, я даже не пыталась маскировать злость в своём тоном. — Теперь перейдём к тому, что тебе нужно от меня. Ибо в твою благородную душевную отзывчивость, не поверят даже комары. Ты же не делаешь просто так ничего, что не принесло бы выгоды Трупниковым? По старой школьной дружбе? Или как первой любви? Будь это правда, наши пути бы до сих пор не разошлись бы. Так что я жду, какая же истинная причина того, что ты сейчас сидишь тут и куришь уже пятую, за последние полчаса. Мне очень любопытно, знаешь ли.
— Прекрасно, я рад, что мы друг друга понимаем, настолько хорошо, что не требуется постороннее вмешательство, — он прикурил ещё одну, но теперь затяжку делать не стал, просто отложил зажжённую сигарету в пепельницу, словно знак для кого-то. — Мы можем помочь друг другу и сделать это маленькое недоразумение весьма продуктивным сотрудничеством. Потому что, каждый из нас троих, теперь на прицеле. И, видишь ли, мне подыхать не хочется, а тебе?
— Взаимовыгодная помощь, ещё и троим? — я даже пальцем у виска покрутила из-за того, как бредово это звучало. — Ты кинул в меня убийственное проклятие! Ты исчез на чёртовы десять лет и даже носа не показывал. А теперь сидишь тут передо мной и рассуждаешь о помощи? Напомни мне, с какого хрена я должна тебе верить? Я что по твоему мнению совсем ненормальная и с головой не дружу? Если я мент, это не значит, что я с радостью побегу за любой ниточкой, которая обязательно оборвётся!
— Ты научилась ругаться? — он рассмеялся и посмотрел на меня. — Хотя нет, Вергилия Ольхонская, настоящая маркиза и никогда бы не опустилась до такого. Так что я рад, что на меня нашёлся даже хрен. Вот только я сейчас не шутил и говорил вполне серьёзно. Пораскинь мозгами и прекрати строить из себя дуру. Мы нужны друг другу и этого не изменить, даже под страхом смертной казни. Нас загнали в ловушку и теперь каждому придётся защищать семью, во благо выживания всех!
