Невольно свела бёдра вместе, не решаясь предстать перед Асадом во всей красе, пока это не сделает он сам.
– Снимай, – киваю на пах, где уже отчётливо виднелась эрекция. Только вот меня не слушают. Шейх всё с той же улыбкой наклоняется, разводит мои ноги в стороны и делает то, что никогда в жизни мне не делал Макс.
Закатываю глаза от удовольствия и чуть всхлипываю, когда горячий язык касается чувствительной точки между ног. Никогда не думала, что это будет настолько приятно и крышесносно.
Дыхание перехватывает в тот момент, когда чувствую проворный язык в своём лоне. Буквально на несколько секунд я утонула, теряясь в наслаждении. Выгнулась от приятных ощущений, хватая ртом воздух.
Когда шейх поцеловал лоно, закусила губу, сдерживая стон. И ему это не понравилось, потому он, сомкнув губы вокруг горошины, начал играться с ней языком.
От этого меня бросало то в жар, то в холод, заставляя ноги стать ватными, а внизу живота накалиться ещё сильней. И когда, наконец, появилось приближающееся чувство эйфории, готова была закричать и взорваться, но резко шейх всё прервал.
Он отстранился, облизывая свои губы от моих соков и смотря на меня своим пылающим от желания взглядом.
– Не командуй мной, ауза, – улыбнулся словно чертёнок, испытывая мою выдержку. – Меня себе ты не подчинишь.
Эти слова набатом пробили в ушах, и я усмехнулась в ответ. Он, правда, так думает?
Но, несмотря на свои протесты, он всё-таки положил пальцы себе на ширинку, и расстегнул её, приспуская штаны. Схватившись за кромку трусов, потянул вниз. Полностью разделся, откидывая какую-либо одежду в сторону, оставаясь передо мной полностью голым. Так мне нравилось намного больше, и стеснение сразу же ушло на задний план.
Шейх подтянул меня за бёдра к себе, усмехаясь. Только хотела сказать о защите, но не успела, потому что Асад резко вошёл в меня, заставляя глухо застонать и вцепиться пальцами в плед. Почувствовала плавные движения и поняла, что долго не выдержу. Он и так чуть не довёл меня до оргазма своим языком, оставляя тело накалённым после интимных ласк.
Сжимала пальцами ткань, желая быстрее получить разрядку. Но Асад, испытывая меня, двигался нарочито медленно, смотря на меня и улыбаясь. Вот же паршивец, который постоянно делал всё по-своему.
Только долго он не выдержал, срываясь. Нежности хватило на каких-то тридцать секунд, и мужчина не удержавшись, снова показал свою звериную сущность. Ускорился, вбиваясь в меня всем телом, вырывая из меня стон наслаждения на каждый толчок. И если поначалу пыталась сдержаться, чтобы не показаться порно-актрисой, то потом расслабилась, постанывая в такт его движений.
Желанный оргазм накрыл с головой, выбивая меня из реальности. Затрепыхалась, закрывая глаза и выгибаясь под звуки рычащего шейха. Перед глазами плясали белые пятна, а в груди расплылось горячее и довольное чувство наслаждения. Теперь я вряд ли встану, чтобы выгнать Асада из своего дома. Смогу только прикрикнуть и то, слабо, без каких-либо сил.
Приоткрыв глаза, посмотрела на Азара, который убрал ладони с моих бёдер и переместил их на мои ладони, переплетая наши пальцы. От этого стало приятно и досадно одновременно. Сейчас он уедет в эмираты к своим наложницам, оставляя меня с пустотой на душе.
Шейх сжимает мои ладони, выходит из меня, закидывает голову назад, и я чувствую тёплую вязку жидкость на своём животе. Чёрт, я и вовсе забыла про защиту. Радовало то, что хотя бы мужчина помнил об этом.
Он чуть не рухнул на меня, но успел лечь рядом, втискиваясь между спинкой дивана и мной. Пришлось перевернуться набок, закинуть на него ногу и положить голову на грудь, чтобы случайно не свалиться с краешка.
Случайно задела коленом его пах и снова почувствовала напрягшийся орган. Да ладно…
Асад будто прочитал мои мысли, усмехнулся и произнёс:
– Я терпел месяц, – недовольно пробурчал, вплетая свои пальцы в мои волосы, разметавшиеся повсюду. – Каждое утро просыпался с диким стояком после снов с тобой.
Улыбнулась, осознавая, что это было приятно слышать. Но одновременно горько, потому что знала, что скоро всё закончится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Моя проверка провалилась. Я думала, что если пересплю с ним, желания и чувства притихнут. Но нет, они стали ещё сильнее, заставляя меня втаптывать себя в депрессию. И сейчас, слушая два бьющихся в унисон сердца, хотела расплакаться.
Почему мне нравятся мудаки, с которыми быть никогда не смогу? Да-да, шейх был именно им, потому что если бы он не старался и не показал мне свою хорошую сторону, я и дальше бы считала его моральным уродом.
– Ну всё, готовь паспорт, сегодня вечером летим в Эль-Айн, – слышу тихий голос Асада, и поднимаю на него свою голову.
– С какого перепуга? – недовольно морщусь, снова улавливая в его голосе нотки подчинения.
– Ты проиграла, – отвечает, как ни в чём не бывало. – Месяц ещё не прошёл, а я оказался в тебе. Значит, я выиграл.
– Наш договор был разрушен в тот день, когда я сбежала, а ты дал мне уйти, – возвращаю его с небес на землю и встаю, садясь на краешек дивана.
Шейх нахмурился, а после произнёс.
– То есть, ты отказываешься? – произнёс мрачнее тучи. – Почему?
И я, собравшись со всеми силами, решила произнести то, что поставит точку в наших с ним недо-отношениях. После этого вряд ли мы когда-либо увидимся.
– Асад, мы слишком разные. И тут даже дело не совсем в тебе, а в ваших законах. Коран, ваши правила, которые мне чужды и гарем. Я знаю ваши законы и они не для меня. Я не смогу выходя на улицу, надевать хиджаб и опускать взгляд в ноги, стоит увидеть мужчину на улице. Не смогу стать твоей наложницей и делить тебя с другими. И ты порой бываешь таким невыносимым, что вряд ли мы найдём общий язык. Чтобы быть вместе, нам обоим надо чем-то жертвовать, но ни ты, ни я на это не готовы.
Шейх слушал молча, сверля меня своим взглядом. Я боялась, что он ответит. Но он не сказал ни слова. Лишь встал, схватил брюки с трусами, натягивая их на ноги. Не став надевать свитер, подошёл ко мне, подавлено смотря мне в глаза.
Боже, уходи сейчас же!
Мимолётный, невинный поцелуй ощущается на губах, и я прикрываю глаза. Но продолжения не последовало, потому что Азар, отстранившись, даже не надев свитер, взял с кресла свою куртку, накинул на голое тело и пошёл в коридор, обуваясь.
Торопливо выходя из дома, он ничего не сказал напоследок. Выбежал из дома, окунаясь в прохладный ветер. Ему наверняка было холодно, но он не вернулся за свитером.
– Вот и всё. Это и есть конец нашей истории, – тихо прошептала в тишину и плюхнулась на диван, раздумывая, как жить дальше.
Глава 38
После того как Асад ушёл, прошло несколько дней. Работа стояла на месте, и я никак не могла сконцентрироваться на делах. Буквально через несколько дней у меня выставка, но вместо этого я сижу в своём кабинете и смотрю на фотографии, которые оставил мне Асад.
Я его сама же отшила и теперь сидела, не зная, куда себя деть. Вот что мне теперь делать? Напиться к чёртовой матери, чтобы забыться? Неплохой вариант, хоть и слишком временный.
Но напиться всё-таки решилась, правда, после работы. Мне нужно было хотя бы подготовить что-то самой, не оставляя всё на Макса и других. Парень и так отстранился от меня после того разговора. Каждый раз, начиная что-то говорить, он отводил взгляд и будто нехотя, чисто для вежливости беседовал со мной.
Ничего, подуется и перестанет. В конце концов, ему двадцать шесть, пора бы и партнёршу для семьи искать, всё не со мной якшаться.
Дождавшись окончания и сделав всё-таки несколько дел, только собиралась уйти, как телефон в моей сумочке зазвонил. Пришлось остановиться, достать смартфон и ответить на звонок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Здравствуйте, госпожа Коваль, – услышала на английском, не понимая, кто мне звонил. Иностранец, по голосу кто-то знакомый, но кто понять не могу. – Меня зовут Мади, я помощник господина шейха.
А-а, понятно, почему не узнала его. Слышала его голос не так много раз, поэтому сразу и не поняла.
