Я наклонился за кольцом, но оно, почуяв кого–то из рода Властелинов, неожиданно развернулось в стальнукя змейку и скользнуло прочь.
Не понял… Да что тут такое происходит?!
Бросившись за блескучей полоской в погоню, я головой вперед пролетел сквозь дверь (точно, привидение!), пронесся сквозняком по коридорам и с разгону влетел в какую–то комнату. В ней у зеркала сидела девушка и смотрела перед собой пустыми глазами. Змейка скользнула к ее ногам и вновь свернулась кольцом.
Та–а–ак… Я почувствовал, как губы сами по себе разъезжаются в ехидной ухмылке. Попа–а–ался, братец! Нет, это ж надо, ни с кем даже не поделился, что девушку себе завел! Значит, у Тери невеста… Я осторожно обошел комнату, заглянул в шкаф и за портьеры (банально просунув туда голову), покосился на странную длиннохвостую зверушку не больше фута величиной, мирно почивавшую в дальнем углу на ворохе атласных подушек, и подобрался вплотную к хозяйке сих апартаментов. А ничего, вкус у Тери есть…
— Эй, — негромко окликнул я ее, — ты меня видишь?
Расческа даже не дрогнула, продолжая равномерно скользить по и без того идеально уложенным волосам.
Я пожал плечами, поднял кольцо, даже не сделавшее попытки ускользнуть, взвесил в руке, еще раз глянул на девушку и… вновь расплылся в ехидной улыбке. Братец явно заслуживает хо–о–орошего пинка! Вот, например, такого!
Пойманная на взлете тонкая девичья рука не успела вздрогнуть, как я надел кольцо Тери ей на палец, произнося:
— Именем Линс'Шергашхт, храни и оберегай! Да падет ее гнев на преступившего! — Формула старая, так уже никто и не говорит, но теперь попробуй покусись на владельца сего перстня. Если что потом останется — так только покусалки… Для опознания, так сказать.
Да и Тери теперь точно никуда не денется! Влюбится и женится, хи–хи!
Девушка вздрогнула, моргнула, перевела недоумевающий взгляд на меня и раскрыла рот, явно намереваясь завизжать.
— Нет! — Я не хотел кричать, ну честное слово, так получилось.
Испуганно ойкнув, девушка вжалась в угол, глядя широко открытыми глазами.
— Извини, я не стремился тебя напугать, — покаялся я. — Я просто искал Тери, а нашел тебя…
— Тери? — переспросила девушка, странно всхлипнула и… разревелась. Я растерянно заморгал, глядя на этот обильный слезоразлив.
— Ты это, ты… чего? — осторожно прикоснувшись к ее плечу, спросил я.
Рыдания стали еще сильней.
— Ну ладно, ну хватит. — М–маргул! Никогда не знал, как успокаивать рыдающих девушек, и знать не хочу. — Ну вот, хочешь никровый пряник?
В руке появился сдобный, большой, с зажаристой корочкой пряник, на верхушке которого задорно ухмылялось ехидное клыкастое солнце. Девушка недоуменно глянула на сего монстра, чуть улыбнулась, осторожно взяла, а потом вытерла глаза и тихо–тихо произнесла:
— Спасибо…
— Да не за что, — махнул рукой я. Песок неумолимо зашипел, намекая, что времени все меньше и меньше. — Слушай, — заволновался я, — передай Тери, что в пещере у Марханговой тропы — логово адептов Хаоса!
Окружающее пространство заколебалось и властно потянуло меня назад, на так доставшую меня тропу.
— Как тебя звать? От кого это передать? — ринулась вперед девушка.
— От Ди! — Я махнул рукой и… чуть не расшиб нос о каменистую землю.
Голова гудела, как расколотый медный колокол, руки мелко дрожали, а вставать на ноги я и не рискнул. Не хотелось влететь лбом в камни, а потом утром выслушивать ехидные замечания и комментарии рыжика.
Той эре, да что ж со мной творится?! Я вообще до этого, мархангом любимого Храма дойду?! Вот что–то мне все больше и больше кажется, что такими темпами я загнусь раньше, и будет у светлых очередной великим праздник.
А вот обойдутся!
Кое–как поднявшись на подгибающиеся ноги, я едва ли не ползком добрался до лагеря, рухнул на свой плащ и мгновенно вырубился. Уже засыпая, я вспомнил, что так и не передал Гилу воспоминаний Шамита…
* * *
Проснулся я, когда нахальный луч солнца, копьем вырвавшись из–за гор, нагло забрался под крепко зажмуренные веки. Сладко, до хруста в суставах потянувшись, я раскрыл глаза и улыбнулся. День обещал быть хорошим. И усталости я почти не чувствовал. Спасибо тебе, Ночь.
Светлая команда с любопытством покосилась на меня, но от вопросов воздержалась. Или думали, сам все расскажу, или боялись, что пошлю. Назад по тропе.
Завтрак также прошел довольно необычно, по сравнению с предыдущим опытом. Безропотно приняв мои продукты, Тайма быстро соорудила что–то горячее, пустив в дело одного из подстреленных эльфийкой зайцев. Второго единодушно скормили Триму. Он едва не подавился от удивления. Не, светлые явно садисты! А если бы подавился? На ком бы я тогда ехал?
За импровизированным столом тоже царило приподнятое настроение. Во всяком случае, несколько шуток, произнесенных Вангаром, не остались незамеченными. Видимо, ощущение конца пути заметно повышало настроение окружающим. Еще бы — всего–то только и осталось, что спуститься к морю, сесть на корабль, доплыть до Южного Харнора, еще пара дней — и мы на месте. А сегодня все покидали пределы Темной империи… Ну или планировали это сделать. Ведь если учесть привычку данной компании влипать во все мало–мальски значимые переделки, это путешествие имеет шанс растянуться на месяц.
Отступление третье, жутко тоскливое
Гилберт Алентарский мрачно перебирал бумаги, кипой лежащие на столе. Счета, счета, сплошные счета… При изучении всех этих документов создавалось впечатление, что Мореания просто–напросто утопала в долгах! А ведь все налоги поступали в казну Темной империи исправно, и наместник даже дополнительных дотаций не требовал! В общем, Его Высочеством овладевала самая что ни на есть черная тоска.
А ведь еще позавчера все было так хорошо…
Черный дракон, оглушительно хлопая крыльями, медленно опустился на заросшее луговыми цветами поле перед городом. Стражники замерли на парапете у крепостной стены и удивленно смотрели, как на землю спрыгнула маленькая, по сравнению с драконом, человеческая фигурка. Голос, усиленный магией, разнесся подобно удару колокола:
— Я желаю видеть наместника Темной империи в этой стране!
Ждать Гилберту пришлось недолго. Уже минут через семь перед прилетевшим остановился выехавший из города на гроне мужчина в сопровождении шестерки воинов.
Гилберт поправил чуть сбившуюся в сторону во время полета корону, пустив изумрудами солнечных зайчиков.
Наместник мгновенно спал с лица и, спрыгнув на землю, склонился в низком поклоне:
— Чем могу служить, милорд?
— Первое нарушение, — меланхолично протянул Второй Рыцарь Тьмы, — неправильная форма обращения и вышестоящим.
Конечно, при других обстоятельствах Гилберт бы только порадовался, что не выполняются все положенный формальности — пожалуй, только Теренс, как наследник престола, не тяготился придворным этикетом, — но сейчас… Если то, что сказал оборотень, правда… Зверствовать — так по полной! Чтоб у всех поджилки затряслись!
— В–ваш–ше Величество… — бледнеющий на глазах наместник решил, что лучше преувеличить, чем преуменьшить. — Я…
— Высочество, — не меняя тона, зевнул Гилберт. — Второе нарушение…
— Вы–вы–Высочество, — поспешно согласился наместник, начиная подозревать, что ни к чему хорошему визит принца привести не может. — Конечно же, я хотел сказать — Высочество! Я…
— Где я могу найти барона Кенсарда? — перебил его Гилберт, скучающим взглядом окидывая стены замка. — В какой части Мореании?
Лицо наместника залила неестественная бледность:
— Э–э–это я… Ми–ми–милорд…
Пронзительный взгляд зеленых глаз, казалось, прожигал насквозь:
— Десять лет назад этот титул принадлежал вам?
Наместник судорожно кивнул:
— Я… получил баронство Кенсард пятнадцать лет назад по наследству, после смерти отца.
— Как ваше имя… барон?..
— Аларик Дорэйн, милорд, но я по–прежнему не понимаю, чем может быть вызван ваш ви…
— Оч–чень интересно, — медленно процедил принц, а потом перевел взгляд на наместника: — Объявите, что через два часа здесь, перед городом, должно присутствовать все взрослое население.
Барон Кенсард тоскливо вздохнул.
Через два часа луг перед городом был затоплен народом. Толпа, подобно бурной реке вытекала из города, сбиваясь в водовороты, разбегаясь на узкие ручейки, и замирала, словно натолкнувшись на невидимую стену, футов за двадцать до лежащего дракона.
