Кашлянув, Ворошилов негромко проговорил:
– Коба, я думаю, что за эти два года мы даже заложенных линкоров достроить не успеем…
Нарком обороны доложил, что авианосец «Красная Звезда» существует пока лишь в виде эскизного проекта, и никому даже не известно, когда удастся приступить к монтажу корпуса. Но и четыре исполинских линкора – «Советский Союз», «Советская Россия», «Советская Белоруссия» и «Советская Украина» – строились ужасающе медленно. Судостроительная промышленность СССР не имела опыт здания громадных кораблей водоизмещением около тридцати пяти тысяч тонн. И до сих пор оставалась большая проблема производства турбин для двигателей конец, каждый линкор предстояло вооружить действительно лучшими в мире шестнадцатидюймовыми пушками, дальнобойностью свыше сорока двух километров, однако артиллерийские заводы приступят к выпуску этих орудий лишь в середине сорок первого, причем смогут выпускать лишь по одной башенной установке в месяц.
– Так что, с какой стороны ни глянь, «Союз» и «Россия» станут в строй летом сорок третьего, никак не раньше, – печально подытожил нарком обороны.
– Все это мне известно, – проговорил Сталин глухим голосом. – Для того и собрал вас – вместе подумать, как ускорить создание морской обороны.
– Н-никак не п-получается, – сказал Молотов, от волнения вновь начавший заикаться. – П-против объективных прич-чин н-не попрешь.
И тогда Биберев осмелился произнести вслух то, о чем давно уже думал, хотя и сам не слишком верил, что подобный замысел удастся претворить в жизнь. Однако теперь, когда стала очевидной безвыходность ситуации, приходилось хвататься даже за такую несбыточную надежду.
– Товарищ Сталин, можно попытаться купить за грающей готовые корабли, – неуверенно сказал флагман.
Сталин раздраженно поморщился, затем, саркастически улыбаясь, ответил с убийственной иронией:
– Полагаете, империалисты согласятся помогать усилению нашего государства?
Боюсь, ваше благодушие граничит с политической близорукостью.
– Возможно, товарищ Сталин. Но даже гитлеровцы почти согласились продать нам крейсер и крупнокалиберные морские пушки.
Молотов поспешил уточнить:
– Не «почти», а согласились. Они расплатятся за поставки нашего хлеба и нашей нефти техникой военного назначения. Вскоре мы получим тяжелый крейсер «Лютцов», чертежи линкора «Бисмарк», пушки калибра пятнадцать и восемь дюймов, новейший истребитель Мессершмитга. И еще итальянцы строят для нас быстроходный эсминец.
Нахмурившись, Сталин встал из-за стола, сделал несколько шагов в сторону дома, разминая ноги, – он страдал полиартритом, а потому не мог долго сидеть.
Затем, медленно вернувшись к остальным, машинально уточнил, продолжая обдумывать биберевские предложения:
– Не эсминец, а лидер эсминцев. Лидер «Ташкент»…
– Вот видите… А в Америке кораблестроительная промышленность так и не выбралась из кризиса. – Флагман заторопился, выдвигая новые аргументы в пользу своей идеи. – У них законсервированы очень неплохие корпуса, которые заложены еще в годы мировой войны, а потом так и не были достроены. Уверен, американцы согласятся продать их по сравнительно низкой цене – лишь бы хоть какие-нибудь деньги получить.
Сталин раскурил трубку, сделал глубокую затяжку, поинтересовался:
– Какие именно корабли можно купить в Соединенных Штатах?
– У них много почти готовых кораблей нужного нам класса, – с облегчением ответил Биберев. – Самые удачные среди них – шесть линкоров типа «Кентукки» и три линейных крейсера типа «Лексингтон». Все они спущены на воду, но попали под ограничения Вашингтонского и Лондонского договоров и уже двадцать лет потихоньку ржавеют возле достроенных стенок.
– «Лексингтоны» слабоваты. – Неожиданно Сталин в очередной раз блеснул своей дьявольской эрудицией. – Скорость у них, может быть, приличная и артиллерия мощная – это верно. Но при такой тонкой броне от них будет немного пользы… Товарищ Биберев, напомните нам данные линкоров «Кентукки».
С легким ужасом Матвей Аристархович вдруг понял, что Сталин, помимо всего прочего, держит в памяти тактико-технические характеристики военных кораблей ведущих держав. Возможно, он подзабыл конкретные цифры, но запомнил же слабые места «Лексингтонов»! Только сейчас флагман начал осознавать, какая бездна знаний хранилась под черепным сводом диктатора… Не без труда поборов почтительный трепет, Биберев зачитал записи, которые сделал в своем блокноте, готовясь к сегодняшней встрече.
Каждый из шести линкоров, заложенных с января по апрель 1917 года, превосходил по боевому могуществу любой корабль той эпохи. Согласно традициям американского флота, они были названы именами различных штатов: «Кентукки»,
«Вермонт», «Монтана», «Род-Айленд», «Индиана» и «Небраска». При водоизмещении в сорок одну тысячу тонн, одетые в броню толщиной шестнадцать – восемнадцать дюймов, эти великаны должны были иметь скорость до двадцати трех узлов.
Двенадцать шестнадцатидюймовых пушек размещались в четырех башнях, а численность экипажа составляла свыше полутора тысяч офицеров и матросов. Иными словами, даже сегодня, спустя двадцать лет после разработки проекта, эти линкоры были мощнее большинства японских и английских кораблей этого класса.
– Они сильнее даже новых германских линкоров, – кивнул Сталин. – Однако двадцать три узла – это слишком мало. Тем паче для тихоокеанских акваторий.
– Совершенно с вами согласен, – снова заторопился Биберев. – Но за эти годы появились более совершенные двигатели, теперь механизмы того же размера развивают втрое большую мощность. Если уговорим американцев поставить на линкор современные котлы и турбины, стандартная скорость корабля увеличится до двадцати шести – двадцати семи узлов.
Он почувствовал, что сумел убедить собеседников. Члены правительства и руководитель ЦК азартно обсуждали детали предстоящей сделки. После недолгого обмена мнениями Сталин поручил двум наркоматам – иностранных и внутренних дел – прозондировать по своим каналам ситуацию вокруг недостроенных кораблей, их техническое состояние, разведать настроения в заокеанских политических сферах, оценить стоимость контракта и проработать остальные подробности.
– Когда проясним обстановку, отправим в Америку делегацию, – повеселевшим голосом сказал Сталин. – Вы, товарищ Биберев, поедете в Вашингтон подписывать соглашение.
Записав в блокнот полученные задания, Берия произнес с задумчивым видом:
– Я сомневаюсь в надежности товарища флагмана второго ранга. У него в семье не все ладно, сын его связан с врагами народа. Напоминаю, что таких людей мы обычно посылаем не в загранкомандировки, а в совершенно ином направлении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
