привезешь.
– Солнышко, давай потом. Здесь не время и не место. Бегом садись в машину и поехали от греха подальше. Конечно же, я тебе все объясню и расскажу, но после, – Стас аккуратно, но довольно настойчиво усадил меня на переднее сиденье автомобиля, а сам, прыгнув за руль, сорвался с места так, что мужчин, находящихся позади, наверняка забросало травой и землей из-под колес.
Виктор
– Да чтоб тебя… да как так-то… – чертыхался Костян, стоя позади меня и, судя по звукам, молотил кулаками по рядом растущему дереву. – Виктор Романович, мы что, так и будем просто смотреть, как этот гад увозит Леру?
– А что ты предлагаешь? – процедил я сквозь зубы, спуская с рук на землю племянника.
– Догоним и отобьем Лерку!
– Бли-и-ин, какой же ты, Костян, все-таки тупой, – несдержанно вмешался в разговор Глеб. – Догоним, отобьем?! А не боишься в процессе угробить девчонку? Это только в боевиках погони длятся часами, а этому Стасу с его навыками вождения и десяти минут хватит, чтобы в кювет с трассы слететь. Сам потом будешь Леркины ошметки от сиденья отскребать.
– Зажмем его в каком-нибудь наиболее безопасном месте, где расшибиться насмерть шанс не велик, – не унимаясь, рычал Константин.
– Он Лере пулю в лоб пустит. Уверен, ему проще ее прибить, чем вновь потерять. Так что уймись, твою мать, и без тебя тошно! – рявкнул я, и тут же об этом пожалел. Артемка, испугавшись, заплакал. – Тш-ш, маленький, все хорошо. Скоро увидишься с мамой, – успокаивающе произнес я и, присев, вновь оторвал племянника от земли. – Действуем в точности, как условились: я отвезу Артема к сестре, а вы следите за маячком в подкладке сумки Валерии.
***
– Сумка! – спохватилась я и испуганно обернулась назад. – Ты же ее не отдал, она лежит у нас на заднем сиденье. Тормози!
– Я и должен был ее забрать, – муж снял руку с руля и погладил меня по коленке. – Не беспокойся, солнышко, я знаю, что делаю. Ни о чем не волнуйся, я все предусмотрел и продумал.
Я активно закивала и выдохнула, даже улыбку на лице изобразила.
– Хорошо, постараюсь. Я знаю, ты у меня молодец. Только расскажи, как так получилось, что мальчик у тебя оказался?
С замиранием сердца приготовилась слушать объяснения мужа. Наверняка ему пришлось горы свернуть и раздвинуть моря, чтобы меня освободить.
Повествование мужа о «подвигах», мягко сказать, разочаровало. Стас коротко и крайне сухо передал лишь суть, без деталей и каких-либо эмоций. Все сводилось к тому, что, когда Аблов его прижал и потребовал вернуть племянника, Стасу пришлось обратиться за помощью к одному из бывших заказчиков, которому несколько лет назад наша фирма построила дом. Как пояснил муж, этот заказчик в определенных кругах нашего города, а именно – в криминальных, известная личность. Заказчик помог не только выйти на настоящих похитителей, но и деньги одолжил, чтобы им заплатить и забрать Артема, чтобы впоследствии обменять меня на ребенка.
– А у заказчика имя и фамилия есть? – поинтересовалась я.
– Зачем тебе его фамилия? – муж почему-то заметно напрягся.
– Ну как зачем, должна же я знать, кому быть благодарной.
– Не переживай, солнце, благодарность он уже получил. Забрал в качестве маржи твой BMW.
– Стас, просто скажи мне фамилию, – с нажимом потребовала я.
– Солнышко, он просил не гово…
– Стас! – не выдержав, на весь салон крикнула я. – С каких пор у нас друг от друга секреты? Или у тебя внезапно появилось то, что требуется скрывать?
– Гаврилов. Ну вот, я сказал. Не злись, пожалуйста! Мы же оба на нервах. Тебе, безусловно, больше досталось, но знаешь, мне тоже пришлось нелегко. Ничего-ничего, мы все переживем и преодолеем.
Стас говорил и приговаривал, как у нас все будет хорошо и замечательно, но я слушала вполуха – я судорожно вспоминала заказчика.
– Гаврилов! Это тот плюгавенький мужичок, который долго сомневался, нанимать нас или нет? Он еще явился, когда мы только открылись, и был чуть ли не первым клиентом. Долго прикидывал, явно хотел сэкономить. В конце концов сказал, что подумает, и ушел. Мы тогда еще с тобой поспорили, вернется он или нет. Я поставила на «нет», а ты на «да».
– И я выиграл. Верно – это тот самый, как ты выразилась, плюгавенький мужичок, – как можно более шутливо подтвердил Стас, и я не смогла проигнорировать тот факт, что глаза мужа забегали.
На полную катушку подключив воображение, я пыталась примерить на плюгавого дядьку образ богатого человека со связями. Ну никак! Даже со всевозможными натяжками не получается. Вывод таков: либо я полная дура, либо муж мне в глаза врет.
– Стас, тот мужик заявился к нам в офис с дыркой в ботинке. Как сейчас помню, на руке – дешевые часы, которые даже не шли. Ты когда ему накидал примерную смету и стоимость, он аж вспотел. Ворчал, что кругом одни воры и дармоеды. Не думала, что когда-нибудь скажу тебе эти слова, но я не верю тебе!
Стас, бросив на меня короткий, полный ярости взгляд, от которого я поежилась, до скрипа сжал руль, поддал газу, двигатель автомобиля взревел, обороты подскочили до запредельных, как и скорость движения.
– Нас никто не преследует, зачем так гнать?! – взвизгнула я, когда на повороте меня кинуло к дверце, и мы чуть не ушли в занос.
– Просто бесит, что ты мне не веришь. С каких пор ты стала судить о человеке по внешнему виду? Гаврилов – мужик без комплексов, деньги свои напоказ не выпячивает. Наоборот, старается слиться с толпой. Ты даже с ним не общалась. Так, посидела в сторонке, послушала наш разговор. А я с ним работал и знаю, что он может, а что нет.
Всем сердцем старалась принять объяснение Стаса, но он не убедил меня от слова совсем, и в душу закрались сомнения. А что, если Аблов все это время твердил мне чистую правду?
– Гаврилов живет в построенном тобой доме? – тихо спросила я.
– Конечно, я его так и нашел.
– Поехали к нему прямо сейчас, отдадим деньги.
– Лера, да к таким людям без звонка и предварительной договоренности в гости не шастают!
– А мы к нему и не на чай с пирожными собрались, а долг отдать. Уверена, с наличкой он нас тепло встретит.
– А если его, к примеру, нет дома?
– Ничего страшного, постоим, подождем.
– Лера, в конце концов, что за капризы?! – взорвался муж и, наверное, впервые со дня нашего с ним знакомства смотрел в мою сторону так, словно готов был придушить.
– Стас, в нашей семье мир
