(занимал этот пост с апреля 1880 г. по октябрь 1905 г.), вопрос о веротерпимости тормозился. Победоносцева в борьбе с Расколом поддерживал профессор Московской Духовной Академии Н.И. Субботин.
«Оба они ненавидели раскол, – отмечает в своей книге «Православная Церковь и старообрядчество» протоиерей Александр Соколов. – Написанная по заказу Победоносцева брошюра Субботина «О сущности и значении раскола в России» (1881) отражает также и концепцию обер-прокурора: «Русский раскол есть болезненное порождение самой Русской Церкви. Это есть домашний, внутренний кровный враг ее, именно из вражды к ней получивший свое бытие… Положив в основу своего существования мысль об еретичестве и даже антихристианстве Греко-российской Церкви, раскол живет исключительно враждою к ней… Оградить законом полную свободу раскола во всех его религиозно-общественных отправлениях значило бы узаконить и оградить законом во всех ее проявлениях злейшую вражду против православия, стремление к ниспровержению или, по крайней мере, за невозможностью достигнуть этого, всякого зла православной Церкви»[62].
В переписке с Субботиным Победоносцев сетовал, что не находит достаточной поддержки во властных структурах в подавлении раскола. 3 мая 1883 г. правительством был принят Закон о расколе.
Как пишет далее А. Соколов: «Закон о расколе от 3 мая 1883 г. показывает, что Победоносцев не нашел себе поддержки в законодательных инстанциях и, возможно, у самого императора. Этот закон, обязанный своим появлением решению Государственного Совета, подтвердил уже дарованные старообрядцам гражданские права: свободного передвижения по империи, занятия торговлей и при известных условиях права занимать общественные должности. Закон разрешил им закрытые богослужения, строительство молитвенных домов без крестов и колоколен, он гарантировал лицам, совершающим эти богослужения, свободу от наказании, хотя и не признал их священниками. Как и прежние, новый закон запрещал всякую пропаганду раскола. Этот закон заложил основу административной практики на ближайшие три десятилетия»[63].
Новая веха в смягчении позиций царской власти по отношению к старообрядцам отразилась в Указах от 12 декабря 1904 г. и от 17 апреля 1905 г., последовавших в царствование императора Николая II.
В Именном Высочайшем указе Сенату от 12 декабря 1904 г. «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка» в вопросе о взаимоотношении государства и религиозных организаций писалось: «Для закрепления выраженного Нами в Манифесте 26 Февраля 1903 года неуклонного душевного желания охранять освященную Основными Законами Империи терпимость в делах веры, подвергнуть пересмотру узаконения о правах раскольников, а равно лиц, принадлежащих к инославным и иноверным исповеданиям, и независимо от сего принять ныне же в административном порядке соответствующие меры к устранению в религиозном быте их всякого, прямо в законе не установленного, стеснения».
Новый Указ от 17 апреля 1905 г. «Об укреплении начал веротерпимости» фактически легализовал положение старообрядцев в Российском государстве.
В нем писалось: «В постоянном, по заветам Предков, общении со Святою Православною Церковью неизменно почерпая для Себя отраду и обновление сил душевных, Мы всегда имели сердечное стремление обеспечить и каждому из Наших подданных свободу верования и молитв по велениям его совести».
В Указе отразилось семнадцать пунктов, которые касались не только старообрядцев, но также и инословных (т. е. христиан других конфессий) и иноверных (мусульман и буддистов). Отразим только пункты, кусаемые старообрядцев:
«1) Признать, что отпадение от Православной веры в другое христианское исповедание или вероучение не подлежит преследованию и не должно влечь за собою каких-либо невыгодных в отношении личных или гражданских прав последствий, причем отпавшее по достижении совершеннолетия от Православия лицо признается принадлежащим к тому вероисповеданию или вероучению, которое оно для себя избрало.
2) Признать, что, при переходе одного из исповедующих туже самую христианскую веру супругов в другое вероисповедание, все не достигшие совершеннолетия дети остаются в прежней вере, исповедуемой другим супругом, а при таковом же переходе обоих супругов дети их до 14 лет следуют вере родителей, достигшие же сего возраста остаются в прежней своей религии…
5) Установить в законе различие между вероучениями, объемлемыми ныне наименованием «раскол», разделив их на три группы: а) старообрядческие согласия, б) сектантство и в) последователи изуверных учений, самая принадлежность к коим наказуема в уголовном порядке.
6) Признать, что постановления закона, дарующие право совершения общественных богомолений и определяющие положение раскола в гражданском отношении, объемлют последователей как старообрядческих согласий, так и сектантских толков; учинение же из религиозных побуждений нарушения законов подвергает виновных в том установленной законом ответственности.
7) Присвоить наименование старообрядцев, взамен ныне употребляемого названия раскольников, всем последователям толков и согласий, которые приемлют основные догматы Церкви Православной, но не признают некоторых принятых ею обрядов и отправляют свое богослужение по старопечатным книгам.
8) Признать, что сооружение молитвенных старообрядческих и сектантских домов, точно так же, как разрешение ремонта и их закрытие, должны происходить применительно к основаниям, которые существуют или будут постановлены для храмов инославных исповеданий.
9) Присвоить духовным лицам, избираемым общинами старообрядцев и сектантов для отправления духовных треб, наименование «настоятелей и наставников», причем лица эти, по утверждении их в должностях надлежащею правительственною властью, подлежат исключению из мещан или сельских обывателей, если они к этим состояниям принадлежали, и освобождению от призыва на действительную военную службу, и именованию, с разрешения той же гражданской власти, принятым при постриге именем, а равно допустить обозначение в выдаваемых им паспортах, в графе, указывающей род занятий, принадлежащаго им среди этого духовенства положения, без употребления, однако, православных иерархических наименований.
10) Разрешить тем же духовным лицам свободное отправление духовных треб как в частных и молитвенных домах, так и в иных потребных случаях, с воспрещением лишь надевать священнослужительское облачение, когда сие будет возбранено законом. Настоятелям и наставникам (п.9), при свидетельстве духовных завещаний, присвоить те же права, какими в сем случае пользуются все вообще духовные лица.
11) Уравнять в правах старообрядцев и сектантов с лицами инославных исповеданий в отношении заключения ими с православными смешанных браков.
12) Распечатать все молитвенные дома, закрытые как в административном порядке, не исключая случаев, восходивших чрез Комитет Министров до Высочайшего усмотрения, так и по определениям судебных мест, кроме тех молелен, закрытие коих вызвано собственно неисполнением требований Устава Строительного…»
Лишь при императоре Николае II старообрядцы получили возможность открыто устраивать в родном отечестве свою церковную жизнь: строить храмы, монастыри, совершать крестные ходы, иметь колокольный звон, устраивать общины, открывать училища и т.п. Однако и при Николае II старообрядцы не получили полной религиозной свободы: не было признано их священство, не были отменены статьи уголовного закона, карающие за присоединение новообрядцев к старообрядчеству, не дано было права старообрядческим учителям быть преподавателями в общих государственных школах и т.п.
Были и другие стеснения. Уже во время Первой мировой войны
