Читаем без скачивания Тыквенное семечко - Инесса Шипилова

Все повернули головы к Греллю и выжидающе на него посмотрели.

— К сожалению, ничем не могу вас порадовать. Я знаю не больше вашего, — Грелль устало развел руками и откинулся на спинку стула.

— Значит, и думать тут нечего! Фло отнесет завтра шкатулку, и дело с концом! — дядюшка Позикус потянулся к вазочке с печеньем. — Кстати, Фло, ты бы показала нам эту вещицу. Прости старика за любопытство, уж больно поглядеть на нее хочется!

Фло бросила полотенце на стол и вышла из столовой. Женщины принялись хлопотать у стола, кто наливал чай в высокие чашки с гербом Оэксов, кто нарезал аппетитную снедь, которой был завален весь стол.

Флан тихонько пререкался с Греллем насчет шкатулки, дядюшка Позикус, жуя песочное печенье, расхваливал кулинарные таланты хозяйки. Две молоденькие племянницы Фло рассматривали старинные часы, размышляя, будут ли во время боя кружиться фигурки лесных карликов. Два других дядюшки, старые-престарые братья-близнецы, были до того туги на ухо, что так и не поняли, для чего все собрались и спорили между собой, чей же сегодня день рождения.

— Я тебе говорю, это день рожденья Фло, — упрямо твердил один из них, с синим галстуком.

— А я тебе говорю, что Фло родилась весной, я прекрасно помню, как принес ее матери ландыши, — перебивал его брат с красным галстуком. — Ты все всегда путаешь, сегодня родился Гомза.

— Ничего подобного! На детский день рожденья это совсем не похоже! Где ты видишь торт со свечками, воздушные шарики и кучу маленьких ливнасов? — возразил ему брат, накладывая себе на тарелку жаркое.

Обладатель красного галстука озадаченно посмотрел вокруг. Не найдя в комнате перечисленных предметов, он слегка засомневался в своем предположении.

— Тогда давай сделаем так, — проворчал он, наклонившись к уху брата. — Когда все соберутся, просто крикнем — 'С днем рождения'!

Тот одобрительно закивал, заправляя за ворот накрахмаленную салфетку.

Пышная пожилая дама, сидевшая в конце стола, громко сокрушалась о семейной трагедии, вспоминая, что в дни ее молодости о предстоящих ураганах предупреждали заранее, обклеивая объявлениями стволы деревьев.

— И какой леший погнал Астора на верхний ярус? — она достала огромный носовой платок и шумно высморкалась. — Ах, нет-нет, мне сладкого не кладите, мне совсем нельзя, — замахала она руками Хильдане, протягивающей ей кусок торта. — Я уже два месяца на диете, — сказала она ей громким шепотом.

В этот момент в столовую зашла Фло и все головы повернулись к ней.

— Шкатулки нигде нет, — упавшим голосом произнесла она.

В столовой воцарилась гробовая тишина.

— С днем рожденья! — прогремело подобно выстрелу. Два брата-близнеца, улыбаясь беззубыми ртами, стояли, подняв вверх чашки с чаем.

**** ***** ****

Кентавр Ксавий задумчиво смотрел на темные воды подземной реки. Они неспешно текли вдоль каменистых берегов большой пещеры, огибая большой камень, торчавший из реки словно трамплин.

— Отец! Только что на небе вспыхнул яркий свет! Я глаз не мог оторвать! — в пещеру буквально влетел Рифетос и вопросительно уставился на Ксавия.

— Зайди в реку, сынок. Пусть ее воды смоют с тебя излишнее любопытство, чрезмерное жизнелюбие и интеллектуальные страсти.

— Разве это плохо, отец? Что такого в том, что я увлечен астрологией и хочу, как можно больше узнать? — Рифетос сморщил лоб, но, тем не менее, стал медленно заходить в воду.

— Не хорошо и не плохо, просто так есть. Я был очень на тебя похож в молодости, тоже был одержим многим. Видел, когда холмовики горшки лепят, какие у них руки? Они же так за стол не садятся. Красивую вазу не сделаешь, не испачкавшись. Очень многие, чтобы сохранить чистоту рук запрещают себе лепить. Это ошибка. Сделал вазу — помой руки, запомни это правило, Рифетос, — Ксавий вытащил факел из кованого кольца, торчащего из стены, и пошел в центральную пещеру. Поравнявшись с сыном, он остановился и серьезно на него посмотрел.

— У нас скоро будут гости.

Спустя несколько дней Фло собрала у себя соседей и друзей.

— Мы так и не нашли шкатулку, — упавшим голосом сообщила она всем.

— Ты предлагала Тилиану что-нибудь вместо нее? — спросил Флан, откинувшись на кресле.

— Предлагала, только он говорит, что общественным фондам только она нужна. Поверить не могу, в моем дубе, битком набитым антиквариатом, нет ничего, что могло бы заинтересовать общественные фонды!

— Может, он сомневается, что шкатулка потерялась, подумал, что жалко отдавать стало, — предположила Хильдана.

— Может, и так. Только мне ни сколько не жалко не только той облезлой шкатулки, но и всего коллекционного фарфора!

— Правила есть правила, — вздохнул Вурзель. — Сами же все тогда их придумали.

— Значит, придется отказаться от визита к королеве, ничего не поделаешь, — вздохнула Фло, теребя кончик шали.

— Жалко, что Гомзе нет четырнадцати. Был бы у него Ингедиаль, проще было бы найти Астора, — сказал Зеленыч, почесывая бороду.

— А что было бы, если бы у меня был меч? — встрепенулся Гомза, весь обратившийся в слух.

— Родовые мечи стремятся быть рядом. Они словно подстраивают все так, чтобы их обладатели встретились, — Грелль облокотился на буфет и смотрел в темный угол гостиной.

— Значит, мне нужно пойти к королю и попросить выдать мне меч раньше срока! Если я пройду через Сгинь-лес, он не откажет! — Гомза вскочил со стула, блестя глазами.

— Еще чего! Ты хоть имеешь представление о том, что такое Сгинь-лес? Даже если миновать Гиблые болота, от Черного Стрелка там не скроешься! — Фло в ужасе замахала руками и стала нервно прохаживаться по комнате.

— Но ведь Тилиан дошел до замка! А вы с папой мне всегда его примером ставили, — возразил ей сын, нахмурившись.

— В пример, — машинально исправила Фло и налетела на кресло, чуть его не перевернув.

— Может, и нет никакого Стрелка и это бабушкины сказки! — крикнул Гомза и ущипнул себя за руку, чтобы не расплакаться.

— Ну, уж дудки! Ентот Стрелок там взаправду околачивается, — проворчал Шишел и сморщился как от зубной боли.

— А кто его видел? — резко спросил Гомза.

— Кто его видал, того даже похоронить не смогли. Ты разве не слыхал, тот, кому он в глаза посмотрит, не жилец больше, сразу стрелой прошивает. Один леший издалече его увидал, да еле ноги унес. До сих пор заикается.

— А на кого он похож? — серьезно спросил Гомза.

— Тот леший говорил, что он старик с выпученными глазами, — ответил Шишел и сплюнул через плечо.

— Я буду сопровождать Гомзу к королеве, у меня тоже есть к ней вопросы, — раздался голос Грелля.

Все головы повернулись к нему, и воцарилась полная тишина.

— Просто иного выхода нет. Я ведь не думаю, что ты выберешь бездействие? — обратился Грелль к Фло.

Та побледнела и прижала руки к груди.

— Это просто безумие какое-то! Кошмарный сон! Вы что, ждете, что я, вот так вот, возьму, и отправлю своего единственного ребенка в этот чертов лес? — произнесла она с надрывом.

Губы у нее задрожали, и она бессильно опустилась в кресло.

— Может Грелль и дело говорит. Ты успокойся, если мы все поможем, они непременно до замка дойдут, это и пиявке понятно. Я вот, например, сапоги им сделаю, в них они через любые болота целехонькие пройдут, — сказал Зеленыч и обвел собравшихся взглядом.

— А я накидки меховые дам. В них никакой мороз не страшен будет. Там подстежка из пуха особого, кажется, что тебя согревает тепло родного дома. Я их берегла для особого случая, да видно случай такой настал, — важно заявила Мимоза и посмотрела на Фабиуса.

Тот встрепенулся под ее взглядом и расстегнул ворот рубашки.

— В дороге случиться может всякое. Я вам соберу свои лучшие лекарства.

— А я дам в дорогу лучшую еду. И еще котелок, который долго тепло хранит. От голода не пропадете! — заверил Вурзель. — А самое главное, я вам дам свои специи! Даже если у вас закончиться еда с ними вы сможете съесть все что угодно!

— А у меня дома где-то лежит карта этого Сгинь-леса. Вам нужно хорошо знать топографию местности, — Флан пригладил волосы рукой.

— А мы с Марфуткой, стало быть, свезем вас до самых болот, — сказал Шишел, почесав затылок.

Фло сидела, вжавшись в кресло, и с ужасом смотрела на всех.

— Это безумие какое-то, — повторила она и вытерла лоб платком.

— Вот подумай, ты для мальчонки ровно наседка всегда была — ни шагу в сторону. А теперь возможность есть взрослым стать, да и не один же он пойдет туда, лучшего проводника не сыскать во всем Изельвиль, — успокоил ее Зеленыч.

Фло сжала голову руками и молча сидела в кресле, тихо покачиваясь.

— Все будет хорошо, вот увидишь, — Зеленыч обнял ее за плечи.

— Ну, раз уж вы тут сами все решили, пусть так и будет, — глухо отозвалась она, смотря перед собой немигающим взглядом.